Кто украл у россиян возможность прикоснуться к Великому и Прекрасному? Николай Цискаридзе объявил бойкот Большому Театру!
Николай Максимович Цискаридзе - не просто артист. Это глыба! Это эпоха!
Человек, который 21 год выходил на сцену Большого в образе Принца-Щелкунчика, знает каждый сантиметр этих подмостков и каждую ноту Чайковского.
Казалось бы, кому, как не ему, занимать почётное место в первом ряду? Однако реальность оказалась суровее любой сценической драмы!
Манифест Николая Цискаридзе: «Я работаю честно и платить за фарс не буду»
В своем недавнем эмоциональном заявлении мэтр подчеркнул, что его ноги не будет в зрительном зале на новогодних показах. И дело здесь не в творческих разногласиях, а в элементарном чувстве собственного достоинства.
«Мои доходы - это результат честного труда педагога и руководителя. У меня нет "лишних" миллионов, которые я готов был бы выбросить просто ради того, чтобы поддержать эту порочную систему!» - заявил артист.
Цискаридзе не боится называть вещи своими именами!
Он подчёркивает, что статус ректора одной из престижнейших балетных академий мира и достойная зарплата всё равно не делают его представителем того класса, который сегодня диктует правила в кассах Большого.
«Я туда не пойду!» Его отказ - это мощный социальный протест против превращения культуры в элитарный супермаркет!
Николай Максимович с ностальгией вспоминает времена, когда «Щелкунчик» был общим достоянием. Да, ажиотаж был всегда, и в советский период, и в турбулентные девяностые.
Но тогда это была борьба за прекрасное. Люди записывались в списки, дежурили у касс морозными ночами, но они знали: цена билета будет честной. Сегодня же на смену искреннему зрителю пришел «человек с чемоданом денег»
Аукционы невиданной жадности: когда искусство уходит с молотка
В этом году администрация Большого театра пошла на «инновационный» шаг, который окончательно похоронил надежды среднего класса на встречу с прекрасным. Официально были запущены аукционы на лучшие места!
Аргумент руководства прост: «Пусть лучше деньги забирает театр, а не спекулянты».
Но на деле это превратилось в легализованную форму вымогательства у тех, кто очень хочет казаться причастным к искусству.
Шокирующая арифметика «Щелкунчика»
Давайте посмотрим на цифры, которые заставляют сердце биться чаще (и вовсе не от восторга перед хореографией)
Для обычного врача, учителя или инженера эти суммы выглядят как цифры из параллельной вселенной.
Государственный театр, существующий на налоги граждан, фактически выставил этим самым гражданам счёт, который невозможно оплатить.
Технологии против людей: как боты «съели» наши билеты
Многие наивно полагают, что если сидеть у компьютера в момент старта продаж и быстро кликать мышкой, то можно ухватить заветный квиток по номиналу (от 1 500 до 15 000 рублей). Увы, это миф!
Как только открывается онлайн-продажа, серверы театра испытывают нагрузку, сравнимую с хакерской атакой.
Но атакуют их не люди. В бой вступают специализированные программы - байеры-боты (программы для быстрой покупки)
- Скорость: Бот заполняет данные и совершает покупку за доли секунды. Человеку нужно минимум 30-40 секунд.
- Масштаб: Один бот может имитировать сотни пользователей одновременно.
- Результат: Через две минуты после открытия продаж на сайте висит плашка «Билетов нет».
Спустя час эти же билеты «всплывают» на теневых площадках и в закрытых чатах, но уже с наценкой в 500–1000%.
Это и есть та самая «билетная мафия», о которой с горечью говорит Цискаридзе.
И борьба с ней, по мнению артиста, ведётся лишь на словах, так как нынешнее положение дел кому-то очень выгодно!
Театральный зал как «витрина» для селфи
Самое печальное в этой истории даже не цена, а то, как изменился сам зритель.
Николай Цискаридзе с горечью отмечает, что сегодня в зале Большого все меньше тех, кто понимает тонкости фуэте или глубину музыки Чайковского.
Театр превратился в статусную локацию. Люди идут туда не за эмоциями, а за «социальным капиталом».
Важно не то, что происходит на сцене, а то, что ты можешь выложить фото в Instagram (запрещен в РФ) или Telegram с геотегом Большого театра.
- Шуршание обёрток и гаджеты: Настоящие театралы жалуются, что соседи по ложам за полмиллиона могут весь спектакль переписываться в мессенджерах или обсуждать курс акций.
- Отсутствие сопереживания: Искусство требует подготовки и душевной работы. Но когда ты купил билет как аксессуар к платью, тебе не нужно сопереживать Маше и Принцу.
- Изгнание интеллигенции: Те, кто действительно любит балет -студенты консерваторий, преподаватели, старые московские театралы, остаются за бортом! Они вынуждены довольствоваться записями или походами в кинотеатры на трансляции.
Крик о помощи
Когда человек такого масштаба, как Цискаридзе, заявляет о невозможности посещения театра, это сигнал SOS для всей культурной политики.
Это означает, что социальный лифт в культуре сломан!
«Я могу себе это позволить! Но не хочу кормить эту систему!»
Николай Максимович подчёркивает: если искусство становится недоступным для тех, кто его создает и кто его по-настоящему ценит, оно начинает умирать.
Театр без искреннего зрителя превращается в музей восковых фигур - дорогой, блестящий, но мертвый!
Цискаридзе своим примером показывает: самоуважение важнее пафоса!
- Он не хочет быть частью массовки на ярмарке тщеславия. Его позиция это защита тех миллионов людей, которые чувствуют себя «вторым сортом» из-за того, что не могут позволить себе новогоднюю сказку.
Будет ли свет в конце тоннеля?
Сегодняшний «Щелкунчик» стал зеркалом нашего общества, где материальное превалирует над духовным.
Ситуация зашла в тупик: театр гонится за прибылью, элита за статусом, а искусство тихо плачет за кулисами...
Поступок Николая Цискаридзе заслуживает огромного уважения. В мире, где принято кичиться богатством и связями, он выбрал честность.
- Он напомнил нам, что «Щелкунчик» - это история о победе добра над злом, о свете и чуде. А чудо не может продаваться с аукциона!
Остается надежда, что общественный резонанс и голос таких профессионалов, как Цискаридзе, заставят чиновников от культуры пересмотреть систему распределения билетов.
Ведь Большой театр - это не частная лавочка, а национальное достояние!
И оно должно принадлежать народу, а не только тем, кто готов выложить за вечер годовую зарплату школьного учителя.
А как вы считаете? Справедливо ли продавать билеты в государственные театры через аукционы, или искусство должно иметь фиксированную и доступную цену для всех?
Поставьте Лайк! И обязательно поделитесь своим мнением в комментариях.
Подпишитесь на наш канал, чтобы не пропустить всё самое интересное!