Российская экономика в 2025 году вошла в фазу стагнации. Об этом упорно свидетельствовали все макроэкономические индикаторы. Промышленное производство скатилось до 99,3%. Следующий этап — рецессия. Может ли динамика стать отрицательной, к чему готовиться россиянам — объяснил в интервью URA.RU экономист, замгендиректора Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Дмитрий Белоусов.
Экономика России входит в рецессию
— 2025 год в России отметился замедлением роста ВВП. Вы ранее отмечали, что высок риск рецессии на горизонте 2026 года. Когда станет понятно, что экономика РФ действительно перешла к спаду, учитывая, что рецессия подтверждается при отрицательных показателях по итогам двух кварталов?
— Скорее всего, мы увидим изменение динамики уже раньше третьего квартала, по более высокочастотным данным, например, по объемам производства и продаж широкого спектра товаров.
Сейчас основной драйвер роста — высокий потребительский спрос, разгоняемый высокими зарплатами в оборонной отрасли, выплатами участникам СВО, вторичными эффектами от дефицита кадров. В четвертом квартале 2025 года потребительскую активность подстегнуло и ожидание повышения НДС.
— Совокупность факторов без фундаментальных причин?
— Все это закончится. У компаний все меньше ресурсов для активной зарплатной гонки, а спрос в январе-феврале может оказаться низким, потому что люди с учетом рисков повышения цен уже сделали планируемые покупки в ноябре-декабре, тем более, у многих были 13-е зарплаты. Поэтому, мы можем получить снижение товарооборота.
С инвестициями и так ситуация сложная: в конце года, похоже, было уменьшение. По экспорту данные закрыты, за исключением объема в текущих ценах, но по нему никакого роста нет. По импорту скорее умеренный рост, что играет в минус.
Может динамика экономики стать отрицательной? Да, если инвестиций будет меньше, а товарооборот, по крайней мере, перестанет расти.
— Сколько это продлится?
— Сложно сказать. Это будет сильно зависеть от монетарной политики, объемов потребительского кредитования и стимулирования инвестиций, которые при нынешних ставках выглядят бессмысленными. Зачем инвестировать, скажем, под 5%, если у вас в финансовых инструментах доходность — 16-18%?
Спутники рецессии: рынок труда и цены
— Как будет проявляться рецессия в гражданской промышленности? Массовые увольнения? Сокращение зарплат? К чему готовиться россиянам?
— Сокращение зарплат как таковое вряд ли возможно, пока у нас дефицит на рынке труда. Но при этом, судя по всему, складывается напряженная ситуация со скрытой безработицей в виде вынужденных отпусков, неполной занятости. Все это может стать более распространенным.
Увольнять сотрудников сами компании пока боятся, потому что где им потом искать замену? Особенно это касается квалифицированных специалистов — их быстро заберут другие. Поэтому такие кадры будут стараться всячески удержать в надежде на то, что ситуация перезапустится. А у «офисного планктона» положение менее веселое, он на то и «планктон», что биомасса зависит от объема ресурсов.
— Президент Владимир Путин поручил правительству и Банку России в 2026 году восстановить темпы роста экономики. При этом удержав инфляцию в пределах 4-5% к концу года. Насколько выполнимой выглядит задача, если за первые 12 дней января, как отчитался Росстат, инфляция составила 1,26%, что выше показателей за первый месяц 2025 года (+1,23%)?
— Это вопрос исполнительской координации. Важно, чтобы ЦБ и правительство действовали слаженно под непрерывным присмотром главы государства.
Есть уже отработанные на потребительском рынке механизмы контроля немонетарной инфляции. Например, через соглашения о сдерживании роста цен в обмен на гарантии поставок и другую поддержку: допустим, производитель не повышает цены, а ему обеспечивают сохранение тарифов.
И по возможности нужно договариваться о более выгодных условиях импорта из дружественных стран. Потому что в некоторых государствах, которые производят, например, сельхозпродукцию, формируется перед нами задолженность.
Так можно обеспечивать потребительский рынок, поддерживать конкуренцию и замедлять рост цен за счет немонетарных мер. При этом ослаблять давление со стороны ЦБ, ускоренно снижая ставку.
— Но пока регулятор снижает ставку осторожно, несмотря на замедление экономики. Инфляционные риски еще так высоки, что Банк России пока не может ускорить этот процесс?
— Россия в числе мировых чемпионов по реальной ставке, то есть по разнице между ключевой ставкой и инфляцией. Цены растут заметными темпами во многих странах, но такого превышения показателя ЦБ над ними почти нигде нет.
Долгое время Банк России придерживался позиции охлаждения экономики, причем на базе довольно абстрактных математических моделей, в которые входят факторы инвестиций и производственных мощностей. И получается, что процентная политика ЦБ из года в год сдерживает инвестиционную динамику и ввод новых производств.
А поскольку потенциал от предыдущих действий не растет, регулятор продолжает жесткую политику. И роста снова нет. Ситуационные антикризисные меры превратились в постоянный сдерживающий фактор.
Почему роботы не помогут
— Производительность труда, от которой во многом зависят темпы экономического роста, в России растет медленнее, чем в среднем по миру. Почему это так, и какие меры могут исправить ситуацию?
— Это происходит, в том числе из-за противоречия между экономическими интересами и социальными задачами. У губернаторов есть KPI по созданию рабочих мест и занятости населения.
Глава региона, который сообщит федеральному центру об увольнении 10 тысяч рабочих из-за внедрения программы роботизации, не встретит понимания ни у Москвы, ни у жителей этого субъекта.
Кроме того, нет понимания, что делать с увольняемыми. В России слабая система профессиональной мобильности, переобучения высвобождаемых работников и в случае необходимости — их переезда. Федеральными и региональными программами трудовой мобильности за 10 лет воспользовались лишь 11 тысяч человек — это вообще ничто в масштабах страны.
Отсюда вопрос, куда деться человеку, которого уволят. Хорошо, если в том же городе, регионе есть место, куда он может пойти со своей квалификацией. А если нет? Кроме того, компании боятся ошибиться: если роботизация себя не оправдает, вернуть персонал или набрать новый спустя время уже будет сложно.
Рост производительности труда следует за инвестициями, причем в первую очередь в обновление производственного аппарата, запуск новых мощностей и модернизацию действующих. А с ними в России сложная ситуация. Те показатели инвестиционного роста, которые мы видели, в значительной мере обеспечивало строительство жилья, дорог, а также вложения в нематериальные активы.
Что будет с рублем
— Крепкий рубль продержался почти весь 2025 год. Стоит ли ждать его ослабления в этом году, и как это повлияет на бюджет и темпы роста экономики?
— Я думаю, рубль начнет дешеветь, но, скорее всего, с середины года. Точные прогнозы давать сложно, потому что сейчас российская валюта сильно отклонена от равновесного уровня. Он, по разным оценкам, составляет от чуть более 90 до 105 рублей за доллар. Отклонение это произошло, судя по всему, хотя бы отчасти под влиянием ситуационных факторов.
Какие-то иностранные инвестиции, видимо, пришли в Россию через капитальный счет. Правда, похоже, они остались в финансовых инструментах и не дошли до производственного сектора.
Но в очень значительной мере это последствия репатриации российскими компаниями денег, которые раньше находились на зарубежных счетах.
Рост санкционного давления заставляет бизнес заводить средства в РФ, чтобы их просто не арестовали.
Тем более, платежные маршруты в Китай и Индию выстроены, и гораздо безопаснее заплатить из России, чем держать счета в США или даже налоговых гаванях с риском их заморозки. Судя по всему, нефтяные компании и другие экспортеры заводили деньги в страну.
Но этот процесс не бесконечен, он закончится, и этот фактор перестанет влиять на курс. Дальше стоимость рубля будет определяться в первую очередь торговым балансом, а он неустойчив.
В первой половине года спрос на валюту не должен расти сильно: компании потратили деньги на выплаты зарплат, налогов, дивидендов. А во втором полугодии иностранных денег будут покупать больше: рынок к тому времени несколько «разморозится» после тяжелого первого и, возможно, второго квартала.
В этой ситуации очень вероятно ослабление рубля. Насколько оно будет быстрым, вопрос сложный, потому что у ЦБ много инструментов по сдерживанию курса.
— Возвращение доллара к 90-95 рублям или больше поможет российской экономике?
— Конечно, это поспособствует наполнению бюджета, причем как раз в непростой период, когда нужно будет завершать выполнение годовых госпрограмм, включая оборонзаказ, выплачивать 13-е зарплаты и многое другое. В конце года расходы казны всегда растут. Ослабление рубля станет плюсом и для собственных доходов компаний-экспортеров, которые сейчас основную часть инвестиций выделяют из своих средств.