Найти в Дзене
Знойная женщина

О пользе открытых дверей

Одна достопочтенная, солидная и вопреки всем кризисам живучая организация арендовала целый этаж в бизнес-центре. Не половинку, не уголок, а именно этаж. Чтобы было куда расти, откуда сокращаться и чем гордиться на совещаниях. На этаже разместили множество кабинетов. Часть из них, по странному архитектурному замыслу или чьей-то прошлой карме, располагалась строго напротив туалета. Такое соседство обычно воспитывает в людях наблюдательность, терпение и философский взгляд на жизнь. Но сотрудники предпочитали работать, а не философствовать, поэтому двери кабинетов держали закрытыми и соседства с местами общего пользования не замечали. Так продолжалось до появления нового начальника. Начальник был человек с виду хороший: аккуратный, гладкий, вежливый. Но внутри – тревожный, как банковский вклад в нестабильной валюте. Больше всего на свете он боялся, что сотрудники будут его обсуждать. Не работу, а его. Не показатели, а личность. Поэтому начал не с погружения в процессы, а с реформ. Причём с

Одна достопочтенная, солидная и вопреки всем кризисам живучая организация арендовала целый этаж в бизнес-центре. Не половинку, не уголок, а именно этаж. Чтобы было куда расти, откуда сокращаться и чем гордиться на совещаниях.

На этаже разместили множество кабинетов. Часть из них, по странному архитектурному замыслу или чьей-то прошлой карме, располагалась строго напротив туалета. Такое соседство обычно воспитывает в людях наблюдательность, терпение и философский взгляд на жизнь. Но сотрудники предпочитали работать, а не философствовать, поэтому двери кабинетов держали закрытыми и соседства с местами общего пользования не замечали. Так продолжалось до появления нового начальника.

Начальник был человек с виду хороший: аккуратный, гладкий, вежливый. Но внутри – тревожный, как банковский вклад в нестабильной валюте. Больше всего на свете он боялся, что сотрудники будут его обсуждать. Не работу, а его. Не показатели, а личность. Поэтому начал не с погружения в процессы, а с реформ. Причём сразу со стратегических.

В первый же день он издал распоряжение: двери кабинетов закрывать запрещается категорически. Для прозрачности. Для доверия. Для улучшения морального климата. Сотрудники переглянулись, слегка поперхнулись, но подчинились. Кто в здравом уме захочет в первый же день стать объектом пристального недовольства нового начальника, который видит угрозу даже в кофемашине? И почти сразу реформы дали результат. Люди в офисе узнали друг друга значительно лучше. Причём не через корпоративы, а через акустику.

Из туалета во всеуслышание раздался голос одного из заместителей. Он вёл важные деловые переговоры по мобильному телефону. Разговор был серьёзный: сроки, цифры, ответственность, дорожные карты. Всё шло строго по регламенту, пока в паузе не прозвучал звук смываемого бачка: уверенный, весомый, как точка в конце квартального отчёта.

Сотрудники, сидевшие напротив туалета, мгновенно представили лицо человека на том конце провода. И надолго выпали из рабочего процесса. Потому что смех и работа, как известно, несовместимы.

Следует отметить, что заместитель этот был человеком исключительно добропорядочным. В семье – подкаблучник, но осознанный, без трагедии. В вопросах адюльтера – осторожный, продуманный, расчётливый. Строго следовал благородному мужскому принципу: не заводи романы там, где живёшь и где работаешь. Поэтому никогда не попадался. На службе он был трудягой, хотя и крайне суетливым. При любой внеплановой задаче развивал такую бурную деятельность, что поручал одно и то же дело сразу нескольким сотрудникам. В итоге работали все, а результат отправлялся в корзину.

Современная, ненаучная организация труда. Зато даже в туалете – при исполнении. На естественные надобности перерыва себе не позволял. Мастерски совмещал производственные процессы с физиологическими.

Сразу после него в туалет зашла молодая сотрудница с огромной модной сумкой. Сумка была при ней всегда. С ней она ходила и на работу, и на обед, и в туалет: по пять–шесть раз в день. Пока двери были закрыты, никто на это внимания не обращал. Но теперь коллектив отметил, что сотрудница отчего-то долго не выходит. Тщательно, видимо, делает свои большие и маленькие дела. Но при этом поёт. Причём поёт не тихо, не для себя, а так, будто готовится к прослушиванию. По акустике – минимум ария, максимум внутренняя победа над обстоятельствами.

Коллектив мгновенно собрал досье. Второй год после института. Почему-то не замужем. Внешность – не сценическая, зато амбиции – оперные. Держится уверенно, иногда даже строит начальника. Неспроста это всё. Значит, отбор на работу был суровый. Испытания – непростые. Борьба за место под солнцем – изнуряющая. Зато теперь – хорошая зарплата, модная сумка и, возможно, большая и чистая любовь покровителя.

Был в коллективе ещё один сотрудник. Однажды из туалета сначала донёсся звук, будто человек громко вытряхивает из себя остатки прежней жизни. А затем – стон. Насыщенный смыслом и каким-то странным удовлетворением. Коллектив отреагировал сдержанно. Лишних вопросов не задавали. Но житейские перипетии обсудили. Просто так в местах общего пользования ведь не стонут.

Биография у сотрудника непростая. Когда-то работал в учреждении с расширенными моральными возможностями. Влюбился в коллегу. Женился. Уехали в поисках лучшей жизни. Не нашли. Развёлся. Потерял всё. Запил. Вернулся. Усилием воли взял себя в руки и отрёкся от спиртного в будние дни. Жизнь начала налаживаться, материальное положение стабилизировалось. Теперь пьёт только по выходным. Но по понедельникам выглядит так, будто организм его категорически не согласен с устройством мира.

Начальник организации обо всём этом не знал. И, что характерно, знать не хотел. У него в кабинете был отдельный, положенный по статусу туалет: с дверью, с замком, с вытяжкой и шумоизоляцией. Туда не доносились ни переговоры, ни арии, ни звуки человеческой экзистенции в стадии переработки. Там было тихо, стерильно и безопасно, как в презентации для акционеров.

Поэтому начальник получал исключительно благостные доклады от приспешников из близкого профессионального окружения. Коллектив де сплочён. Сплетен нет. Открытые двери дисциплинируют. Моральный климат – устойчивый.

Он слушал, кивал и всё больше убеждался, что нашёл идеальную модель управления. Прозрачность, контроль, никакой закулисной жизни! А между тем коллектив за этот месяц узнал друг о друге больше, чем за предыдущие пять лет: кто чем живёт, кто чем дышит, кто чем питается и кто как страдает.

Открытые двери не уничтожили сплетни. Они их легализовали. Перевели из шёпота в формат вещания. Теперь обсуждали не за спиной, а по расписанию: с комментариями, с выводами, с внутренними рейтингами.

Через пару месяцев начальник подвёл итоги. Эксперимент признал успешным.
В отчёте написал: «В результате политики открытых дверей в коллективе достигнут высокий уровень доверия и отсутствует неформальное общение деструктивного характера». И в тот же день издал новое распоряжение. О повышении себе оклада. Искренне считал, что эта новость не станет достоянием общественности в коллективе, где царят высокие отношения между людьми.

P.S. Рассказ написан по мотивам истории, присланной читательницей моего канала. Если есть желание поделиться веселыми историями про коллег и начальников – пишите на почту slananikolaeva@yandex.ru Анонимность гарантирую)))

_________________________

Что нового в моем ТГ-канале?

  • Еженедельно проходят розыгрыши моих печатных книг «Если баба не захочет…» Условия участия здесь
  • Показываю видео моего новогоднего стола здесь
  • Муж сделал елку своими руками из подручных материалов. Видео здесь