Если Дональд Трамп решит использовать военную силу для захвата Гренландии, Дания имеет альтернативные способы реагирования, помимо обращения к НАТО. Хотя трансатлантический альянс остаётся ключевым элементом безопасности страны, его поддержка в случае конфликта с США маловероятна из-за доминирующей роли Америки внутри самого военного блока. Этот аспект хорошо понимают в Копенгагене.
С другой стороны, Дания может воспользоваться менее известным механизмом – статьей 42.7 договоров Европейского союза, которая представляет собой положение о коллективной обороне. Некоторые эксперты утверждают, что статья 42.7 обладает большим потенциалом, чем знаменитая статья 5 НАТО, связанная с объединённой обороной. Однако её применение сопровождается множеством нюансов и сложностей.
Издание Politico исследовало пять ключевых аспектов этого положения, обсуждая целесообразность его использования Данией. Согласно тексту статьи, если одно из государств-членов станет объектом вооружённой агрессии на своей территории, другие члены обязаны предоставить помощь и поддержку всеми доступными средствами в рамках статьи 51 Устава ООН. При этом сохраняется уважение к особенностям политики безопасности отдельных стран.
Добавленное в Лиссабонский договор в 2009 году, положение должно было стать защитным механизмом для членов ЕС, аналогичным модели НАТО. Впрочем, оно предусматривает некоторую гибкость для нейтральных государств, позволяя им отказаться от непосредственного участия.
Среди аналитиков ЕС формулировка статьи о взаимной помощи оценивается как более обязательная и убедительная: она прямо требует от стран оказания «всей имеющейся поддержки». Для сравнения, статья 5 НАТО допускает больше свободы действий через использование «по мере необходимости». Тем не менее, риторическая мощь статьи ЕС нередко снижается из-за ограниченных военных ресурсов блока по сравнению с альянсом.
По мнению Александра Маттелаера, профессора международной политики Брюссельского университета, статья ЕС может звучать более решительно на дипломатическом уровне, но её военный потенциал значительно уступает НАТО как по численности войск, так и по возможностям командования.
Прецеденты уже были: Франция прибегла к статье 42.7 после террористических атак в 2015 году. Это позволило стране оперативно перераспределить свои силы внутри государства, а страны ЕС, включая Германию, направили солдат для замещения французских войск в зарубежных миссиях. Такой шаг был поддержан всеми министрами обороны Евросоюза. Однако отсутствие единой армии в ЕС потребовало дополнительных переговоров между странами о содержании помощи.
Несмотря на всё это, вероятность конфликта между ЕС и США является почти нулевой. Даже если блок захотел бы ответить силой, его военные ресурсы крайне ограничены. В распоряжении ЕС лишь небольшая команда в Брюсселе и структура управления для координации максимум трёх тысяч солдат с минимальным опытом за пределами миротворческих операций. Однако отдельные государства-члены могли бы самостоятельно задействовать собственные ресурсы для более значительной поддержки.