История Марины Зловой — это хроника нескончаемого горя, в которой личная трагедия переплелась с общественным осуждением, а материнская любовь столкнулась с чудовищной правдой о натуре выросшего ребенка. Даже после смерти сына Михаила женщина не находит сочувствия — ведь он был осуждён за насилие и убийство ребёнка. Тем не менее Марина настаивала на строгом наказании для тех, кто лишил жизни её сына, и требовала компенсацию размере 10 миллионов рублей.
Роковой июнь 2014‑го
В июне 2014 года в селе Сибирском Русско‑Полянского тракта разыгралась трагедия, потрясшая всех жителей. В семье Зловых росли трое детей. Младший, Вася, учился в одном классе с шестилетней Алёной — девочкой, чья семья временно поселилась по соседству. Дети часто играли вместе, и даже 14‑летний Михаил, старший брат Васи, нередко присоединялся к их забавам.
6 июня Алёна пропала. Последний раз мать видела её около пяти вечера — девочка забежала домой, чтобы отпроситься на прогулку. Когда ребёнок не вернулся к ужину, женщина отправила на поиски старшего сына. От Васи он узнал, что сестра ушла в заброшенный яблоневый сад с Михаилом: тот пообещал показать ей что‑то в телефоне.
Вскоре начались масштабные поиски. Михаил поначалу рассказывал странную историю: якобы Алёна подавилась печеньем, он пытался сделать ей искусственное дыхание, но девочка не пришла в себя. Тогда, испугавшись, он накрыл её пиджаком и ушёл, отказавшись указать место происшествия.
На следующий день один из местных жителей обнаружил следы, уходящие в кусты. Там он нашёл примятую траву, разбросанные детские вещи, а чуть дальше — изувеченное тело. Девочка была обнажена, её задушили верёвкой от собственного крестика.
Непримиримое противостояние версий
Несмотря на признание Михаила в ходе следствия, его мать Марина не могла смириться с официальной версией. Она убеждена: Алёна действительно могла подавиться, потерять сознание, а затем стать жертвой неизвестного преступника. Эту позицию не поколебали даже результаты геномной экспертизы.
— Я сама работала журналистом в районной газете. Не раз писала про такие преступления и не думала, что когда-то это коснётся лично меня. Во время следствия было допущено много грубых нарушений, — комментировала женщина. — Следователь просто пришёл ночью в дом и забрал одежду, в которой был Миша. Наутро вернулись, всё заново разбросали. Как выяснилось, вещи надо было изымать в присутствие понятых. Что они делали с вещами всю ночь, неизвестно. Первая экспертиза не нашла совпадений по ДНК. Отправили на вторую, и только там что-то появилось.
После задержания Мишу допрашивали и проводили с ним следственный эксперимент в наше с отцом отсутствие. Что тоже является нарушением закона, ведь он тогда был несовершеннолетним. И он во всём сознался, потому что на него оказывали давление. И даже судмедэксперты подтвердили, что проникновения не было. То есть изнасилования как такового не было.
Женщина настаивает: её сын признался под давлением, а судмедэксперты якобы подтвердили отсутствие признаков изнасилования.
И всё-таки суд признал Михаила Злова виновным и приговорил к 9,5 годам лишения свободы. Первую половину срока он провёл в колонии для несовершеннолетних, где, по отзывам, царили жестокие порядки.
Марина утверждала, что сын остался таким же мягким и добрым, каким был раньше:
— Но даже десять лет в колонии не изменили его. Он остался таким же мягким и добрым мальчиком. Я от него грубого слова за всю жизнь не слышала. Это был такой ребёнок, что даже по телефону чувствовал моё настроение. Сразу спрашивал: «Мама, как дела, что-то случилось?». Несмотря ни на что, я очень его любила и до конца жизни буду верить, что он невиновен.
Возвращение домой и новая трагедия
После освобождения в мае 2023 года Михаил попытался начать жизнь заново. Он нашёл работу в посёлке Большие Поля, познакомился с девушкой, но местные, узнав о его прошлом, не принимали его в обществе. Ситуация обострилась после того, как в него выстрелили из винтовки. В декабре 2023 года он вернулся в родительский дом в селе Сибирском, где семья уже два года не жила из‑за угроз.
5 мая 2024 года Михаил с отцом и младшим братом переносили мебель. В это же время местные жители Ерлан Аргенов и Александр Широченко, отмечавшие Пасху, находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. Конфликт начался, когда Зловы встретили Аргенова и Широченко по пути из магазина. После словесной перепалки и удара, нанесенному младшему брату Васе, нападавшие ворвались в дом.
— Где-то через полчаса, не позднее 17:30, я спал в дальней комнате и услышал какой-то громкий звук. Одновременно с этим меня стала будить сожительница моего сына. Я пришёл в себя и понял, что Аргенов и Широченко начали ломиться в дом: «Зловы выходите, мы вас будем убивать!» — делился отец убитого.
По словам Сергея, он выбрался через окно, велел сыну следовать за ним, но Михаил настоял, чтобы отец уходил первым. Когда Сергей вернулся с помощью, было поздно:
— Мы даже дверь не успели закрыть, как Широченко и Аргенов уже были возле комнаты, — восстанавливал хронологию событий Сергей. — Я удерживал дверь. Но она плотно не закрывалась, что-то мешало. В этот момент в образовавшуюся щель Аргенов ударил меня по руке чем-то железным. Допускаю, что это была кочерга. Я увидел, что в другой руке у него был гвоздодёр, который он взял на веранде. От полученного удара я испытал физическую боль. Далее смог закрыть дверь. Мы подпёрли её холодильником. Миша сказал разбить стекло в окне, что я и сделал, намотав на руку штору.
Я сказал Мише, чтобы он выбирался. Но он настоял, чтобы я уходил первым. Далее я вылез через окно на улицу, увидел Васю и крикнул ему, чтобы он бежал за бабушкой, вызвал полицию и скорую. Я побежал за ним. Что происходило в доме дальше, не знаю. Бабушка направилась в сторону нашего дома, но, по её словам, увидела кого-то с ножом, отчего убежала. Она привела жену Аргенова, которая пришла и забрала его и Широченко. Я вернулся на место, только когда приехала полиция. И узнал, что сын Миша мёртв.
Марина Злова, узнав о случившемся от старшей дочери, восстанавливает картину по фрагментам. По её данным, нападавшие нанесли Михаилу около 200 ударов. Катя, сожительница Михаила, успела выбежать, получив удар. Сам Михаил, по словам очевидцев, ещё был жив, когда его вытащили на крыльцо, но там его добили.
Женщина не скрывала гнева в адрес мужа, мол, она не сможет простить супруга за то, что оставил сына, она настаивала, что будь она на его месте, то сделала бы всё, чтобы хоть как-то помочь ему. Теперь же ей снится сын, который просит не плакать: «Мама, мне уже не больно».
Судебный процесс и требования потерпевшей
Дело рассматривалось в Омском областном суде. Марина требовала:
- максимально строгого наказания для Аргенова и Широченко;
- компенсации морального вреда в размере 10 миллионов рублей.
Она подчёркивала, что подсудимые буквально возомнили себя богами, решив, что полиции не существует, и они вправе творить чьи-то судьбы.
Аргенов и Широченко обвиняются в незаконном проникновении в жилище и убийстве с особой жестокостью. На заседаниях они ведут себя уверенно, не скрывают лиц. Их поддерживают родственники — деньги на адвокатов собирали всем селом.
Отец Ерлана Аргенова в противовес настаивал
— Вы знаете, за кого их судят? Он убил маленькую девочку. Ребёнка задушил крестиком. Изнасиловал, выколол ей глаза. Это человек разве?! У Ерлана и Александра дети, дочери. Конечно, они не хотели, чтобы этот жил с ними рядом. Я не оправдываю того, что они сделали ни в коем случае. Думаю, какую-то роль во всём сыграл алкоголь. Убили по пьяной лавочке. Но что сделано, то сделано. Конечно, мы будем их поддерживать на суде и потом, что бы ни случилось.
После ареста сына в 2014 году Марина была вынуждена уволиться и вести затворнический образ жизни. Сейчас она скрывается с младшим сыном на съёмной квартире, опасаясь расправы. Её беспокоит и безопасность Кати, сожительницы Михаила, которой, по слухам, тоже угрожают.
Вердикт — виновны
27 марта прошлого года Омский областной суд поставил точку в резонансном уголовном деле, фигурантами которого стали 43‑летние жители села Сибирское Русско‑Полянского района — Ерлан Аргенов и Александр Широченко. Их признали виновными в совершении двух тяжких преступлений:
- нарушении неприкосновенности жилища (часть 2 статьи 139 Уголовного кодекса РФ);
- убийстве, совершённом с особой жестокостью (пункты «д», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ).
Суд определил следующую меру пресечения для каждого из фигурантов:
- Ерлан Аргенов — 11 лет и 1 месяц лишения свободы в колонии строгого режима;
- Александр Широченко — 12 лет и 1 месяц лишения свободы в колонии строгого режима.
Кроме основного наказания, обоим осуждённым назначено дополнительное — ограничение свободы сроком на 1 год. В рамках гражданского иска суд постановил взыскать с Аргенова и Широченко 2,5 миллиона рублей в счёт компенсации морального вреда. Информацию о вынесенном приговоре распространили официальные Telegram‑каналы суда, следственного комитета и прокуратуры, освещающие ход громкого процесса.