Двадцать процентов. Эта магическая цифра сверкнула на экранах телевизоров в первые дни января, обещая россиянам финансовую весну. МРОТ взлетел с 22 440 до 27 093 рублей — рекордное повышение за последние годы. Пенсии подросли на 7,6%. Заголовки кричали о прорыве. Но когда Мария Петровна из Воронежа пришла в магазин за привычным набором продуктов, корзина вдруг стала легче, а чек — тяжелее. Что-то пошло не так.
Красивые цифры и суровая математика
Представьте: вы открываете конверт с зарплатой и видите на 4 653 рубля больше, чем месяц назад. Сердце екает от радости. Вы уже мысленно прикидываете, куда потратить эту прибавку — может, наконец купить новую зимнюю куртку или отложить на летний отпуск? Но когда вы приходите в магазин, оказывается, что та самая куртка подорожала на 3 000 рублей, а путевка на море — на 15 000.
Добро пожаловать в мир номинального и реального роста доходов — место, где цифры играют в прятки с вашим благосостоянием.
Вот как это работает на практике:
Иван, сварщик из Екатеринбурга, получал минималку — 22 440 рублей. С января его зарплата выросла до 27 093 рублей. Плюс 20,7% — впечатляет? Безусловно. Но экономисты прогнозируют инфляцию на уровне 5,1% за год. Вычитаем одно из другого: реальный рост составит около 15,6%. Для Ивана это действительно ощутимое улучшение.
Теперь возьмем Ольгу, бухгалтера из среднестатистической компании. Ее зарплата — 96 000 рублей. Работодатель планирует поднять ее на 8,2% — примерно до 104 000. Вычитаем инфляцию 5,1%: реальный рост всего 3,1%. Ольга купит чуть больше продуктов, но вряд ли почувствует себя богаче.
А вот Сергей, менеджер по продажам в розничной сети. Его компания едва сводит концы с концами из-за высоких процентных ставок и роста издержек. Зарплату подняли на 5,5%. Но если инфляция в первом квартале разгонится до 6,6%, как предсказывают эксперты Газпромбанка, Сергей реально станет беднее на 1,1%. При этом на бумаге его доход вырос.
Каплан Панеш, заместитель председателя комитета Госдумы по бюджету и налогам, формулирует это максимально откровенно: "Реальные зарплаты россиян в среднем должны увеличиться на 2,7–3,8%, а реальные доходы — на 1–2%. Это существенно ниже темпов роста, к которым мы привыкли в последние два года".
Инфляция: невидимый вор, крадущий прибавку
Если номинальный рост — это яркая витрина с соблазнительными ценниками, то инфляция — карманник, который утаскивает половину вашего кошелька, пока вы любуетесь на эту витрину.
В начале 2026 года экономисты разделились на оптимистов и реалистов. Министерство экономического развития официально прогнозирует инфляцию на уровне 4%. Звучит обнадеживающе. Но опрос 19 независимых экспертов, проведенный «Ведомостями» 13 января, рисует другую картину: консенсус-прогноз составляет 5,1%.
Павел Бирюков, главный экономист Газпромбанка, еще более категоричен: "В первые три месяца года инфляция составит 6,2%, а затем ускорится до 6,6% под воздействием повышения налоговой нагрузки". Это значит, что именно в январе-марте, когда люди получат свои первые «повышенные» зарплаты и пенсии, цены взлетят особенно резко.
Почему именно в начале года? Причин целый букет. С 1 января НДС вырос с 20% до 22% — каждая покупка теперь дороже. Акцизы на табак и алкоголь взлетели. Тарифы ЖКХ проиндексировали. Плюс сам рост МРОТ: работодатели, чтобы не уйти в минус, переложат издержки на потребителей. Круг замкнулся.
Но самое коварное — это неравномерность инфляции. Официальная статистика может показывать 5%, но для конкретного человека реальность окажется другой. Сергей Хестанов, экономист, предупреждает: "Для граждан с невысокими доходами наблюдаемая инфляция выше средней. Они больше тратят на продукты и услуги, которые растут в цене выше среднего. Их реальные доходы могут даже снизиться".
Молоко, хлеб, крупы, проезд, коммуналка — базовые товары и услуги, на которые уходит львиная доля бюджета малообеспеченных семей, традиционно дорожают быстрее, чем айфоны или загранпоездки. Статистика усредняет, а жизнь бьет по самым незащищенным.
Малый бизнес: между молотом и наковальней
Пока одни радуются прибавке, другие подсчитывают убытки. Владимир, предприниматель из Казани, держит небольшое кафе с тремя работниками. Раньше он платил каждому по 20 000 рублей плюс 30,2% страховых взносов — итого около 26 000 на человека в месяц. Теперь, даже если он оставит зарплату на уровне 20 000, взносы придется платить с полного МРОТ — 27 093 рубля. Плюс НДС вырос до 22%.
Математика простая и безжалостная: расходы на персонал выросли минимум на 15-20%, а выручка — нет. Поднять цены? Конкуренция съест клиентов. Сократить штат? Тогда сам придется стоять у плиты с утра до ночи.
Николай Арефьев, первый заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике, не скрывает тревоги: "Они не смогут платить НДС по полной ставке 20% и плюс 30,2% в социальные фонды. У них просто денег таких нет... финансовые власти просто угробят малый бизнес". По его прогнозу, выживет не больше трети малых предприятий.
История Владимира из Казани — не исключение. По всей стране десятки тысяч малых предпринимателей стоят перед выбором: закрыться, уйти в тень или резко сократить персонал. Каждый вариант — удар по экономике. Закрытие — минус рабочие места. Тень — минус налоги в бюджет. Сокращения — рост безработицы.
Мария Коледа, руководитель информационного отдела профсоюза «Новый труд», предупреждает о замкнутом круге: "Жесткая норма об индексации может разогнать потребительскую инфляцию. Работодатели переложат затраты на потребителей. Создается цикл: зарплата растет — цены растут — покупательная способность падает".
Кто окажется в выигрыше, а кто — в проигрыше
Экономика — не ровное поле. Это холмистая местность, где одни взбираются на вершину, а другие скатываются вниз. Повышение МРОТ и пенсий создало новую карту победителей и проигравших.
Выигрывают:
Иван-сварщик на минималке — его реальный рост составит те самые 15-16%. Для него 2026 год действительно станет годом улучшения. Сюда же попадают около 4,6 миллионов работников, чьи зарплаты привязаны к МРОТ.
Андрей, программист в IT-компании. Его отрасль испытывает кадровый голод. Работодатели готовы платить — конкуренция за специалистов по искусственному интеллекту и кибербезопасности зашкаливает. Прогноз: рост зарплат на 8-15%, что с лихвой перекроет инфляцию.
Строители, логисты, водители большегрузов — те, кого не хватает. Дефицит кадров в этих сферах превращает обычных рабочих в дорогой товар.
Проигрывают:
Владимир с его кафе и миллионы таких же предпринимателей. Их бизнес трещит по швам под грузом налогов и взносов.
Ольга-бухгалтер и средний класс в целом. Их зарплаты индексируют на 5-10%, но инфляция съедает почти всё. Ощущение: бежишь изо всех сил, а остаешься на месте.
Работники розницы, общепита, сферы услуг. Низкая рентабельность этих отраслей не позволяет работодателям щедро повышать зарплаты. Номинальный рост есть, реальный — под вопросом.
Те, кто копил. Александра, учительница на пенсии, откладывала на ремонт квартиры. За год ее накопления обесценятся на 5-6%. Инфляция — невидимый, но беспощадный налог на сбережения.
Александр Сафонов, профессор Финансового университета, обобщает: "Государство такими действиями даёт сигнал всему рынку, что рабочая сила будет дорогой. В этой ситуации предприятия будут либо стремиться к росту производительности труда, либо повышать цены". Проблема в том, что повысить производительность быстро удается не всем, а вот цены взлетают молниеносно.
Обязательная индексация: спасение или ловушка?
12 января 2026 года в Госдуму внесли законопроект, который может изменить правила игры — или окончательно их сломать. Суть: обязать все компании частного сектора индексировать зарплаты минимум раз в год на уровень инфляции. Без оглядки на прибыль, без учета ситуации в отрасли. Автоматически.
Ярослав Нилов, председатель комитета по труду и автор инициативы, объясняет благородными мотивами: доходы граждан должны опережать рост цен, это создаст предсказуемость, сократит трудовые споры.
Звучит справедливо. Но дьявол, как всегда, в деталях.
Мария Коледа рисует мрачную картину возможных последствий: "Жесткая норма может разогнать инфляцию. Работодатели переложат затраты на потребителей, создавая замкнутый круг: зарплата растет — цены растут — покупательная способность падает". Кроме того, компании могут начать массово сокращать штаты или уходить в серую зону, где правила не работают.
Представим Дмитрия, владельца небольшой типографии в Нижнем Новгороде. Пятнадцать сотрудников — печатники, дизайнеры, менеджеры — получают в среднем по 45 000 рублей. Ничего сверхъестественного, обычная зарплата для регионального города.
Посчитаем его ежегодные расходы на персонал:
Фонд оплаты труда: 675 000 рублей в месяц, 8,1 миллиона в год.
Страховые взносы (те самые 30,2%, о которых говорил депутат Арефьев): еще 2,45 миллиона сверху.
Итого: 10,55 миллионов рублей уходит на зарплаты и отчисления.
Прибыль типографии за 2025 год — 3,5 миллиона рублей. Неплохо для малого бизнеса, но не богатство. Дмитрий откладывает часть на новое оборудование, часть — на непредвиденные расходы, остальное — себе как вознаграждение за риск и бессонные ночи.
Теперь представим, что закон об обязательной индексации принят. Дмитрий обязан поднять зарплаты минимум на 5% — уровень прогнозируемой инфляции.
Дополнительные расходы:
- Повышение ФОТ: 8,1 млн × 5% = +405 000 рублей
- Взносы с этой суммы (30,2%): +122 000 рублей
- Итого: 527 000 рублей в год
Считаем: из 3,5 миллионов прибыли 527 тысяч — это 15%. Ощутимо, но еще не смертельно. Если год будет удачным, Дмитрий справится. Если заказов станет меньше, если крупный клиент уйдет к конкурентам, если сломается печатный станок — типография уйдет в минус.
Варианты действий те же, что у всех: поднять цены (но клиенты могут уйти), урезать премии и бонусы (люди начнут искать работу получше), уволить одного-двух человек (остальным раздать их обязанности) или — самый соблазнительный для отчаявшихся — выплачивать часть зарплат «в конверте», экономя на взносах и рискуя штрафами.
Ни один из вариантов не делает Дмитрия счастливым.
Ольга Беленькая, аналитик финансовой группы ФИНАМ, подчеркивает каскадный эффект: "Работодатели будут вынуждены обеспечивать рост зарплат всему персоналу, чтобы сохранить мотивацию квалифицированных сотрудников. Иначе разница между минимумом и специалистом сокращается". Другими словами, если минималку подняли на 20%, а зарплату опытного мастера — на 5%, мастер уйдет туда, где его ценят.
Три сценария будущего: оптимисты, реалисты, пессимисты
Когда экономисты смотрят в 2026 год, они видят не одно будущее, а сразу несколько параллельных реальностей. Какая из них сбудется, зависит от сотни факторов — от решений Центробанка до урожая пшеницы в южных регионах.
Сценарий первый: оптимистичный (вероятность 20%)
Инфляция неожиданно падает до 4-4,5% уже к середине года. Центробанк успешно охлаждает экономику, не убивая ее. Компании, вместо того чтобы повышать цены, инвестируют в производительность — новое оборудование, обучение сотрудников, автоматизацию. МРОТ и социальные выплаты стимулируют спрос, но не раскручивают инфляционную спираль.
Реальные доходы растут на 5-8%. Иван-сварщик покупает машину. Ольга-бухгалтер откладывает на отпуск в Турции. Владимир держит кафе и даже нанимает четвертого работника. На улицах больше людей с пакетами из магазинов. Экономика дышит.
Вероятность? Игорь Балынин, доцент Финансового университета, дает именно такой прогноз. Но большинство его коллег качают головами: слишком много должно совпасть для этого сценария.
Сценарий второй: базовый (вероятность 60%)
Инфляция в первом квартале подскакивает до 6-6,6%, пугает всех, затем медленно спускается к 5-5,5% к концу года. ЦБ держит ставку на высоком уровне, душит кредиты, но постепенно ослабляет хватку.
Реальные доходы растут на 2-3%. Иван чувствует улучшение, но не может позволить себе ничего выдающегося. Ольга топчется на месте — чуть больше денег, но и цены выше. Владимир сокращает одного работника и сам встает к плите. Малый бизнес стонет, крупный — приспосабливается.
Каплан Панеш так и говорит: "Экономика вступает в фазу стабилизации. Прогнозы на 2026 год указывают на умеренный рост реальных доходов граждан". Умеренный — ключевое слово. Ни прорыва, ни катастрофы. Серая зона, где жизнь чуть-чуть лучше, но ощущение благополучия не приходит.
Иван Бутунов, эксперт, формулирует парадокс: "Формально доходы растут, но ощущение благосостояния у людей не появляется. Реальный рост съедается локальными всплесками инфляции, ростом тарифов ЖКХ, ростом цен на услуги".
Сценарий третий: пессимистичный (вероятность 20%)
Инфляция держится выше 6% всю первую половину года. Налоговая нагрузка, рост тарифов, проблемы на мировых рынках — все сошлось в один узел. ЦБ вынужден держать ставку на запредельном уровне, кредиты мертвы, инвестиции замерли.
Работодатели массово переходят в режим выживания. Вместо повышения зарплат — сокращения. Реальные доходы стагнируют или даже падают, особенно в первом квартале. Иван теряет работу — стройка заморожена. Ольгу переводят на полставки. Владимир закрывает кафе и идет работать по найму.
Безработица ползет вверх, конкуренция за места растет, зарплаты перестают расти даже номинально. Малый бизнес схлопывается или уходит в тень. Бюджет недополучает триллионы налогов, государству приходится резать социальные программы.
Сергей Хестанов предупреждает именно об этом: "Для граждан с невысокими доходами реальные доходы могут даже снизиться". Это не абстрактная угроза — это реальный риск для миллионов семей.
Что происходит с пенсиями: рост, который чувствуют не все
Татьяна Ивановна, 68 лет, получала пенсию 25 300 рублей. С января прибавили 7,6% — теперь 27 115 рублей. Плюс 1 815 рублей. Она обрадовалась, но когда пришла в аптеку за лекарствами, оказалось, что стоимость месячного набора препаратов выросла с 4 200 до 4 800 рублей. Прибавка исп��рилась еще до того, как Татьяна Ивановна добралась до кассы продуктового магазина.
38 миллионов пенсионеров получили индексацию в начале года. Средняя пенсия неработающих пенсионеров выросла с ~25 300 до ~27 117 рублей. На бумаге — солидная цифра. На деле — зависит от образа жизни и региона.
Но есть нюанс. Пенсионеры, в отличие от работников, тратят деньги иначе. Большая часть бюджета уходит на лекарства, продукты, коммуналку. Именно эти категории дорожают быстрее всего. Если средняя инфляция 5,1%, то «пенсионерская» инфляция может достигать 7-8%.
Результат: номинальный рост есть, реальный — под вопросом. Для многих прибавка лишь компенсирует рост цен, не более того.
Работающие пенсионеры — отдельная история. В 2025 году им вернули право на индексацию, которого они были лишены с 2016 года. Теперь они получат прибавку наравне с неработающими. Для Петра Семёновича, который в свои 64 продолжает работать инженером на заводе, это означает +1 897 рублей к пенсии плюс возможное повышение зарплаты. Его ситуация лучше.
Скрытые эффекты: что государство не рассказывает
Когда власти объявляют о повышении МРОТ, они говорят о социальной справедливости и заботе о людях. Это правда, но не вся. У каждого экономического решения есть побочные эффекты, о которых в пресс-релизах не пишут.
Эффект первый: пенсионные баллы
Анна, 35 лет, менеджер среднего звена, получает 70 000 рублей. Она регулярно платит пенсионные взносы и копит баллы для будущей пенсии. В 2025 году для накопления трех пенсионных баллов (минимум для нормальной пенсии в будущем) ей нужна была зарплата около 66 000 рублей. Она укладывалась.
Но стоимость пенсионного коэффициента растет вместе с МРОТ. В 2026 году для тех же трех баллов нужна зарплата уже около 81 000 рублей. Зарплата Анны выросла только до 75 000. Вывод: она недополучит баллы, а значит, ее будущая пенсия будет меньше, чем могла бы быть.
Парадокс: государство повышает МРОТ, чтобы помочь бедным сейчас, но одновременно усложняет жизнь среднему классу в будущем.
Эффект второй: каскад повышений
Когда минимальную зарплату поднимают на 20%, работодатель сталкивается с проблемой справедливости внутри коллектива. Грузчик Сергей, который получал 25 000, теперь по закону должен получать минимум 27 093. Но старший грузчик Михаил получал 30 000. Если поднять Сергею до 27 093, а Михаилу оставить 30 000, разница сократится с 5 000 до 3 000 рублей. Михаил обидится и уйдет.
Значит, работодателю приходится повышать и Михаилу — до 32-33 тысяч. Но тогда мастер смены, который получал 45 000, тоже потребует прибавки. И так по цепочке — до директора.
Ольга Беленькая объясняет: "Работодатели будут вынуждены обеспечивать рост зарплат всему персоналу, чтобы сохранить мотивацию квалифицированных сотрудников". Каскадный эффект увеличивает фонд оплаты труда на 15-25%, а не на обещанные 20% только для тех, кто на МРОТ.
Эффект третий: региональные различия
Москва и регионы живут в разных экономических реальностях. МРОТ 27 093 рубля в столице — это прожиточный минимум, едва позволяющий снимать комнату и питаться. В Костроме или Пскове на те же деньги можно жить вполне комфортно.
Но государство устанавливает единый МРОТ. Результат: в Москве он почти ничего не меняет (и так все платят выше), а в регионах создает серьезное давление на местные компании, у которых нет столичных прибылей.
Федор, владелец небольшой пекарни в городе с населением 50 000 человек, платил работникам по 18-20 тысяч — это была нормальная зарплата для региона. Теперь обязан платить 27 093. Но его хлеб покупают местные жители, у которых зарплаты 30-40 тысяч. Поднять цены на 30%? Люди перестанут покупать.
Что дальше: на что смотреть в 2026 году
Экономика — живой организм, который реагирует на каждое решение властей с задержкой в несколько месяцев. Повышение МРОТ и пенсий — это мощный импульс, запущенный в систему 1 января. Его последствия будут разворачиваться постепенно, волнами.
Январь-март: первая волна
Именно в эти месяцы инфляция достигнет пика. НДС, акцизы, индексации — все ударит одновременно. Консенсус-прогноз — 6,2-6,6%. Это критический момент: если ЦБ не справится, инфляционная спираль может раскрутиться дальше.
Малый бизнес начнет принимать решения: закрываться, сокращать, уходить в тень. Первые банкротства появятся уже в феврале.
Апрель-июнь: вторая волна
Индексация тарифов ЖКХ с апреля даст новый импульс ценам. Социальные пенсии вырастут на 6,8% — еще один вливание денег в экономику. Инфляция может немного замедлиться, но останется выше комфортного уровня.
К концу второго квартала станет ясно, какой сценарий реализуется — оптимистичный, базовый или пессимистичный.
Июль-декабрь: стабилизация или кризис
Если ЦБ удержит ситуацию под контролем, инфляция начнет спускаться к 5-5,5%. Реальные доходы выйдут в небольшой плюс. Экономика адаптируется к новым условиям.
Если нет — инфляция застрянет на уровне 6-7%, реальные доходы замрут или пойдут вниз, безработица начнет расти. Государству придется выбирать между дальнейшей социальной поддержкой и бюджетной дисциплиной.
Ключевые вопросы, на которые нужно получить ответы к концу года:
- Инфляция: Удалось ли удержать ее ниже 5,5%?
- Малый бизнес: Выжило больше или меньше трети?
- Реальные доходы: Прогноз 2-3% оправдался?
- Закон об индексации: Принят ли он, и как отреагировал рынок?
- Безработица: Осталась ли она на рекордно низком уровне?
- Настроения людей: Чувствуют ли они улучшение жизни?
Почему цифры обманывают, а жизнь не врет
Марина, воспитательница детского сада из Саратова, читает новость: «МРОТ вырос на 20%!» Она радуется — наконец-то государство о них вспомнило. Но когда приходит зарплата, она видит плюс 1 500 рублей. Идет в магазин — продукты подорожали. Оплачивает коммуналку — тарифы выросли. К концу месяца на руках столько же, сколько было раньше. Может, даже меньше.
Марина не одинока. Миллионы россиян в 2026 году столкнутся с парадоксом: доходы растут на бумаге, но жизнь не становится легче. Это не обман и не злой умысел — это сложная экономическая механика, где номинальный рост и реальное благосостояние живут в разных измерениях.
Проблема в том, что мы привыкли верить заголовкам. «+20%» звучит как прорыв. Но когда вы вычитаете инфляцию, налоги, рост тарифов и локальные ценовые всплески, от этих 20% остается 2-3%. А иногда и ноль.
Александр Сафонов, профессор Финансового университета, формулирует это честно: "Зарплатный рост в экономике, вероятно, будет находиться в пределах прогнозируемой инфляции. Значительное опережающее повышение доступно лишь ограниченному числу отраслей".
Иван Бутунов добавляет психологический аспект: "Формально доходы растут, но ощущение благосостояния у людей не появляется". Это не просто цифры — это разрыв между ожиданиями и реальностью, между обещаниями и жизнью.
Кто выиграет в этой игре?
Если смотреть трезво, то в 2026 году есть явные победители и проигравшие.
Победители:
— Те, кто на минималке. Их реальный доход вырастет ощутимо. Для них это действительно улучшение.
— Дефицитные специалисты. IT, строительство, логистика — там, где людей не хватает, зарплаты взлетят выше инфляции.
— Крупный бизнес с запасом прочности. Они переживут рост издержек, подстроятся, переложат часть на потребителей.
Проигравшие:
— Малый бизнес. Давление налогов и взносов уничтожит треть предпринимателей, может быть, больше.
— Средний класс с фиксированной зарплатой. Они получат символические прибавки, которые съест инфляция.
— Люди со сбережениями. Инфляция сожрет 5-6% их накоплений за год.
— Работники в низкорентабельных отраслях. Торговля, общепит, услуги — там, где работодатели не могут платить больше, люди застрянут в нулевом росте.
Три урока, которые нужно запомнить
Урок первый: Номинал — не ваш друг.
Когда вам говорят «зарплата выросла на 20%», первым делом спросите: «А инфляция?» Настоящий рост — это номинал минус инфляция. Все остальное — игра цифрами.
Урок второй: Экономика — это система, а не набор изолированных решений.
Повысили МРОТ — отлично. Но это запускает цепную реакцию: рост издержек → рост цен → ускорение инфляции → реальный рост меньше ожидаемого. Нет простых решений для сложных проблем.
Урок третий: Ваша ситуация зависит от отрасли, региона и работодателя.
Средние цифры — это средняя температура по больнице. Для Ивана-сварщика 2026 год может быть отличным. Для Владимира с его кафе — катастрофическим. Обобщать опасно.
Вместо финала: что покажет время
Сейчас, в январе 2026 года, мы стоим на старте экономического эксперимента. Государство сделало ставку на рекордное повышение социальных выплат. Логика понятна: поддержать самых незащищенных, создать «экономику высоких зарплат», выполнить обещание президента довести МРОТ до 35 000 рублей к 2030 году.
Но у любого действия есть противодействие. Малый бизнес задыхается под грузом налогов. Инфляция угрожает съесть прибавку. Работодатели выбирают между повышением производительности, ростом цен и сокращением штатов.
Каплан Панеш, заместитель председателя комитета Госдумы, формулирует ожидания максимально откровенно: "Экономика вступает в фазу стабилизации. Это существенно ниже темпов роста, к которым мы привыкли в последние два года". Переводя с экономического на человеческий: не ждите чуда.
Через год мы узнаем, кто был прав — оптимисты вроде Игоря Балынина с прогнозом роста на 5-8% или реалисты вроде Сергея Хестанова, предупреждающие о возможном снижении доходов для многих. Цифры не лгут, но они рассказывают правду с задержкой.
Пока же остается главный вопрос: почувствуют ли обычные люди улучшение, или 2026 год войдет в историю как год красивых заголовков и разочарований?
Время покажет. Экономика — не математика, где дважды два всегда четыре. Это живая система, полная неожиданностей. Единственное, что можно сказать наверняка: номинальные цифры обманчивы, а реальное благосостояние измеряется не процентами в пресс-релизах, а тем, что осталось в кошельке после похода в магазин.
И если через год Марина-воспитательница, Иван-сварщик, Ольга-бухгалтер и Владимир-предприниматель смогут сказать: «Да, жить стало чуть легче» — значит, эксперимент удался. Если нет — значит, мы снова стали жертвами иллюзии роста, где цифры растут, а жизнь стоит на месте.
Материал подготовлен на основе официальных данных Росстата, ЦБ РФ, Минтруда, Госдумы РФ, а также экспертных оценок ведущих экономистов и аналитических центров. Все прогнозы носят вероятностный характер и могут измениться в зависимости от экономической конъюнктуры.