В 1597 году, в царствование Фёдора Ивановича и при фактическом правлении Бориса Годунова, был издан ряд важных законодательных актов. Наиболее известным среди них стал указ, устанавливавший пятилетний срок для подачи исков о сыске и возвращении беглых крестьян. В исторической литературе это положение часто обозначается термином «урочные лета» (установленные, определённые годы). Данный указ не создавал крепостное право как систему, но стал существенным и логичным шагом на пути его юридического оформления, отразив потребности государства и землевладельцев в стабилизации после глубокого кризиса.
Предпосылки и контекст. Последняя четверть XVI века в Московском царстве была периодом тяжёлых испытаний. Последствия затяжной Ливонской войны, опричнины, эпидемий и неурожаев привели к хозяйственному упадку центральных регионов. Одним из главных проявлений этого упадка стало массовое бегство тяглового населения (крестьян и посадских людей) с обжитых земель на окраины — в южные степи, Поволжье, на Дон. Землевладельцы, особенно средние и мелкие служилые люди (дворяне, дети боярские), чье благосостояние и военная служба напрямую зависели от крестьянских повинностей, несли серьёзные убытки и жаловались на «оскудение». Государство же теряло налогоплательщиков. В этой ситуации власть была вынуждена реагировать, балансируя между интересами служилого сословия и необходимостью сохранить хоть какую-то устойчивость на запустевших землях.
Содержание и суть указа. Указ 1597 года не был первым актом, ограничивавшим передвижение крестьян. Ему предшествовали так называемые «заповедные лета» (предположительно с начала 1580-х годов) — годы, когда в определённые периоды Юрьев день (неделя до и после 26 ноября), традиционный срок для перехода крестьян, временно запрещался. Указ 1597 года ввёл новое, процессуальное правило: он установил пятилетний срок для подачи землевладельцем исковой челобитной о сыске и возврате своего беглого крестьянина. Если помещик или вотчинник не успевал заявить о бегстве в течение этих пяти лет, он терял право на розыск, и крестьянин оставался на новом месте жительства, закрепляясь за новым владельцем. Сам указ не отменял Юрьев день официально, но на практике длительный срок сыска сильно затруднял реальную возможность перехода.
Цели и последствия. Законодатель преследовал несколько взаимосвязанных целей. Во-первых, удовлетворить требования служилого сословия, предоставив им действенный инструмент для возврата рабочей силы. Во-вторых, упорядочить судебную практику: бесконечные и запутанные тяжбы о беглых крестьянах, ушедших много лет назад, загружали приказы. Установление чёткого срока давности вносило определённость. В-третьих, указ косвенно легализовал и закреплял сложившиеся за пять лет новые хозяйственные связи. Если крестьянин обжился на новом месте, встроился в хозяйство другого землевладельца и успел заплатить с него подати, государству было выгоднее считать его «прижившимся».
Важно отметить, что указ 1597 года был сословным законом, защищавшим в первую очередь интересы служилых людей. Крупные монастыри и бояре, обладавшие административными ресурсами, и без того могли разыскивать своих крестьян долгие годы. Для рядового помещика же пятилетний срок становился серьёзным и часто невыполнимым условием.
Историческое значение. Введение «урочных лет» стало важным этапом в длительном процессе формирования крепостного права в России. Оно не отменило старый порядок формально, но создало новый правовой механизм, который сильно ограничивал свободу передвижения крестьянства. Впоследствии, в течение XVII века, срок «урочных лет» неоднократно менялся (продлевался до 9, 15 лет, а в 1649 году Соборное уложение отменило срок давности вовсе, установив бессрочный сыск). Таким образом, пятилетний срок 1597 года был первой общегосударственной временной мерой, которая затем последовательно ужесточалась.
Указ также зафиксировал и усилил прикрепление крестьян не просто к земле, а к конкретному владельцу. Он способствовал дальнейшему слиянию поместного (условного) и вотчинного (безусловного) землевладения в вопросах владения крепостными. Это законодательное решение отразило общую тенденцию к консолидации правящего сословия и укреплению государственного контроля над всеми категориями населения в условиях начинавшегося столетия потрясений — Смутного времени.