Если вы окажетесь на кладбище где-нибудь в Эдинбурге или Лондоне, ваше внимание неизбежно привлекут странные объекты — мортсейфы (mortsafe). Это массивные железные решетки, буквально вмурованные в землю поверх могил. С виду они напоминают клетки для диких зверей, только внутри — надгробная плита.
Легенды любят шептать о вампирах, которые не должны были выбраться наружу. Но как доктор исторических наук, я вынужден вас разочаровать (или напугать еще сильнее): эти клетки защищали мертвых от живых. Добро пожаловать в золотой век «воскрешателей».
Дефицит «учебных пособий» В начале XIX века медицина в Европе, и особенно в Британии, переживала невероятный подъем. Анатомические школы открывались одна за другой. Тысячи студентов жаждали знаний, а профессора твердили: невозможно стать хирургом, не изучив строение человеческого тела на практике.
Но была одна проблема — закон. Официально медикам разрешалось препарировать только тела казненных преступников. А поскольку в Британии того времени количество смертных приговоров резко сократилось, на всех желающих тел катастрофически не хватало.
Рынок мгновенно отреагировал на спрос. Так появилась одна из самых жутких профессий в истории — «воскрешатели» (resurrectionists), или похитители тел.
Ночной бизнес на лопатах Это была слаженная индустрия. Профессиональная банда могла извлечь тело из могилы всего за 15–20 минут. Они использовали деревянные лопаты (чтобы не звенеть о камни) и действовали по отработанной схеме.
Они не выкапывали всю могилу целиком — это долго и видно. «Воскрешатели» копали узкую шахту только у изголовья. Затем с помощью длинных крюков или специальных ломов они взламывали крышку гроба, цепляли тело за шею или подмышки и вытаскивали его на поверхность.
Самое циничное: одежду покойного они обычно бросали обратно в гроб. По законам того времени, кража тела не считалась тяжким преступлением (тело не принадлежало никому), а вот кража одежды или украшений — это уже была кража имущества, за которую можно было самому отправиться на виселицу.
Бизнес на крови: Берк и Хэйр Цены на «свежий товар» кусались. В холодное время года тело стоило дороже, так как могло дольше храниться. В среднем за один «экземпляр» платили около 10 фунтов — для простого рабочего это был заработок за несколько месяцев.
Жажда наживы привела к тому, что некоторые решили не ждать, пока кто-то умрет. Самый громкий случай произошел в Эдинбурге в 1828 году. Двое предприимчивых мужчин, Уильям Берк и Уильям Хэйр, за один год убили 16 человек, чтобы продать их тела знаменитому хирургу Роберту Ноксу. Их метод удушения был настолько филигранным, что на теле не оставалось следов насилия. Этот способ даже получил в медицине свое название — «бёркинг».
Как защитить близких? Общество было в ужасе. Кладбища превратились в зоны боевых действий. Родственники устанавливали дежурства: мужчины из семьи по очереди сидели у свежей могилы по три недели (пока тело не разложится вполне, чтобы потерять ценность для анатомов).
Для тех, кто побогаче, придумали те самые мортсейфы — железные клетки. Были и другие изобретения:
Каменные башни: Специальные сторожевые вышки на кладбищах, где сидели вооруженные охранники.
Мертвецкие дома: Крепкие каменные амбары, куда гроб помещали под замок на несколько недель, и только потом хоронили «испортившееся» для врачей тело.
Сложные гробы: Со свинцовыми вставками или двойными крышками.
Конец мрачной эпохи Кошмар закончился только в 1832 году, когда был принят «Анатомический акт». Правительство разрешило врачам легально получать тела невостребованных бедняков и людей, умерших в больницах или работных домах, если их никто не забирал для похорон. Черный рынок рухнул почти мгновенно.
Сегодня железные клетки в Эдинбурге или Грейфрайарсе — это просто памятники человеческому отчаянию и цинизму. Но, когда мы восхищаемся успехами современной хирургии, стоит понимать: эти знания были добыты порой самым жутким и аморальным путем.
История медицины — это не только белые халаты, но и скрип деревянных лопат в ночной тишине старых кладбищ.
«А как вы думаете, оправдывает ли цель (развитие медицины) такие средства? Или это было абсолютное кощунство?»