Книги о котах бывают разными. Это детские стихи и рассказы, где пушистики предстают перед читателем милыми и забавными товарищами по проказам. Это сказки, в которых кошкам отведена роль мудрых наставников, магических фамильяров, проводников между мирами. Это захватывающие дух приключения, детективные расследования, раскрывающие тайные способности питомцев, триллеры, где кошкам отведена роль символов, будоражащая воображение мистика о котах-демонах, эпическое фэнтези с обилием колдовства и даже космическая фантастика, посвященная захвату Вселенной четвероногими братьями.
Однако «Тени на асфальте: Записки Дворового Философа» — новинка от Алекса Прита, также рассказывающая историю кота, — едва ли может быть причислена к любому из упомянутых выше жанров. Данная книга — сочетание жизненной философии, социологии, психологии человека и общества. Читатель получает возможность выйти из уютного мирка своей повседневности и посмотреть на большой, продуваемый всеми ветрами мир вне привычного сценария через призму непредвзятого кошачьего взгляда.
«Добро пожаловать в мой угол Вселенной. Здесь нет мягких диванов. Зато есть солнце на старом асфальте, шелест листьев над головой и бесконечные истории, которые пишутся каждый день запахами, звуками и движением теней. Я — Шрам. Я наблюдаю. Я живу. И иногда… я размышляю. О простых вещах. О самых важных вещах».
О чем же говорит главный герой, вызывающий улыбку умиления, сочувствие и уважение одновременно? Что такого важного стремится поведать, что будет интересно самой широкой аудитории? Главный предмет его исследования — люди, которых он отчаянно пытается понять:
«Люди — главная загадка моего двора. Непостоянные, шумные, пахнущие странно и по-разному. Они — источник главных опасностей и... главных неожиданных милостей. И все это сосредоточено в одной их части: в Ладони».
Их поступки непоследовательны и лишены логики. В их словах и даже действиях нет правды. Они переменчивы, как погода в межсезонье. И будто не осознают ни самих себя, ни своих чувств и желаний. Они разучились просто быть, видеть, слышать, обонять, осязать, подчиняться инстинктам, заменив все естественное, природное разумом, всегда готовым ввести в заблуждение или откровенно обмануть:
«Иногда я слышу, как люди говорят „люблю“ или „ненавижу“, а их запах кричит обратное. Как они могут так врать друг другу? И зачем? Разве их носы не чувствуют? Или они разучились их слушать?»
Погруженный в водоворот дворового быта, озабоченный проблемами выживания, но не утративший ни жизнелюбия, ни способности верить, надеяться и любить, что показано через взаимоотношения героя с другими котами и некоторыми двуногими соседями, он всегда озабочен тем, что происходит рядом с ним. И речь не только о материалистичных, практичных вещах, но и о том, что за ними скрывается. Любое событие, даже незначительное по меркам вечно торопящихся прохожих, способно вызвать его интерес и заставить задуматься, подтолкнув к размышлениям того, кто готов услышать его голос со страниц книги:
«Он (дождь) напоминает, что наша свобода — под открытым небом — имеет цену. Цену мокрой шерсти, дрожи в костях и ночи, проведенной в тесной сырой норе. Но он же напоминает и о силе. Силе терпения. Силе инстинкта, который ведет к спасительному козырьку. Силе языка, который согревает и восстанавливает».
Простой кот рассуждает над сложными вещами, волновавшими сердца и умы многих философов, трогая самые потаенные струны читательских душ:
«Мой след — не памятник. Он легкий, как запах, который держится на углу у котельной, пока ветер не унесет его окончательно. Но пока он есть — я есть. Я — часть этой пыли, этого асфальта, этого вечного колеса жизни двора».
Есть в книге «Тени на асфальте: Записки Дворового Философа» поэтичность, какую мы редко видим в прозе. История проникнута особенной романтикой, которую дарит ощущение внутренней свободы, не зависящей от постоянно меняющихся обстоятельств. Хватает грусти и меланхолии, уместных в рамках характера персонажа и выбранных автором тем. Присутствует эмоциональное напряжение, вызванное не собственно событиями, а их эмоциональным восприятием. При этом язык повествования легкий, местами забавный. Текст проносится перед глазами быстро-быстро, но след в душе остается надолго, заставляя еще не раз мысленно возвращаться к одному очень необычному дворовому коту.