Найти в Дзене
Там за туманами

Первый парень на сз, кто он и почему все его хотят? Ярмарка тщеславия и абсурда нашего времени

Егор, 39 лет. Прораб с крупной стройки на окраине Москвы. Уроженец Урала, где мужчина ценится по трём параметрам: может ли он одним ударом кувалды вогнать столб, отпраздновать это дело, не свалившись лицом в салат, и молча выслушать два часа нотаций от жены. В Москве — 12 лет. Ценит простые вещи: честный труд, наваристый борщ и чтобы начальник не лез под руку. На стройке — уважаемый «Егорыч»,

Егор, 39 лет. Прораб с крупной стройки на окраине Москвы. Уроженец Урала, где мужчина ценится по трём параметрам: может ли он одним ударом кувалды вогнать столб, отпраздновать это дело, не свалившись лицом в салат, и молча выслушать два часа нотаций от жены. В Москве — 12 лет. Ценит простые вещи: честный труд, наваристый борщ и чтобы начальник не лез под руку. На стройке — уважаемый «Егорыч», который может и чертеж прочитать, и развести зарвавшегося субподрядчика по понятиям. Зарегистрировался на сайте знакомств после третьей рюмки коньяка с бывшим одноклассником, который сказал: «Ты там, брат, в своём ЖБИ и арматуре закис. Мир-то изменился!». Решил: «А почему бы и нет? Будет что рассказать в бытовке». Подход: «Посмотрю, что эти столичные феи вообще предлагают. Как на сафари».

История 1: «Квантовая запутанность и борщ»

Анкета: Мирослава, 31. Коуч по осознанности, таролог, веду канал про квантовую физику отношений. Вселенная — это мы.

Фото: В платке, с хрустальным шаром на фоне какого-то инстаграмного кактуса.

Диагноз Егора: «Опа. Шаманка городских джунглей. Надо взглянуть, как водицу мутит».

Свидание: Место — «эко-клуб» с запахом палочек и грустного авокадо. Мирослава в одежде цвета запёкшейся земли. На столе — колода карт, а не меню.

— Егор, я сняла твою энергию ещё на подходе, — начала она, не глядя. — Ты носишь с собой шлейф нерешённых кармических задач. Судя по всему, из прошлой жизни ты был кузнецом, который подковал лошадь, сбросившую татаро-монгольского лазутчика. Это обязывает.

— Интересно, — сказал Егор, вспоминая, как в прошлую пятницу он был скорее «мужиком, который перебрал водки и пел песни про тайгу». — А я-то думал, просто арматуру гну.

— Это метафора! Я предлагаю тебе квантовый переход. Мы проведём медитацию на денежный канал. Вклад — 5000, это энергообмен.

Егор прикинул, что на эти деньги можно купить три отличных перфоратора на «Авито». Он сделал задумчивое лицо.

— Понимаешь, Мирослава, я в этом не силён. Но у меня тоже есть способность. Я по ауре определяю, у кого дома протекает крыша, а у кого — совесть. У тебя, — он прищурился, — в районе третьей чакры, там где печень, тень. Говорит, либо застой желчи, либо неотданный долг. Не 5000 ли рублей подруге Оле в апреле?

Она побледнела. Егор допил свою воду за 300 рублей (за которую в столовой на стройке можно было три дня обедать), оставил на столе монетку «для энергообмена» и удалился, насвистывая «Мурку».

Финал: В блокноте для заметок на стройке появилась запись: «Коуч — это как прораб, только вместо сметы — бред, а вместо результата — обида. Не брать».

История 2: «Крипто-принцесса и пайщик кооператива «Рассвет»»

Анкета: Алиса, 28. Инфлюенсер в сфере web3, NFT-художница. Ищу сильного мужчину в моём путешествии к луне.

Фото: В розовых волосах и с горящими глазами на фоне биржевых графиков.

Диагноз Егора: «Говорит на буквах, а глаза бегают как у хорька. Надо развести её на ужин за мой счёт, а там видно будет».

Свидание: Лофт-пространство, где вместо люстр — велосипедные колёса. Алиса говорит скороговоркой, тыча в телефон:

— Видишь этого панду с самурайским мечом? Это мой NFT. Купила за 0.5 ETH, сейчас он стоит уже 3! Ты в каком пуле пасешься? Стейкуешь Luna?

— Я в другом кооперативе пайщик, — честно ответил Егор. — «Рассвет». Гараж на два бокса в Мытищах. Тоже актив. И тоже иногда падает, когда соседи водку пьют и дверь кувалдой косяк.

Она проигнорировала. Показала на свои кроссовки с цифровыми экранами:

— Они пульсируют в такт моему крипто-портфелю!

— У меня каска так пульсирует, когда кранёвый ковш мимо пролетает, — заметил Егор. — Менее приятно, но тоже информативно.

Когда Алиса, наконец, перешла к сути («Мне нужен мужчина-кит, который инвестирует в мой новый проект — коллекцию NFT «Тоска офисного планктона». Всего 15 тысяч долларов!»), Егор достал свой телефон.

— У меня тоже есть проект. Вот смета на ремонт балкона в хрущёвке. Материалы, работа. 300 тысяч рублей. Давай вместе инвестируем? Ты вкладываешься, а я тебе каждый день буду фотки процесса присылать. Это как стейкинг, только с пеноплексом. Дивиденды — тёплый балкон.

Она ушла, бормоча что-то про «недалёких боомеров». Егор заказал ещё один бургер, радуясь, что крипто-принцесса не догадалась, что за ужин платит он.

Финал: Запись в блокноте: «NFT — это как обещание прораба сдать объект «вчера». Картинка есть, а ценности нет».

История 3: «Спонтанность по расписанию»

Анкета: Юля, 33. Event-менеджер. Обажаю спонтанность, дурачиться и моменты!

Фото: Катается на роликах, смеётся с коктейлем, прыгает с парашютом.

Диагноз Егора: «Слишком много зубов в улыбке. Спонтанность, которая пахнет планированием. Беру на контрольный выстрел».

Свидание: Юля предложила «абсолютно спонтанную» встречу в веревочном парке. Егор, чьё детство прошло на стройках, смотрел на эти канаты как снайпер на мишень.

— Я обожаю экстрим! — кричала Юля, аккуратно пристегиваясь пятой карабином. — Это так вырывает из рутины!

— Ага, — сказал Егор, одной рукой болтая на турнике, который она минуту обходила. — У меня в рутине вчера плита восьмисотка едва не упала мужику на ногу. Вот это был экстрим, без страховки.

Они сели пить смузи. Юля достала телефон.

— Так, спонтанность удалась! Теперь план: через 20 минут — каток (у меня в машине коньки), потом — мастер-класс по декупажу бутылок (я записала нас по промокоду), а вечером — вечеринка в стиле «латино» в клубе «Манго» (я внесла нас в гостевой лист).

Егор смотрел на неё с научным интересом.

— Юль, а спонтанно ли мы можем этого всего не делать? Я, например, спонтанно вспомнил, что у меня в багажнике лежит шашлык и холодное пиво. И там же, спонтанно, оказалась поляна у пруда. И мангал.

Она посмотрела на него как на инопланетянина.

— Но… это же не в плане! И инстаграмного контента не получишь!

— А зачем его получать? Его ж потом выбрасывать, — философски заметил Егор.

Финал: Они разъехались. Он поехал на ту самую поляну с шашлыком, позвав ребят с работы. Запись в блокноте: «Спонтанность — это когда тебя посылают на объект, а там ни чертежей, ни материалов. А не когда у тебя в календаре с 18:00 до 18:15 записано «безудержное веселье».

Первый парень на сз
Первый парень на сз

История 4: «Аудитор чувств»

Анкета: Ольга, 35. Финансовый аудитор. Всё должно быть ясно, честно и по плану.

Фото: Деловой костюм, чёткий взгляд, на заднем плане — графики.

Диагноз Егора: «Настоящая! Из плоти, Excel и KPI. Интересно, как она романтику аудитует».

Свидание: Ресторан с понятным меню и ценами, от которых хочется плакать, но хотя бы честно. Ольга была образцом точности.

— Егор, я ценю твоё время и своё. Давай структурируем наше знакомство. У меня есть чек-лист ключевых параметров для потенциального партнёра.

Она открыла на планшете таблицу. Егор увидел графы: «Финансовая стабильность (с подтверждением)», «Наличие жилья (с фотоотчётом)», «Психологический профиль (пройдём тест позже)».

— Я подготовился, — сказал Егор и достал из портфеля папку. — Вот справка 2-НДФЛ. Вот фото моей однушки в Люберцах, вот вид из окна на соседнюю однушку. Вот выписка из диспансера, что не состою на учёте. А вот, — он положил на стол замызганный листок, — мой чек-лист.

Ольга удивлённо взяла листок. Там было три пункра:

1. Не орёт по пустякам (как кранёвый кран при загрузке).

2. Умеет готовить что-то, что не разъедает желудок.

3. Не считает мою работу на стройке «немужской и грязной».

  Она смотрела то на таблицу, то на листок. В её глазах мелькнуло что-то человеческое.

— Вы… очень прямолинейны.

  — На стройке за словом в карман не лезут. Бетон же не обманешь — он или схватывается, или нет.

  Они доели ужин, разговаривая уже не по чек-листам. На прощание она сказала: «Ваши параметры… требуют дополнительного изучения». А в личку потом пришло сообщение: «Ваш чек-лист лаконичнее. Предлагаю обсудить пункт №2. Я умею готовить борщ».

  Финал: Запись в блокноте: «Иногда и столичные аудиторы — люди. Борщ, кстати, оказался хоть и не мамин, но вполне годный. Продолжаем исследование».

Общий итог: Егор не удалил приложение. Он воспринимал его теперь как увлекательную социальную игру, «Тиндер-сафари», где он — бесстрашный натуралист, изучающий редкие и причудливые виды столичных ромашек. С каждой встречей его коллекция наблюдений и его личный юмор становились только богаче. Он понял главное: его «провинциальная простота» — это не недостаток, а сверхспособность, позволяющая видеть абсурд за красивыми аватарками. И что иногда, очень редко, можно найти того, кто за абсурдом тоже увидит человека.