Злые люди скажут, что звезда Фэй Данауэй начала гаснуть еще в 80-е, а в новом веке практически закатилась. И что сейчас она — персонаж из музея кино, куда сдано немало ее фильмов, когда-то гремевших по всему миру. В этом будет своя правда: перейдя на возрастные роли, Данауэй не смогла, подобно Катрин Денев или Мэрил Стрип, удержать свою ошеломительную славу, последние 25 или 30 лет она чаще всего снималась бог знает в какой ерунде. Но в 70-е Фэй была одна из самых ярких звезд и одна из самых красивых актрис в мире, а главные ее картины — «Бонни и Клайд» или «Китайский квартал» — живы и сегодня.
«ВСПОМИНАЮ МАРЧЕЛЛО — И МЕНЯ ОХВАТЫВАЕТ ЖГУЧЕЕ СОЖАЛЕНИЕ»
Карьера Фэй Данауэй могла пойти по совсем другому пути. Когда юная театральная актриса дебютировала в кино (в один год вышли фильмы «Хэппенинг» и «Поторопи закат»), она резко не понравилась критикам. Влиятельнейший Босли Краутер из The New York Times назвал ее бледной копией Джейн Фонды, Роджер Эберт из Chicago Sun-Times писал, что на протяжении всего фильма «Поторопи закат» она демонстрирует «один и тот же ловкий трюк — подпирает голову тыльной стороной ладони». Да что там критики, — агенты открыто говорили ей, что ее лицо в принципе не подходит для кинематографа.
А что хуже всего, Фэй сдуру подписала контракт на шесть фильмов с постановщиком «Заката» Отто Преминджером, который в прошлом был выдающимся режиссером, но к концу 60-х уже выдохся. Увидев, что тот наснимал, и представив, что впереди у нее «еще пять таких же ужасных фильмов», она похолодела. К тому же отношения с Преминджером на съемках сложились безобразные — «он вообще ничего не понимал в актерской игре, работа с ним была сплошной психодрамой, в конце каждого дня я чувствовала себя разбитой…»
В общем, Данауэй разорвала контракт и потеряла из-за этого большие деньги. Но получила свободу, которая тут же ей очень пригодилась. Режиссер Артур Пенн приступал к съемкам фильма «Бонни и Клайд» о банде грабителей банков, орудовавших в начале 30-х; он увидел «Хэппенинг» еще до выхода в прокат и пригласил Данауэй на читку сценария. В итоге ей досталась роль Бонни Паркер, хотя против ее утверждения на роль поначалу выступал партнер и продюсер Уоррен Битти — ему казалось, что у актрисы слишком сложное лицо для той простой девушки из глубинки, какой была Бонни. Но Битти удалось переубедить. И фильм «Бонни и Клайд» стал одной из главных сенсаций конца 60-х (не в последнюю очередь из-за сцен насилия — еще никогда, кажется, в американском кино персонажей так подробно и долго не расстреливали на крупном плане). Ни у кого на этот раз не возникло претензий к игре Фэй — даже вышеупомянутый Роджер Эберт в экстатической рецензии заявил, что, к его удивлению, она и Битти оказались «большими актерами».
Дальше была «Афера Томаса Крауна» — немного странный, но по-своему неотразимый фильм о миллиардере, который очень любит летать на планерах и воровать произведения искусства. Партнером Фэй стал Стив МакКуин, он, как и Битти, поначалу сомневался в девушке — но после съемок объявил Данауэй «лучшей актрисой, с которой работал в жизни».
А сразу вслед за съемками в «Афере» она отправилась в Италию, играть в «Возлюбленных». Казалось бы, что могло пойти не так? Режиссер — живой классик Витторио-Де Сика, партнер — Марчелло Мастроянни… Но критик из Los Angeles Times заявил: «Это худший фильм, который я видел в этом году, а возможно, и худший, который я смотрел с 1926-го». Другие были не более ласковы: «Самая отвратительная псевдоромантическая чушь, которую я когда-либо видел!» «Влюбленных», где Фэй играла модельера, умирающую от неизлечимой болезни и напоследок теряющую голову от красавца-итальянца на фоне роскошных пейзажей Кортина д’Ампеццо, многие и сейчас склонны включать в списки худших фильмов 60-х. Но Фэй было наплевать: на съемках она всерьез влюбилась в Мастроянни, а он — в нее. (Согласно легенде, их объятья в любовной сцене были столь страстными, что-Де Сике пришлось обливать их водой, чтобы они наконец отцепились друг от друга).
У Фей было правило — никогда не заводить романы с партнерами по фильмам, она считала, что это «разрушит роль и всю картину». Руководствуясь этим принципом, она от Пола Ньюмена ушла, от Джека Николсона ушла, даже от великого ловеласа Уоррена Битти ушла… а на Мастроянни сломалась. «Таких мужчин я еще не встречала. Когда мы встретились, я была потрясена. Он был великолепен…» Потом Фей постоянно летала в Италию, из римского аэропорта Фьюмичино выходила в парике или в огромной шляпе, и, как правило, в темных очках: «Ради любви я делала то, что ненавидела. Но мы были как два шпиона, скрывающиеся от папарацци».
Фей мечтала выйти за Марчелло замуж и родить от него детей. А он наотрез отказывался разводиться с женой. На рождественской вечеринке в 1969 году Данауэй увидела супругов вместе и вдруг осознала, что Мастроянни никогда жену не оставит. И приняла решение резко оборвать отношения с ним. Оба потом сильно переживали. Он уже на склоне лет говорил, что ни одну женщину не любил так страстно и страшно жалеет, что потерял ее. Она сейчас в интервью заявляет: «Иногда я вспоминаю годы, проведенные с Марчелло, и меня охватывает жгучее сожаление».
«ЗАРПЛАТА — ВОТ ТВОЯ МОТИВАЦИЯ!»
В целом, после «Влюбленных» ей несколько лет не везло в кино. Ну да, были роли в «Маленьком большом человеке» Пенна, в «Оклахома как она есть» Стэнли Крамера, была роль Миледи в «Трех мушкетерах» Ричарда Лестера. Теннесси Уильямс лично превознес до небес ее работу в роли Бланш Дюбуа в «Трамвае «Желание», но это была театральная постановка, — а в кино, по мнению критиков, Бонни Паркер так и осталась высшим ее достижением.
Ничего страшного: в середине десятилетия ее ждал новый взлет. Она наконец получила «Оскар» за роль тележурналистки, готовой на убийство ради рейтингов, в сатирической трагикомедии «Сеть». И сыграла одну из самых запоминающихся ролей в карьере — в «Китайском квартале» Романа Полански.
Сейчас этот фильм стал классикой, а Эвелин Маллрэй, в 15 лет родившая дочь от собственного отца, — одной из самых знаменитых героинь нуаров в истории Голливуда. Но на съемках все было ужасно. Питер Бискинд, автор замечательной книги «Беспечные ездоки, бешеные быки», писал: «Данауэй никак не могла понять мотивацию поступков своей героини. Не сильно помог и режиссер. Поланский только кричал: „Говори свои чертовы слова и не забивай голову глупостями. Зарплата — вот твоя мотивация!“ Кроме того, актриса помешалась на своей внешности. По правде говоря, с её фирменными высокими скулами, кожей алебастровой белизны, кроваво-красной помадой на губах и завитками волос цвета меда она была неотразима. Рассказывает Поланский: „Стоило мне произнести „Снято!“, как главными героями на площадке становились помада и пудра“. Отношения исполнительницы главной роли и режиссера достигли кульминации в конце второй недели работы, во время съемок сцены в ресторане „Виндзор“. Данауэй и [Джек] Николсон разместились на красном кожаном диванчике около стены. По версии Поланского, „один волосок актрисы никак не хотел вести себя смирно, постоянно отделялся от причёски и бликовал. Попытки примять, спрятать его не помогали“. Тогда режиссер встал со своего кресла, обошел Фэй и просто выдернул волос. Данауэй закричала: „Этот ублюдок вырвал у меня волос!“ или что-то в этом роде и вне себя от ярости покинула съемочную площадку»…
Но потом Данауэй признавалась: «Роман Поланский был ужасен, но и я была ужасна, в этом не приходится сомневаться». Как минимум, она относилась к работе всерьез и с самоотдачей: например, потребовала от Джека Николсона, чтобы он всерьез надавал ей в одной сцене пощечин. Он отказывался, но она настаивала: «Давай, вперед, врежь мне!» В итоге уломала, — и сцена, по ее мнению, получилась превосходной.
«И МАНИЯ, И ПЕЧАЛЬ МНЕ БЫЛИ НУЖНЫ ДЛЯ РАБОТЫ»
Фэй многие не любили. Например, на съемках телефильма «Исчезновение Эйми» ее буквально возненавидела легендарная голливудская актриса Бетти Дэйвис: ее возмутило, что Фэй несколько часов не могла выйти из своего трейлера, где колдовали над ее гримом, а массовка из нескольких тысяч человек ждала ее на жаре. Чтобы как-то утешить несчастных, Дэйвис спела для них песню. а потом просто отказывалась появляться с партнершей в одном кадре. Их сажали в кресла друг напротив друга, а потом, когда оператор смотрел в видоискатель камеры, не обнаруживал Дэйвис: она потихонечку отодвигала кресло так, чтобы быть от Данауэй как можно дальше.
По иронии судьбы, через несколько лет в фильме «Мама дорогая» (Mommy Dearest) Данауэй сыграла Джоан Кроуфорд — другую голливудскую звезду, которая враждовала с Дэйвис не во время съемок одного фильма, а на протяжении десятилетий (потом, уже в 2010-е, про их отношения сняли сериал «Вражда»). Это была драма об отношениях Кроуфорд с дочерью, но помимо воли авторов получилась почти комедия; на «Золотой малине» ее сначала назвали худшим фильмом 1981 года (Данауэй лично — худшей актрисой), а потом и вообще худшим американским фильмом 80-х.
Где-то здесь карьера Фэй и начала потихоньку катиться под откос. У нее потом были, конечно, удачи типа «Пьяни» (Barfly) Барбе Шредера по прозе Чарльза Буковски, но гораздо больше было полуудач и провалов — вроде комикса «Супергерл», где она изображала злую ведьму, или первой экранизации «Рассказа служанки» Маргарет Этвуд (1990). Не всем пришлись по вкусу и «Аризонская мечта» (1993) — первый и единственный фильм Эмира Кустурицы, снятый в Америке на английском языке, и «Жанна Д’Арк» (1999) Люка Бессона, где Данауэй играла Иоланду Арагонскую…
И все же сейчас ее помнят и любят в Голливуде. Она ведет довольно закрытый образ жизни, нечасто дает интервью, но в 2024 году вышел посвященный ей документальный фильм «Фэй» (режиссер Лоран Бузеро уговаривал Данауэй сняться в нем на протяжении нескольких лет). Там подробно описаны инциденты на съемках, вспышки эмоций, которые она обрушивала на головы коллег (самое мягкое, что они про нее говорят — что она «трудная»). Но Данауэй рассказала, что много лет страдает от биполярного расстройства, и живет на таблетках — лишь они помогают справляться с жуткими перепадами настроения. При этом, с ее точки зрения, биполярное расстройство для актрисы — это не только плохо, но и хорошо: «Я не знаю, как все это работает, но и мания, и печаль были мне нужны для работы. Конечно, как для человека, это иногда создавало для меня массу трудностей, мне приходилось разбираться в себе и все это преодолевать. Но это часть меня, и теперь я справляюсь с этим гораздо лучше». Она предельно откровенно рассказала и о своей мании совершенства (она действительно не могла приступить к съемкам, если не казалась себе абсолютно безупречной), и о жестоком алкоголизме, к которому закономерным образом привели душевные недуги (ей помогли выкарабкаться «Анонимные алкоголики» — она уже 15 лет ходит на их встречи). Вообще, не самый веселый получился фильм: Данауэй периодически произносит там фразы типа «Я научилась не вступать с людьми в близкие отношения, все равно ведь придется их потерять» (это касалось и Мастроянни, и других ее возлюбленных и друзей). Но выглядит все это ужасно трогательно — и после выхода фильма Данауэй призналась, что съемки обернулись для нее настоящим катарсисом.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru