Ректор Александр Дмитриевич Гуляков дал интервью газете «Улица Московская», в котором подвел итоги года и пояснил, как он видит движение университета к новой парадигме высшего образования.
– Александр Дмитриевич, что главное в работе ректора?
– Работа ректора охватывает множество направлений. В основе деятельности университета лежит образовательный процесс, он базовый — мы готовим кадры. От качества образования зависит уровень подготовки наших выпускников.
Среди других ключевых направлений: научные исследования, воспитательная работа, работа с иностранными студентами, финансовая деятельность, управление имуществом, ремонтные работы и строительство.
По всем этим направлениям мы наблюдаем положительную динамику развития, и последние 10 лет это наглядно подтверждают. Речь идет не только о статистических данных, но и о реальных достижениях.
За 13 лет руководства университетом я считаю своим главным достижением сохранение коллектива.
В 90-е и 2010-е годы общество переживало непростой период: определенный хаос царил в экономике, социальной сфере и образовании. Был брошен клич на омоложение кадров во всех направлениях нашей экономической деятельности, образовательной деятельности. Старики должны уйти, на их место должна прийти молодежь. Некоторые руководители поддались этому влиянию, но я, имея опыт работы в управлении внутренних дел, не разделяю такой подход.
Сфера образования по своей природе консервативна. Мы преподаем технические дисциплины, физику, математику, химию, биологию, а также гуманитарные науки.
Но что изменилось в физике, математике, химии или биологии за последние 100 лет? Конечно, появились новые разделы, но базовые принципы остались прежними. Поэтому радикальных новшеств в обучении студентов практически нет — есть обновления и новые разработки, которые строятся на уже существующих знаниях.
В гуманитарных науках, например в истории, тоже сложно привнести что-то принципиально новое: история складывалась тысячелетиями.
Новшества чаще касаются не содержания предметов, а методик их преподавания. Сегодня преподаватель, даже заслуженный, уже не привлечет внимание студента, если будет просто стоять у доски с мелом. Студенты заинтересованы в том, как мы применяем в обучении современные цифровые технологии.
Если студент что-то не понял, он может обратиться к электронной информационно-образовательной среде, которую мы создали в университете. Я считаю, что наша среда — одна из лучших в округе. Студент может воспользоваться онлайн-курсами, найти ответы на свои вопросы и узнать то, что профессор не успел рассказать на лекции. Это не заменяет традиционное обучение, а дополняет его. На мой взгляд, именно в этом заключается современный подход к высшему образованию. Кроме того, я не считаю возможным умалять заслуги преподавателей старшего поколения. Эти люди добились успехов в науке и образовании, подготовили сотни и тысячи кадров и обладают огромным запасом знаний.
Нельзя считать, что их знания вдруг стали ненужными, а нужны только новые. Откуда взять эти новые знания, если нет фундамента, который как раз и дают представители старшего поколения?
Как ректор я придерживаюсь мнения, что смена поколений в профессорско-преподавательском составе должна происходить эволюционно, а не революционно. Когда кто-то достигает пенсионного возраста или сталкивается с проблемами со здоровьем, на смену ему могут прийти новые специалисты.
Однако для сохранения высокого уровня преподавания важно, чтобы молодые преподаватели имели ученую степень — как минимум степень кандидата наук. Доктора наук обычно получают эту степень в возрасте 40–50 лет.
Интерес к аспирантуре в свое время снизился. Причина в том, что аспиранты получали невысокие стипендии, а после окончания обучения и при работе на кафедре зарплата тоже была небольшой. Поэтому многие талантливые выпускники, получившие ученую степень, уходили в бизнес, особенно в IT-компании, где предлагали более высокие зарплаты.
Чтобы удержать таких специалистов, нужна была особая мотивация. С самого начала своего руководства я уделял большое внимание аспирантуре и подготовке молодых научно-педагогических кадров.
Я считаю, что поступаю справедливо в отношении представителей старшего поколения. Насколько мне известно, никто из них не обижается на меня из-за несправедливого увольнения с должности.
Профессора, которые внесли значительный вклад в развитие нашего университета — и в научную сферу, и в учебный процесс, — получают статус «профессор-консультант». В этом статусе они могут выступать в роли наставников: консультировать молодых преподавателей, студентов и аспирантов. При этом они не читают лекции, но их консультационная работа весьма полезна. Сейчас у нас около 20 профессоров-консультантов. Сочетание их мудрости и глубоких знаний с энергией молодежи дает плоды.
Сегодня средний возраст профессорско-преподавательского состава — 48 лет. Около 30% преподавателей — молодые специалисты. Именно сбалансированная смена поколений и преемственность обеспечивают высокий уровень воспитательной, образовательной и научной работы.
Мы значительно увеличили наш бюджет: если раньше он составлял 1,2 миллиарда рублей, то сейчас достиг 3,3 миллиарда.
Один из значимых источников дохода — обучение иностранных студентов. Сейчас в университете около 3000 иностранных студентов из 47 стран. Они, как правило, учатся на платной основе, и стоимость их обучения выше, чем для отечественных студентов (особенно по медицинским специальностям).
Еще одна из ключевых строк бюджета — доходы от научной деятельности. Если раньше мы зарабатывали около 50 миллионов рублей на научных работах, то теперь — от 105 до 108 миллионов, а в некоторые годы — до 200 миллионов. 200 миллионов рублей — значительная сумма, и мы умеем ее зарабатывать.
Я изучал зарубежный опыт: в западноевропейских странах от 40 до 60% взрослого населения проходят переобучение или переподготовку. Когда промышленное предприятие закрывается, его работники могут быстро получить новую профессию — учеба занимает 5-6 месяцев.
В свое время мы создали в структуре вуза институт непрерывного образования, который предлагает широкий спектр программ обучения, востребованных на региональном (и не только) рынке труда. По заявке любого промышленного предприятия или бизнес-структуры мы можем быстро переобучить специалистов.
Почему это возможно? У нас есть преподаватели всех профилей — технические, медицинские, педагогические, гуманитарные дисциплины. Нам нужно лишь набрать окупаемую группу (25–30 человек), разработать под нее программу, учитывая желаемые знания и навыки. За эти услуги заказчики дополнительно оплачивают работу наших преподавателей, что приносит университету доход.
Не скрываю: я сторонник жесткого режима экономии. Когда я пришел, здесь довольно свободно обращались с деньгами, и мне пришлось немало поработать с бухгалтерией. Сейчас я лично и очень строго контролирую финансовые потоки.
Публично заявляю: централизованный контроль за финансами — важнейшая вещь. Стоит его ослабить — и экономия исчезает.
Мое твердое правило: богат не тот, у кого много денег, а тот, кто ими разумно распоряжается. Можно иметь огромные средства, но при этом фактически ничего не иметь.
При этом важно соблюдать баланс в расходовании бюджетных средств: значительная часть идет на развитие университета, еще одна приоритетная задача — повышение заработной платы.
Сейчас заработная плата преподавателя в нашем университете составляет 211% от среднего уровня по экономике Пензенской области. В суммовом выражении это составляет 102,8 тыс. рублей, а научные сотрудники получают по 127 тыс. рублей.
Для мотивации преподавателей мы ввели балльно-рейтинговую систему. Раз в год мы подводим итоги, и многие преподаватели получают дополнительные выплаты к основной зарплате. Иногда суммы достигают шестизначных цифр — подписывая такие выплаты, я порой задумываюсь, ведь моя зарплата меньше.
Тем, кто не хочет зарабатывать больше, мы не можем помочь — они ограничиваются базовой зарплатой. Я считаю балльно-рейтинговую систему мощным стимулом для развития.
Многое зависит от поддержки федерального Министерства науки и высшего образования. Мы стараемся выстраивать нормальные отношения с ведомством и получаем все, что положено по закону. Конечно, хотелось бы большего, но это не всегда возможно.
Когда я пытаюсь включить университет в какую-то министерскую программу, нам отвечают: «В Пензе и так все хорошо. Посмотрите, есть вузы, которым действительно нужна помощь». Получается старая система: те, кто активно работает, не получают дополнительной поддержки, а те, кто не проявляет инициативы, получают помощь.
Поэтому мы не ждем милости из Москвы, а стремимся сами зарабатывать.
Что касается технической базы — это для меня принципиальный вопрос. Мы поддерживаем лаборатории в надлежащем состоянии, а это требует значительных средств. Кроме того, мы совершенствуем инфраструктуру университета: обеспечиваем бесперебойную работу всех коммуникаций, проводим масштабный ремонт учебных аудиторий — каждый год ремонтируем более ста аудиторий.
Мы создали клинико-медицинский центр при университете — и это наша гордость. Когда я пришел, здесь ничего подобного не было. У меня возник вопрос: как так получилось, что при наличии профильного медицинского института, лучших профессоров, около 22 тысяч студентов всех форм обучения (включая иностранцев) и 3000 сотрудников (из которых 1200 — профессорско-преподавательский состав: 200 докторов наук и 760 кандидатов наук) у нас не было собственного клинико-медицинского центра?
Мне хотелось, чтобы наши преподаватели не тратили время на стояние в очередях в поликлиниках по месту жительства. Поэтому мы направили значительные средства на создание клинико-медицинского центра.
Совсем недавно мы открыли новый учебно-научный стоматологический центр. Мы вложили в него около 15 миллионов рублей и закупили суперсовременное стоматологическое оборудование.
Центр будет выполнять две функции. Лечебную — наши преподаватели будут заниматься лечебной деятельностью. И образовательную — студенты смогут учиться на практике.
Сейчас практика стоматолога чаще всего проходит так: студенты приходят в клиники, стоят позади врача и лишь краем глаза наблюдают за его работой. Мы же оборудовали центр так, что процесс лечения пациента транслируется с видеокамеры на монитор в соседней аудитории. Благодаря этому студенты могут в деталях рассмотреть ход операции.
Мы также отремонтировали общежития для иностранных студентов — всего четыре общежития. Ремонт проводился с привлечением средств иностранных инвесторов. Они идут нам навстречу, поскольку в нашем университете обучается большое количество студентов — их соотечественников. Инвесторы соглашаются на условия софинансирования: мы вносим меньшую часть средств, а они — большую.
Триада принципов — сохранение кадров, увеличение их потенциала и мотивации, наращивание финансовых потоков и развитие материально-технической базы — позволяет обеспечить динамичное развитие университета.
Результаты наших усилий отражаются в рейтингах. В отечественных рейтингах мы занимаем солидные места — входим в топ-50 и в сотню лучших по отдельным направлениям. У нас также есть значимые показатели в международных рейтингах.
Одним из критериев качества наших специалистов является уровень заработной платы. Уже шесть лет подряд мы входим в двадцатку лучших вузов страны по уровню заработной платы выпускников — IT-специалистов и выпускников экономических и юридических специальностей.
Среди наших иностранных студентов много тех, кто обучается медицине, особенно индусов. Однако с российским дипломом они не имеют права работать на родине. Выпускник должен в течение года подтвердить свои знания в медицинской комиссии министерства здравоохранения Индии, сдав специальные экзамены.
В среднем только 32–34% выпускников российских медицинских вузов могут подтвердить свои знания в Индии. Среди выпускников нашего мединститута этот показатель значительно выше — 62–64 %. Посольство Индии в Москве подтвердило, что выпускники Медицинского института Пензенского государственного университета демонстрируют высокий уровень знаний.
Кроме того, перед выпуском мы организуем дополнительные занятия для индийских студентов. Мы договариваемся с поставщиками и посредниками из Индии, и они привозят сюда двух-трех индийских профессоров. Те проводят дополнительные занятия на английском языке, учитывая требования, которые будут предъявлены в Индии. Благодаря этому наши выпускники уезжают в Индию более подготовленными.
В медицинском институте мы особенно строго следим за тем, чтобы студенты не пропускали занятия. Если студент пропустил тему, он должен восполнить ее, отчитаться и сдать пропуск в виде зачета, прежде чем приступить к дальнейшим занятиям.
Мы решили вовлекать студентов в научную деятельность на ранней стадии. Когда я объявил об этом, мне возразили: где студенты, а где наука?
Тем не менее сейчас около 25–30% из 22000 студентов в той или иной степени участвуют в научно-исследовательской работе и прикладных исследованиях. Студенты не только могут реализовать себя, но и зарабатывать. Так они понимают, что наука — это осязаемая вещь.
Уже 8–10 лет мы практикуем проект ректорских грантов. Сначала мы выделяли на стимулирование студенческой науки 2-3 миллиона рублей, сейчас — 5 миллионов. В будущем планируем увеличить сумму до 10 миллионов. Хотя это и небольшие деньги, они вызывают интерес у студентов. Я считаю, что это хороший стимул для развития студенческой науки.
Мы стремимся к тому, чтобы обновление лабораторной базы в нашем университете было систематическим. Однако пока это не удается реализовать полностью из-за необходимости значительных финансовых вложений. В качестве альтернативного решения мы открыли базовые кафедры на площадках современных предприятий и технопарков. Сейчас у нас действует 9 таких кафедр.
Особенность такого подхода в том, что обучение проходит не в стенах университета, а на базе современного предприятия или медицинского учреждения, где установлено передовое оборудование. Это дает нашим студентам уникальную возможность увидеть современное оборудование в действии, получить практические навыки работы с ним, глубже понять принципы его использования.
Сегодня практически каждое предприятие оснащено современными технологиями, и базовые кафедры позволяют максимально использовать этот потенциал в образовательном процессе.
Главная особенность базовых кафедр — сбалансированный состав преподавателей: 50% — наши теоретики, профессора, которые дают студентам фундаментальные знания, 50% — практики с предприятия: главные технологи, инженеры, конструкторы, которые передают реальный производственный опыт.
Более того, нам удалось приобрести 2000 современных отечественных планшетов, которыми мы оснастим буквально каждого преподавателя и научного работника нашего университета. Это позволит им более эффективно вести учебный процесс и заниматься наукой.
– В России заявлен переход к новой парадигме высшего образования. Поясните, пожалуйста, что она собой представляет.
– Основополагающий принцип новой концепции высшего образования — сбалансированное сочетание теоретического обучения и практики. Предполагается соотношение 50% теории и 50% практики.
С 1 сентября 2027 г. акцент в образовательном процессе будет сделан на практико-ориентированное обучение. Безусловно, теоретическая база важна, но практическим навыкам следует уделять первостепенное внимание. Нам необходимо оперативно корректировать образовательные программы, чтобы выпускать специалистов с глубокими практическими знаниями и умениями.
Например, наши выпускники-медики, начиная со второго-третьего курса, большую часть времени проводят в больницах, где получают практические навыки под руководством опытных врачей.
Новая система образования будет частично опираться на принципы советского образования (примерно на треть). Она предполагает два уровня обучения: базовое образование — срок обучения составит от 4 до 6 лет в зависимости от сложности специальности (например, для технических направлений потребуется больше времени) и специализированное образование — оно заменит магистратуру, срок обучения составит от 1 до 3 лет.
Сейчас на уровне всей страны начинается разработка списка приоритетных специальностей, которые будут особенно нужны на рынке труда. Предполагается, что в список войдет около 150–200 специальностей.
Для этих специальностей будут разработаны государственные образовательные стандарты (ФГОСы). При разработке будет учитываться запрос работодателей: что именно должен знать и уметь выпускник.
Важная особенность — ФГОСы будут создаваться совместно с работодателями, руководителями промышленных предприятий и представителями бизнес-структур. И уже на основе этих стандартов будут формироваться учебные программы.
Срок обучения по каждой специальности будет определяться исходя из ее сложности.
– То есть на это уйдет весь 2026 год и половина 2027-го?
– Да. Весь 2026 год будет переходным. А с сентября 2027 года мы полностью перейдем на новую парадигму высшего образования.
В новой системе будет поощряться сочетание учебы и работы. Студенты смогут начинать работать по выбранной специальности уже с третьего курса, не прерывая образовательного процесса.
Для этого планируется значительно расширить возможности института академического отпуска. Студентам, желающим совмещать учебу с работой, предложат свободное посещение занятий и разработают индивидуальный учебный план. Такой план будет учитывать режим работы студента, его склонности и потребности.
Особое внимание в новой концепции уделяется раннему трудоустройству. Например, в технических специальностях предлагается разделить процесс обучения на три этапа: общетеоретический, практический и выпускной.
На практическом этапе студент сможет получить промежуточное удостоверение, которое позволит ему официально работать. Например, студент-медик на третьем или четвертом курсе сможет получить удостоверение медицинской сестры или медицинского брата и совмещать подработку с учебой.
– У меня такое ощущение, что в 1930-е годы что-то подобное было. Тогда выдавали удостоверения или свидетельства о том, что человек закончил три курса.
– Последний элемент новой концепции озвучил министр Валерий Николаевич Фальков: необходимо расширить линейку услуг краткосрочных курсов обучения, программ повышения квалификации и переподготовки.
Например, человеку с хорошей базовой технической подготовкой не нужно будет тратить еще 3-4 года на обучение. Он сможет пройти курсы длительностью от трех до шести месяцев, получить дополнительные знания и соответствующее удостоверение, а затем приступить к работе.
Есть две ключевые причины для внедрения таких изменений: нехватка времени для постепенного развития промышленных технологий и острый дефицит инженерных кадров.
Сейчас активно ведется работа по воссозданию инженерной школы. Национальные проекты ставят задачу обеспечить технологическое лидерство в кратчайшие сроки, а это возможно только через возрождение инженерной школы.
Поэтому важно мотивировать школьников больше заниматься физикой и математикой, а также выбирать инженерные специальности при поступлении в вузы.
За последние пять лет количество бюджетных мест на инженерные специальности увеличилось на 21%. Есть предположение, что долю бюджетных мест под инженерные специальности хотят довести примерно до 50%.
Среди приоритетных направлений при формировании контрольных цифр приема — инженерные специальности, медицина, педагогика.
Что касается института академического отпуска, сейчас он предоставляется только на год, один раз за весь период обучения, по состоянию здоровья. Однако планируется расширить основания для его предоставления до четырех пунктов: призыв в армию (в том числе по контракту), состояние здоровья, стихийные бедствия, семейные обстоятельства.
При этом по двум основаниям — состоянию здоровья и призыву в армию — академический отпуск могут предоставлять не на один, а на два года. Кроме того, планируется отменить ограничение на количество раз предоставления академического отпуска: студент сможет получать его несколько раз за период обучения.
Таким образом, давайте подведем общий итог нашего разговора. На сегодняшний день ПГУ как ведущий центр науки и образования Пензенского региона на 75–80% готов к переходу на новую концепцию высшего образования.
Преподавательский и научно-технический потенциал нашего коллектива таков, что мы сможем безболезненно и без особых трудностей начать работать в новом формате, отвечая качественно на современные вызовы.
И в основе нашего будущего успеха стоят люди — преподаватели и сотрудники университета, в которых я всегда верил и продолжаю верить. За это я им всем хочу сказать большое спасибо.
Интервью взял Валентин МАНУЙЛОВ