Сидим, короче. Праздник. Всё можно. Всё течёт: салат, селёдка под шубой, пельмени, икра заморская, слонятина с трюфелями... И где-то там, на горизонте, маячит стройность. Как воспоминание о прошлых надеждах. Туманное.
А в морозилке, между законсервированным летом и запасами на ядерную зиму, лежит она. Вишня. Замороженная.
Как наше обещание себе «с понедельника».
Лежит и ждёт своего звёздного часа.
И этот час - он, между прочим, может и настать. Между тортом и конфеткой. В паузе. Когда рука уже тянется, но мозг, отягощённый мандаринами, и пирогами, вдруг обронит: «А не пойти ли нам другим путём?».
И вот ты идёшь. На кухню. Достаёшь эти ледышки. Три штуки. Пять. Кидаешь в рот. И...
А ничего. Не взрывается. Кисло. Сладко. Холодно.
И как-то... чисто. Будто глоток минералки в конце длинного застолья. Не похмеляет, а наоборот - отрезвляет. Немного.
Это не подвиг. Это - технический перерыв. Как звонок боя курантов посреди ночи. Встряхнулись, осознали себя в пространстве и времени - и можно дальше. К паштету.
Или к вишне. Она не сожжёт калории от «Наполеона». Не обманет. Она просто даст вам минуту тишины и вкуса, не обременённую майонезом. И в этой минуте - вся её польза.
Так что кладите её рядом с шампанским. Как напоминание. Что кроме «всего» есть ещё и «это». Простое, красное, холодное. И оно - за вас.
С наступившим. И чтоб у вас всё было. И вишня - тоже.