Когда количество новогодних открыток в моей коллекции перевалило за тысячу, стало очевидно: пора их разобрать и прикинуть реальную цену этого собранного за долгие десятилетия пестрого изобилия. А вдруг под старыми дерматиновыми и бархатными обложками альбомов таятся богатства, которые не стыдно будет оставить потомкам в наследство?
Посетив несколько форумов филокартистов, я поняла, что их мир суров и беспощаден. Они даже разработали международную классификацию для оценки степени сохранности, а следовательно, и ценности почтовых карточек. Идеальная - на вес золота, любая помарка, надпись или почтовый штемпель превращают артефакт в макулатуру, которую можно продать лишь за копейки.
Особенно ценятся дореволюционные открытки. Говорят, у нас такие были, но не сохранились. В голодные годы Гражданской войны пасторальные виды деревенских домиков, заснеженных лесов, ангелочков и золотых куполов церквей обменивали на горсть муки или стакан молока.
После революции новогодние открытки объявили буржуазным пережитком. Пролетариат строил светлое будущее без Деда Мороза. В годы военного лихолетья сороковых небольшие тиражи были, но люди с опаской поглядывали на сумку почтальона, которая могла скрывать в себе не яркую открытку к празднику, а мрачную похоронку.
Массовый выпуск новогодних открыток был налажен в 50-х. Если где-то ощущался дефицит, в дело вступали фотоателье и артели. Тиражи черно-белых карточек с кислотного цвета розочками и бантиками на головах лубочных деток были небольшими. Говорят, сейчас любители ретростиля охотно раскупают подобные образцы народного творчества. В моей коллекции они уцелели чудом - думали, этот китч и копейки не стоит, а поди ж ты!
Самая старая открытка из моих альбомов датируется 1952 годом. С тех пор коллекция росла как снежный ком, пополняясь в основном за счет карточек, что в предпраздничную пору в большом количестве слетались в наши почтовые ящики из разных городов Союза. Дальняя родственница, живущая в Полтаве, поздравляла «з Новим роком!» Письмо от однокурсницы, уехавшей с мужем-военным далеко от Казани, было доставлено почтой «Монгол Шуудан». Весточка из Астрахани, Ленинграда, с Дальнего Востока…
По штемпелям можно изучать географию, а по надписям - историю семьи. На небольшом картонном прямоугольнике, половина площади которого отведена для адресов, люди умудрялись поместить кроме поздравлений и пожеланий короткие строчки о значимых событиях, произошедших с ними за год. Пеняли на долгое молчание, рассказывали о планах, мечтали о встречах… Одни выведены ученическими крупными буквами чернильной ручкой по разлинованному карандашом листу, другие - каллиграфическим почерком, третьи написаны дрожащей старческой рукой.
Большинство желали стандартного набора: здоровья, счастья, успехов. Но попадались и шедевры: дядя-шутник желал «счастья в семейной и личной жизни» (намек понятен). Подруга рисовала тележку с пятерками (видимо, считала, что мне больше ничего не надо). Двоюродная сестра щеголяла стихами: «Дед Мороз, принеси мешок смеха, а если сможешь - еще и успеха!» Подруга по переписке из ГДР не в силах преодолеть трудности перевода, подробно отвечала на риторический вопрос «Как поживаешь?» описанием своей квартиры на втором этаже. Под стать были и присланные ею скучные черно-белые новогодние открытки.
Симпатичные медвежата, ежики и белочки, нарисованные российскими художниками, выглядели гораздо милее.
И вот, перебирая эти «неликвидные» карточки, я поняла: филокартисты гонятся за внешним лоском, а настоящая ценность - в изъянах. В стертых углах, кляксах, корявом почерке, словах «скучаю» и «приезжай». Эти открытки - не товар, а машина времени. Каждая - билет в прошлое, где тебя любят.
Я вернула коллекцию в альбомы, а открытки с самыми теплыми пожеланиями поместила в бархатный синий как зимний вечер альбом. Причем… картинками внутрь, а текстом наружу. Пусть дети и внуки листают его и смеются над нашими «оригинальными» поздравлениями. Пусть читают, как мы жили, о чем мечтали, как искренне поздравляли друг друга.
Ведь это и есть самое ценное наследство, которое измеряется не в деньгах. Моя коллекция стоит дороже - она стоит воспоминаний.