В октябре 1970 года в офис социальной службы Лос-Анджелеса зашла женщина. Она почти ничего не видела из-за катаракты и просто перепутала дверь, ища отдел помощи слепым. За руку она держала странное существо: маленькое, сгорбленное, передвигающееся странной «кроличьей» походкой. Сотрудники решили, что перед ними шестилетний ребенок с глубоким аутизмом. Но когда подняли документы, офис замер: девочке было 13 лет.
Так мир узнал о Джини Уайли – ребенке, который стал главной загадкой для ученого и немого укора конца 20 века. Ее жизнь сломали дважды: сначала это сделал безумный отец, а потом – амбициозные ученые, у которых закончился грант, сообщает The Guardian.
Комната тишины
Джини (имя вымышленное, чтобы защитить личность – прим.ред.) весила всего 26 килограммов. Она не умела жевать, не могла выпрямить руки и ноги, плевалась и почти не фокусировала взгляд, но самое страшное – она молчала.
За закрытыми дверями дома в тихом калифорнийском городке Темпл-Сити скрывался концлагерь для одного узника. Отец девочки, Кларк Уайли, ненавидел шум. Решив, что дочь умственно отсталая, он лично вынес ей приговор – полная изоляция. С 20 месяцев до 13 лет Джини жила в комнате с занавешенными окнами.
Днем её привязывали к детскому горшку самодельной смирительной рубашкой. Ночью упаковывали в спальный мешок и клали в кроватку, накрытую металлической сеткой. В доме действовал режим абсолютной тишины. Отец запретил жене и старшему сыну разговаривать с девочкой. Сам он тоже не использовал человеческую речь – только рычал и лаял, как собака, охраняющая вход. Если Джини издавала звук, Кларк заходил в комнату и бил её палкой.
Развязка наступила стремительно. В тот день, когда мать случайно привела Джини к соцработникам, полиция уже готовила ордер на арест. Но суда не случилось. Кларк Уайли ушел из жизни, оставив записку: «Мир никогда не поймет».
Золотая жила для лингвистов
Для Джини началась новая жизнь в детской больнице. Для научного сообщества США она стала главным трофеем десятилетия. Ученые увидели в ней уникальный шанс проверить гипотезу «критического периода». Считалось, что если человек не освоит речь до полового созревания, двери в мир языка для него закроются навсегда. Джини могла это подтвердить или опровергнуть.
Ее окружили психологи, лингвисты и педиатры. Одним из главных людей в ее жизни стала молодая ученая Сьюзан Кертисс. Прогресс казался невероятным: девочка, которую считали безнадежной, научилась одеваться, жевать твердую пищу, рисовать и даже улыбаться.
Интеллект Джини оказался сохранен. Она жадно учила слова: «синий», «апельсин», «мама». Она могла рассказать историю с помощью картинок или построить сложные конструкции из палочек. «Свет в её голове горел», – вспоминала позже Кертисс.
Со временем, гипотеза ученых подтвердилась жестоким образом. Джини могла запоминать слова, но грамматика осталась для нее недосягаемой. Она не могла связывать слова в предложения. Ее речь напоминала телеграммы: «Отец бить рука. Большое дерево. Джини плакать».
Конец бюджета – конец любви
Четыре года Джини жила в доме руководителя исследовательской группы Дэвида Райглера. Она стала частью семьи, объектом любви и... научного эксперимента. Все это время исследования щедро финансировал Национальный институт психического здоровья.
Однако уже в 1974 году чиновники посчитали, что научная отдача от проекта слишком мала, и закрыли грант. Как только исчезли чеки, исчезла и опека. Семья Райглеров в тот же день отказалась быть приемными родителями для Джини.
Девочку вернули биологической матери, которая была почти слепой и физически не могла за ней ухаживать. Началась чехарда по казенным домам. В одной из новых приемных семей Джини жестоко наказали за то, что её стошнило. Это стало точкой невозврата. Девочка, которая только начала доверять миру, замолчала. Теперь уже навсегда…
Секретный пациент
Брат Джини, Джон, который тоже пострадал от тирании отца, всю жизнь пытался убежать от прошлого, но так и не смог. «Иногда мне кажется, что Бог подвел меня. А может, я подвел его», – говорил он в интервью незадолго до смерти. Его дочь, племянница Джини, умерла от наркотиков и нищеты.
Самой Джини сейчас должно быть около 77 лет. Ее местонахождение – одна из самых охраняемых тайн штата Калифорния. Известно лишь, что она живет в государственном учреждении для взрослых под чужим именем. Власти пресекают любые попытки журналистов или бывших ученых узнать о её состоянии.
Сьюзан Кертисс, которая когда-то учила ее первым словам, признается, что до сих пор чувствует дыру в сердце.
«Я уверена, что она жива, но меня к ней не пускают, – говорит лингвист. – Она выбралась из одной темной комнаты, увидела мир, а потом перед ней снова захлопнули дверь».
Имя «Джини» ученые дали ей по аналогии с джинном из бутылки, который, вырвавшись наружу, должен был исполнять желания. Но желания самой девочки – быть любимой не за научный результат, а просто так – исполнить оказалось некому.
Автор: Павел БАСТРЫГИН