- Давно ли ваш скит существует отец Афанасий? - поинтересовался при разговоре Михаил, старого, по всему видно доброго по натуре человека и очень мудрого.
- Давно сынок, еще в середине восемнадцатого века наши предки сюда ушли. От царя ушли, что-то с ним не поладили. Да старики, наши предки не любили об этом говорить. Здесь наш дом, здесь рождаемся, здесь умираем, и мирская жизнь нам чужда. Мы хоть и оторваны от цивилизации, но книг много читаем. Где берем? Молодые парни ходят к людям, шкурки сдают, на товары меняют. Порох, соль, спички, оружие. Не много золота относят. У современного человека глаза горят при виде золота, а для нас это просто товар. В тайге все есть для жизни. Третье место меняет наше поселение, как только люди узнают про нас, про золото, и начинается прием гостей, а нам это никчему. Ваша жизнь не справедлива, вы завидуете друг другу, обманываете, воруете друг у друга, убиваете. Грех это большой сынок... - старик помолчал, а потом добавил: - не так человек жить должен, а все потому что от беса лукавого многое исходит, а про бога вы забываете. Только истинная вера в господа ведет нас к чистой и светлой жизни. Я на все ваши вопросы ответил сынки, или вы еще что-то спросить хотите?
- До дому нам бы надо собираться отец, семья у меня в городе, да старик на кардоне один остался, присмотра требует... - сказал Михаил старосте.
- Погостите еще малость, я еще погляжу за вами, а там пойдете. Держать не стану, вы люди по всей видимости не из обычного теста. Уж ежели дадите клятву не выдавать наше поселение, значит тому и быть Не уживутся наши люди в вашем мире, ведь они не умеют хитрить, лукавить, воровать. Погибнут все просто и все, а вы ведь не хотите этого?
- Нет отец, мы вас понимаем и не хотим причинить вам и вашим детям зла, а когда уйдем, то просто забудем сюда дорогу. - Ответил старику Михаил.
- Вот старик, мысли читает что ли? Только подумаешь ему вопрос задать, а он уже отвечает на него, - подумал про себя Сергей и молча, как-бы прогуливаясь пошел осматривать лагерь отшельников. Небольшая деревенька с добротными срубами часто построенными и везде по всему периметру огорожена частоколом, через который перелезть вообще не вариант. Судя по строению хат в поселении живёт много народу, примерно человек пятьдесят. - Целая таёжная деревня. Но народ по всему видно осторожный, степенный, не злобный. даже мужчины, которые встречаются глазами выглядят добродушными и приветливо машут головами. Молодые девушки отводят в сторону глаза и тихо хихикают. Высокая деревянная изгородь закончилась и Сергей подошел к высокой, отвесной скале, преграждающий подход к поселению с северной стороны и закрывающий его от холодных северных ветров. - Умно подобрано место для поселения, - подумал Сергей. Из под скалы бил родник, и вода в нем была такая прозрачная и чистая, что парень тут же захотел попробовать ее на вкус. Взял в руки ковш лежавший тут же на камнях, Сергей зачерпнул воды в источнике и поднес к губам. Вода в роднике оказалась очень холодной и приятной на вкус. Неожиданно из за камня выскочила большая белая волчица и с угрожающим рыком оскалилась на Сергея.
- Вьюга, нельзя, назад, - скомандовала волку Настя, бесшумно подошедшая с зади с ведрами на коромысле. - Не бойся парень, логово у неё здесь, выкопала себе нору под скалой и живет в ней. Волчата у неё были, да выросли давно, разбрелись кто куда, наверное в тайгу подались волки же.
- Меня Сергеем зовут, ты не помнишь что ли? - смущенно сказал парень.
- Помню, - зачерпывая воду из родника в деревянные ведра сказала Настя.
Сергей взял у девушки ведра и предложил: - Я помогу. Куда нести?
- Иди за мной, - и Настя медленно пошла по поселению.
- Давай постоим вот тут под деревом, поговорим, узнаем побольше друг о друге, и девушка остановилась взявшись рукой за дерево и пристально посмотрела на Сергея. У Сергея трепетало сердце, он чувствовал как кровь приливает к его лицу и слова, которые он хотел сказать, терялись где-то в голове, а мысли вылетели и куда то исчезали. Постепенно он привык к своему трепетному состоянию и они долго стояли и беседовали под огромным кедром. - Я скоро уйду Настенька, уйду в свой мир, там у меня Батя старый, да и Михаил мне как брат. Пошли со мной... не в город, в городе я сам не могу жить. В тайге будем жить. Есть дом большой. - У девушке загорелись глаза, а потом сразу же и потухли.
- Мне тоже нельзя своего отца оставлять, он хоть и крепкий, но старенький и болеть стал часто. Жаль мне его. Но я обещаю, что поговорю с батюшкой, и если он позволит, то обещаю крепко подумать.
Долго они стояли и много говорили, или просто молчали глядя друг другу в глазах и мир, который был вокруг них, замер и время остановилось.
- Братан, я кажется влюбился в Настеньку с неимоверной силой, глаза закрою, а передо мною стоит она. Хочу забрать ее с собой. Как ты на это смотришь?
- Как это забрать? А она что говорит на это? А ее родители? Ведь они староверы, и законы у них другие. Все это как то сложно Сергей, но я тебя понимаю и поддерживаю. Да и жениться тебе пора... - ответил Сергею Михаил.
- Так ты поговоришь с ее отцом братан? я даже готов веру ихнею принять, - загорелись глаза у парня.
- Вот зацепила тебя девка, я тебя таким еще не видел, вижу, что у вас все серьёзно. Попробуем братишка... - успокоил Сергея Михаил.
Прошла еще неделя, Михаил себе места не находил от безделья, пилил и колол дрова, зато Сергей полностью погрузился в жизнь староверческую, и Михаил забеспокоился.
- Не остался бы Серега жить в скиту из за своей Настеньки... а потом решился и пошел к старосте, не как сват, а просто поговорить. Старик выслушал его внимательно, погладил свою длинную, седую бороду и сказал:
- Я и сам вижу, что полюбились голубки наши. Много думал про это, с дочкой говорил. Очень люблю я ее и расставаться мне с ней жаль, но и вставать поперек ее счастья я не хочу. Сергей я вижу парень хороший и порядочный, авось счастье будет у них в доме всегда. Так что благословляю я их своим отцовским словом.