Сегодня у нас в Сибири стукнул настоящий МОРОЗ, давайте поговорим про него.
Персонификация мороза как природной стихи и отмечается в восточно-славянском ритуале приглашения «мороза» на праздничную трапезу (на кутью, кисель, блины), включенном в святочный или пасхальный комплексы. Считалось необходимым накормить мороз обрядовой пищей, чтобы он не морозил посевы злаков и огородные культуры.
В народном обряде Мороз воспринимался как живое мифическое существо. К нему обращались почтительно, как к человеку: ласково («Морозенько»), по отчеству («Мороз Васильевич») или уважительно («дед», «пан»). В песнях и приговорах его приглашали на праздничную трапезу и просили не вредить хозяйству: не губить урожай, не морозить скот и не приходить летом.
Например, на Псковщине в канун Крещения приглашали мороз на блины: «Дед Мороз, дед Мороз! Приходи блины есть и кутью! А летом не ходи, огурцы не съедай, росу не убивай и ребятишек не гоняй!».
В Минской губернии во время крещенского ужина старший из членов семьи бросал в угол дома ложку кутьи «для зюзи» («зюзя» - «детское» слово в некоторых белорусских и западно-русских говорах, обозначающее мороз).