Найти в Дзене

Пролетая над гнездом дракона

- Сколько раз я тебя просила, не таскать работу домой! – капризно - разгневанно прошипела драконица. Настроение у неё было скверным. Потому что, высиживать яйца, точнее, не высиживать, драконы их не высиживают, только согревают двадцать четыре на семь тринадцать месяцев своим дыханием, это знаете ли, не проще, чем ходить беременной девять! Всё почти так же. Никуда не отойдешь, гостей не позовёшь, на курорт не слетаешь! Скука, короче, зеленая! А тут ещё это с утречка пораньше! - Любимая, - развел лапками дракон, - так я и не тащил! Она сама приперлася! - Так иди и разберись! – ещё капризней рявкнула жена, жена дракон, высиживающая, тьху ты, не высиживающая, но сидящая, лежащая возле яиц, это…да, вы счастливчик, сударь, если этого не знаете! – мужчина ты или где! - Мужчина, мужчина, - выставил вперед лапки дракон, - вот, посмотри! Вчера гвоздик прибил! Картину повесил! - Криво! – вынесла вердикт драконица. Дракон побежал к выходу из пещеры. Ей бо, проще положить сотню таких, что там во

- Сколько раз я тебя просила, не таскать работу домой! – капризно - разгневанно прошипела драконица.

Настроение у неё было скверным. Потому что, высиживать яйца, точнее, не высиживать, драконы их не высиживают, только согревают двадцать четыре на семь тринадцать месяцев своим дыханием, это знаете ли, не проще, чем ходить беременной девять!

Всё почти так же. Никуда не отойдешь, гостей не позовёшь, на курорт не слетаешь! Скука, короче, зеленая!

А тут ещё это с утречка пораньше!

- Любимая, - развел лапками дракон, - так я и не тащил! Она сама приперлася!

- Так иди и разберись! – ещё капризней рявкнула жена, жена дракон, высиживающая, тьху ты, не высиживающая, но сидящая, лежащая возле яиц, это…да, вы счастливчик, сударь, если этого не знаете! – мужчина ты или где!

- Мужчина, мужчина, - выставил вперед лапки дракон, - вот, посмотри! Вчера гвоздик прибил! Картину повесил!

- Криво! – вынесла вердикт драконица.

Дракон побежал к выходу из пещеры. Ей бо, проще положить сотню таких, что там вопят, чем договориться с раздраженной супругой!

- И смотри! Сильно не шуми!

Перед пещерой заливался сигнальный рожок, и вопиял нелюдским голосом рыцарь.

- Выходи на бой, дракон! Биться будем! Выходи на бой, драа….

- Дорогой! – умиротворенно протянул в его сторону лапку дракон, - вот чего, скажи на милость, ты так вопишь! Не можешь потише? А лучше бы где меня в стороне поймал, да там проорался! Моя яйца высиживает! – дракона ничуть не смущала неправильная терминология, он горделиво выпятил грудь, гордый как почти все будущие папаши, осознанно пошедшие на этот шаг, - а ты шумишь тут!

- А какое мне дело до твоих яиц?! – усмехнулся рыцарь, и приготовился вновь подуть в рожок.

- Вопщем, так, - сурово, но по-прежнему шепотом предупредил дракон, - будешь шуметь, шлем со штанами местами поменяю, и не задумаюсь!

Рыцарь поднес рожок ко рту. Дракон, вздрогнув, ибо ему послышался рык супруги, взмахнул лапой. Рыцарь, не удержавшись на коне, покатился вниз по склону горы.

Конь, меланхолично окинув взглядом дракона, начал спускаться за хозяином.

Решив, что проблема решена, дракон пошел отчитываться супруге.

- Думал, так легко от меня сбежишь?! – воспользовавшись тем, что дракон в пылу разборок забыл закрыть створки врат, в пещеру влетел, так что аж вбежал, грязный, весь в земле и траве рыцарь с поднятым мечом.

- Шуметь над моими яйцами?! – нервы у дракона, знаете ли, тоже не железные!

Поворот туши дракона, незаметный глазу взмах передней лапы, и …

Рыцарь летит под сводами пещеры, что-то вереща в свой самовар!

- Верещать в сторону гнезда?! – подключилась драконица, гневно глядя на самовар с чайничком, летящий прямо в сторону её драгоценного потомства…

Её лапа в такие моменты была гораздо, гораздо тяжелее мужниной.

- А что? Смотри-ка, как он прекрасно вписался в наш интерьер!- довольно ухмыльнулся дракон.

- Да, да, на редкость реалистичный получился барельеф! – согласилась супруга.

И только рыцарь не мог ничего сказать. Потому что, когда ты пролетаешь над гнездом дракона, будь готов к тому, что прямо за ним находится стена.

А кого ей принимать на свою грудь, рыцаря, не рыцаря, стене совершенно до Китайской Великой!