Выходной! Воскресенье. Но был один человечек, который встал сегодня особенно рано. Конечно, ведь сегодня Плюш Марковкин должен был успеть на очень важное мероприятие. В парке он должен был рассказать детишкам про своё путешествие к морю и своё знакомство с дельфином. Плюш всю неделю готовился к своему выступлению и очень переживал, ведь он никогда раньше не выступал перед такой большой аудиторией.
Накануне, то есть ещё в субботу Плюш сходил к парикмахеру, который долго боролся с непослушной шевелюрой, но все же с огромным трудом сумел придать ей форму красивой причёски. Затем он нагладил свой любимый синий костюм с жилетом, долго начищал туфли и подбирал шляпу. До позднего вечера Плюш без конца повторял свой рассказ, работал над интонацией, жестами и выражением лица стоя перед зеркалом. К концу дня он очень устал. И ко всему прочему Плюш Марковкин сильно волновался долго не мог уснуть, а когда все- таки уснул, ему снились ужасные кошмары. Например, как он забывает текст своего рассказа или вдруг начинает заикаться или, проходя по сцене, спотыкается и падает. Все начинают хохотать над ним, отпуская дурацкие шуточки и даже кидаются помидорами. Тут Плюш просыпался и резко садился в кровати, что-то бормоча, потом бежал к холодильнику, съедал кусочек вчерашнего пирога с капустой, возвращался в кровать, долго ворочался с боку на бок и все думал, думал, думал. Затем, вспомнив что-то очень важное, он хватался за карандаш и делал поправки к своей речи, менял местами слова, зачёркивал, дописывал, снова зачёркивал.
Плюш Марковкин уснул крепким здоровым сном лишь под утро, и, конечно же, проспал! Он открыл глаза, когда в окно уже ярко светило солнце, пели птицы и Слюнявая Бульдожка бегала во дворе за шмелём. Плюш сладко зевнул, с наслаждением потянулся, и уже хотел было улыбнуться замечательному воскресному утру, как вдруг вспомнил про своё мероприятие. Он с ужасом посмотрел на часы, какой кошмар, до начала его выступления оставалось каких-то десять -двенадцать минут.
Плюш резко вскочил с кровати с криком «Опаздываю!!!» И не совсем осознавая происходящее, а может и не совсем проснувшись, он побежал и со всего размаху влетел в стену. Затем Плюш развернулся и засеменил к двери. Второпях, споткнувшись о свои же тапочки, он задел чашку, которая падая пролила остатки кефира на замечательный плюшев костюм синего света.
- Аааааа,- закричал Плюш в панике и схватил себя за волосы обеими руками. Но тут же, поняв, что он может испортить причёску, медленно стал отпускать волосы, одновременно заглядывая в зеркало. В зеркале он увидел растрёпанного человечка с широко раскрытыми глазами, который держал руки с растопыренными пальцами над головой и нервно дёргал носом.
Это продолжалось всего секунду. Затем Плюш схватил костюм, опрокинув тарелку с надкусанным бутербродом, который он захватил ещё ночью на всякий случай. Хотел все убрать, но вспомнил, что опаздывает, и опять бросил все на пол. Нужно было успеть умыться, одеться и, что очень важно, перекусить. Плюш все это делал быстро, одеваясь он ел, умываясь чистил зубы, обуваясь перечитывал записи, причёсываясь снова ел. В итоге на Плюше Марковкине оказались разные носки, рубашка была одета наизнанку, причёска непоправимо испорчена, синий костюм сверкал на солнце наспех замытым пятном. Плюш схватил старую кепку и отчаянно выбежал на улицу.
- Молчи, - сказал он Бульдожке, которая все это время сидела на крыльце и наблюдала за происходящим. Бульдожка молча кивнула на ноги Плюша, показывая, что он выбежал из дома в одном ботинке. Плюш вернулся домой долго искал ботинок, который он все это время держал в руке. Потом вновь выпрыгнул из дома и побежал.
- Парк в другой стороне, - не выдержала Бульдожка.
Плюш охнул, резко развернулся и помчался в другую сторону. Бульдожка весело побежала следом. Бежать надо было очень быстро. Плюш был уверен, что несётся с огромной скоростью, Бульдожка не спеша шла следом.
- Мы разве никуда не торопимся? - наконец спросила она.
- Уфф, - только и мог вымолвить Плюш, - да, торопимся, я тороплюсь изо всех сил. Он остановился, тяжело дыша, и вдруг увидел Сентябрюшку, которая ехала на своём велосипедике в парк.
- Сентябрюшечка,- тонким голоском позвал уже начав было отчаиваться Плюш,- я здесь.
Сентябрюшка ничего не услышала, тогда Слюнявая Бульдожка громко тявкнула, и девочка, завидев друзей, тут же подъехала.
- Что с тобой случилось, Плюш,- удивлённо спросила она.
- Он готовился к выступлению, - ответила за Плюша Бульдожка, - оратор.
- Сентябрюшечка, дорогая, подвези меня, пожалуйста, в парк, я ужасно опаздываю,- взмолился Плюш.
- Конечно, там все давно уже собрались и ждут, Пип уже хотел отправляться за тобой, я просто за водой для тебя поехала, ораторы же пьют воду,- с гордостью доставая бутылку, сказала девочка.
- Пьют, пьют, Сентябрюшечка, поехали быстрее, у нас осталось две-три минуты.
- Конечно, конечно, поехали, садись.
Плюш кое как взобрался на раму велосипеда, Сентябрюшка оттолкнулась и они поехали. Девочка изо всех сил старалась крутить педали, и вот вдали уже показался парк. Осталось совсем чуть - чуть но в какой-то момент, когда Сентябрюшка на довольно большой скорости объезжала канаву с грязной водой, переднее колесо велосипеда вывернулось и они кубарем покатились прямо грязь.
- Ничего себе, - только смогла сказать Сентябрюшка, сидя в грязной луже и хлопая глазами,- полетик.
Плюш Марковкин с трудом выбрался из чёрной жижи на край канавы.
- Сентябрюшка, как я выгляжу? - спросил он.
- Ну таааак себе, - протянула девочка.
- Ага,- сказал Плюш, - тогда я побежал.
На сцену парка Плюш взлетел в последнюю минуту, когда все уже начали сомневаться, придёт он или нет. Отряхиваясь и растирая грязь по лицу пухлыми ручками в грязном синем костюме, от которого в пылу гонки оторвались пуговицы. С растрёпанными и практически стоящими дыбом волосами, дикими вращающимися глазами и в пятнистой белой рубашке, одетой на изнанку, он предстал перед публикой. Всеми ожидаемый рассказчик Плюш Марковкин.
В наступившей тишине Плюш произнёс:
- Здравствуйте, дорогие детишки и их несравненные родители, сегодня я расскажу вам про море.
В парке по-прежнему висела тишина, все неотрываясь смотрели на этого пухленького странного человечка. Вдруг один из ребят рассмеялся, потом другой, и через минуту хохотали уже все дети и их несравненные родители. Плюш заливался смехом больше всех.
- Представляете, - кричал он,- я так переживал и готовился всю ночь, что проспал.
И все засмеялись с новой силой.
В это время к Плюшу подбежала Слюнявая Бульдожка и, по обыкновению, запрыгнув к нему на руки облизала.
- Спасибо, Слюнявочка,- теперь хоть лицо чище стало, - сквозь смех сказал Плюш.
После того как все вдоволь нахохотались, Плюш начал рассказывать про свой замечательный отдых на море. Несмотря на то, что все записи утонули в канаве, рассказ о его путешествии получился очень интересным. Плюшу до вечера задавали разные вопросы, и не хотели расставаться с ним.
Плюш никуда не торопился, он сидел на краю деревянной сцены и непринуждённо общался с детишками до самого вечера. Бульдожка тоже была рядом: она то гонялась за каким-нибудь сорванцом, то радостно прыгала вокруг детишек, пытаясь лизнуть то одного, то другого, то вдруг принималась спорить с Плюшем. А когда Бульдожка говорила какое-нибудь слово или фразу, детишки радостно кричали: «Говорящий песик, говорящий песик!!!», гладили её и угощали кто чем мог.
На следующее утро Плюш Марковкин и Слюнявая Бульдожка проснулись знаменитыми. Их знали теперь не только зеваки, смотрящие часами на витрины магазина, и не только счастливые обладатели лучших и проверенных Плюшем матрасов, а почти весь город. Идя на работу, Плюш то и дело останавливался, чтобы с кем-нибудь поздороваться и чуть не опоздал. А Бульдожка так наелась, пока шла с Плюшем, что еле-еле волочила ноги. Ведь каждый встречающийся им ребёнок, да и взрослый, хотели порадовать собачку и угощали её всякими вкусностями, а отказываться от еды было не в правилах Бульдожки.
- Мда, - сказал Плюш, когда они уже подходили к магазину,- похоже теперь нужно будет раньше вставать и выходить из дома, чтобы с каждым поздороваться и обсудить дела.
Слюнявая Бульдожка молча кивнула и, высунув язык, улеглась у витрины магазина.