В моей практике был случай, который я до сих пор считаю одним из самых показательных. Потому что там агрессию у собаки умудрились сформировать уже к восьми месяцам. Не придумать, не «надумать», а реально вырастить своими руками.
Обычно, когда ко мне приходят с подростками в этом возрасте, выясняется, что агрессии как таковой нет. Есть реактивность, есть неумение справляться с эмоциями, есть перегруженная нервная система. А здесь — настоящие укусы. Причём собака уже весила около тридцати килограммов.
История начиналась банально. Женщина хотела бигля. Получила — совсем не бигля. Кто-то там оказался «разводчиком», а не заводчиком, и щенок начал расти явно не в ту сторону. Крупный, мощный, серьёзный. Хозяйка пугается, понимает, что с такой собакой надо что-то делать, и идёт туда, куда идут многие — на дрессировочную площадку.
Когда я приехал к ним первый раз, меня встретил не «монстр», а очень зажатый, неуверенный подросток. И у меня сразу возник вопрос: как вообще получилось, что эта собака перекусала полсемьи — родителей хозяйки, племянницу, саму владелицу — если со мной она за полчаса спокойно пошла на контакт и в итоге вылизывала мне лицо?
Дальше — больше. На следующей встрече выяснилось, что у «агрессивной» собаки якобы ещё и пищевая агрессия. За час мы спокойно отработали обмен, и он без проблем отдавал кости по запросу. Без давления. Без цирка.
И вот тут начинаешь разматывать историю назад.
Щенок растёт. Женщина понимает, что это не декоративная собачка, и начинает заниматься. На площадке — стандартный ОКД. Хождение по кругу, требования, рывки, «рыбочки», если что-то не так. Само по себе это не делает собаку агрессивной, но ресурс нервной системы постепенно выгорает.
А потом в дом приезжает сестра с маленьким ребёнком. Ребёнок прыгает собаке на голову, тянет за уши, лезет в лицо. Собака делает выпад. С точки зрения собаки — абсолютно логично. Если честно, и с моей тоже: если бы мне прыгали на голову, я бы тоже не умилялся.
Но вместо того чтобы остановиться и подумать, начинается паника. «Огромная собака кидается на детей!» — срочно что-то делаем. И женщину отправляют на индивидуальные занятия к другому специалисту.
А вот тут начинается настоящая катастрофа.
Методика — привет из прошлого века. Собаку целенаправленно провоцируют, давят, доводят до срыва. Как только она делает выпад — её душат удавкой, буквально подвешивая так, чтобы лапы не доставали до земли. На тот момент пёс весил килограммов пятнадцать, но это не делает ситуацию менее жёсткой. Он задыхается — это считается «обучением».
После нескольких таких занятий собаке передают поводок хозяйке и говорят: теперь повторяй. Она, естественно, не может. Говорит, что ей жалко собаку. В ответ получает: «Тогда отдай тому, кто сможет. Иначе эта собака убьёт твою семью».
У человека истерика. Шок. И параллельно она натыкается на информацию, что вообще-то бывают и другие методы. Так мы и познакомились.
Когда я начал разбираться, вскрылась очень важная деталь. Подавляющее большинство выпадов на хозяйку и семью начали происходить не сразу, а через день-два после этих «индивидуальных» занятий. Картина классическая: собаку жмут, она не может ответить тому, кто сильнее, и приносит весь накопленный стресс домой. Срывается по любой мелочи.
Ошейник — выпад. Мытьё лап — выпад. Еда — охрана. Причём это был уже не щенок, а крупный подросток, который просто лбом выбивал дверь на кухню и начинал охранять всю территорию. Люди реально не могли зайти на кухню.
Это то, что называется аверсивной методикой. Регулярное применение наказания. Иногда её называют «контрастной», но по факту контраст там минимальный. И да, она пришла к нам из работы с военными собаками — с отбором по нервной системе, с другими задачами и другим уровнем устойчивости.
Домашние собаки в большинстве своём к такому не готовы. Давление делает их либо сломанными, либо опасными. Если реакция активная — «бей» или «беги» — вы получаете неуправляемое животное для городской среды. Переадресованная агрессия в таких случаях — вообще классика.
Мы с этим псом потом месяц учились делать простые вещи без давления. Не «сломать», а договориться. Не даёт мыть лапы? Окей, не лезем сразу. Сначала тряпка. Потом заходит в ванну сам. Потом выходит сам. Всё — конфликт ушёл.
Ошейник? Шея уже травмирована. Не удивительно, что он кидается. Надеваем шлейку — и поведение резко меняется. Да, он подросток, он тянет поводок. Но и это решается без удушения.
Потому что каждый раз, когда вы давите, вы просто быстрее сжигаете остатки терпения собаки. А дальше — срывы на других собак, конфликты, закрепление проблемного поведения.
Но есть и другая крайность. Когда люди решают: раз нельзя давить, значит, пусть делает что хочет. Это тоже путь в никуда. Потому что если у вас не выстроены границы, вы всё равно сорвётесь. И круг замкнётся.
Воспитание — что детей, что собак, что хоть дельфинов — всегда про баланс. Последовательно объяснять: вот это работает, вот это — нет. Без истерик и без насилия.
Собака тянет поводок? Вы остановились — ей уже некомфортно. Этого достаточно.
Она выпрашивает еду? Она вас прекрасно дрессирует. Проверяет, где вы сдадитесь. Мы просто ждали. Как только она ложилась — сразу получала еду. Через месяц она выучила единственный рабочий способ: подойти, лечь и спокойно ждать. Всем удобно.
Метод, при котором собака сама предлагает нужное поведение и получает за него подкрепление, работает почти с любой проблемой. И самое ценное — собаке не нужно угадывать, что от неё хотят. Она знает: если я спокоен — мир открывается. Если нет — ничего не происходит.
И всё это прекрасно реализуется без побоев, удавок и «дожиманий». Нужно только чуть больше терпения и чуть меньше желания доминировать.