25-летняя Лиза Якунинских из Тольятти ведет борьбу за собственную жизнь. После клинической смерти, наступившей из-за безобидного кусочка яблока, ей срочно нужна долгая реабилитация. Семья в отчаянии просит о помощи. Мать Лизы Оксана рассказала журналисту «КП-Самара» о состоянии дочери и необходимом лечении.
«Давай, живи!»
В ночь на Рождество 2025 года ветеринарный врач-реаниматолог Лиза Якунинских одна оставалась в отделении госпиталя. Внезапно испуганные хозяева принесли пожилого пса, у которого произошла остановка сердца. Другие врачи были заняты срочными операциями.
«И Лиза одна — давай ему запускать сердце. Обычно трое должны это делать, а она одна справилась, — вспоминает мама. — Пишет мне потом: «Мама, у меня сердце колотится, не могу успокоиться». А я ей: «Поприседай, дочка, приседай». А она ему все говорила: «Ушастый, хвостатый, мы с тобой не договаривались в мою смену умирать! Давай, дыши, дыши!» И он выжил».
Этот хвостик был одним из сотен. Лиза с пятого класса шла к своей цели — стать ветеринаром. Отличница, выпускница балетной школы, волонтер-переводчик на Олимпиаде в Сочи. Она добилась места в одной из лучших клиник Самары, директор которой разглядел в молодом враче талант. Тогда ее отправили в Санкт-Петербург на повышение квалификации.
«У нее долгий путь»
Все оборвалось в августе. Девушка поперхнулась кусочком яблока. Остановка сердца, клиническая смерть, месяц искусственной комы. Чудом петербургские врачи вытащили ее с того света. Но вернулась она другим человеком — обездвиженным, не способным дышать или говорить самостоятельно.
В Мариинской больнице, куда девушку доставили после несчастного случая, родителям впервые посоветовали Нейрохирургический институт имени Поленова. Там Лиза провела три долгих месяца реабилитации. Врачи, видящие самые тяжелые случаи, дали семье надежду, сказав, что шансы у Лизы очень высоки.
«У нее просто долгий путь. У нее очень большие шансы полностью восстановиться. Нужна постоянная реабилитация», — вспоминает слова врачей Оксана.
Теперь, чтобы вернуться в Поленово, нужна новая квота.
«В феврале ждем онлайн-консультации Тольятти с Питером, — объясняет Оксана. — После согласования мы выезжаем. Нас там ждут. Но это снова всего три недели по квоте».
«Ей не уход нужен, а занятия!»
А пока документы готовятся, Лиза находится в Тольятти. Ее семья в тупике: стандартный курс реабилитации в местном стационаре длится 21 день.
«И вот сейчас этот срок заканчивается в медгородке. Нам прямо предлагают перевод в паллиативное отделение. Но ей же не уход нужен! Ей нужны интенсивные занятия, чтобы снова научиться говорить и глотать!».
Оксана призналась: в родном Тольятти после 21 дня стандартной реабилитации (из которых 12 дней Лиза, по сути, провела в реанимации по причине новогодних каникул), врачи, к сожалению, не видят перспектив для продолжения активной реабилитации в их стенах и предлагают забрать Лизу домой.
Но мать девушки не согласна. Опускать руки семье не дает любовь к собственному ребенку и люди, их вера и доброта.
«Она все слышит, все понимает. Когда ее из реанимации после праздников перевозили, все медсестры и врачи пришли — вся палата битком была, гул стоял. Заведующий отделением подошел, пожелал Лизе выздоровления. Она это все слышала».
Слышать — это все, что может Лиза сейчас. Ее тело не слушается. Без трахеостомы она не может дышать самостоятельно, без гастростомы — принимать пищу. Через трахеостому ей по несколько раз в сутки делают санацию, чтобы убрать скапливающуюся слизь. Ей срочно нужны занятия со специальным логопедом-реабилитологом, который научил бы ее снова глотать. Без этого не будет речи, не будет пути дальше.
«Нам нужно больше времени!»
Главная боль семьи сейчас — не только в состоянии Лизы, а в безумной краткости официальных квот на спасение.
«Самая главная проблема — это вот эти квоты. В Питер — на 21 день. Но она же полторы-две недели только отходить будет после транспортировки!», — объясняет мама.
«Нам нужно как можно дольше там находиться, чтобы была постоянная, непрерывная реабилитация. Если бы была возможность продлить это время…».
Пока родители ищут возможности, время уходит. Лиза лежит в палате, где за ней нужно круглосуточно ухаживать, следить за аппаратурой и проводить жизненно необходимые процедуры. Отец бросил работу, чтобы быть с дочерью. Мать Оксана, сама страдающая от рассеянного склероза и требующая регулярного лечения, разрывается между дочерью и своими поездками в Самару.
Тот, кто всю свою короткую профессиональную жизнь боролся за чужое дыхание, теперь сам за него борется. Семье Лизы можно помочь, нужны средства на лечение, интенсивную реабилитацию и специальный медицинский уход.
Телефон мамы Елизаветы Якунинских для перевода средств (привязан к Сберу): +7 (927) 781-36-96 (Оксана Геннадьевна Я.).
Редакция «КП-Самара» обратилась в Министерство здравоохранения Самарской области с официальным запросом, чтобы прояснить, какие возможности для длительной реабилитации есть в регионе и как может быть решена проблема краткосрочных квот. Мы продолжим следить за ситуацией.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru