Энергетический суверенитет - один из важнейших компонентов для ведения независимой политики, и его достижение может вызвать конфликт с глобальной климатической солидарностью. В связи с этим возникает проблема: можно ли достичь энергетического суверенитета без ущерба для глобальной климатической солидарности? С целью ответа на вопрос и проблему в эссе будут последовательно поставлены и решены следующие задачи:
1) Рассмотреть пример, как энергетический суверенитет становится национальным приоритетом.
2) Рассмотреть может ли стремление к энергетическому суверенитету становится препятствием для глобальной климатической солидарности.
3) Рассмотреть может ли стремление к энергетическому суверенитету одновременно приводить и к улучшению климатической ситуации.
Тайвань находится в АТР и для него имеет стратегическое значение такие важные воды как Тайваньский пролив, Южно-Китайское море и Красное море через которые идут поставки энергоресурсов, но из-за постоянных кризисов безопасность поставок не гарантирована что вызывает серьезные проблемы. На территории острова Тайваня изначально практически отсутствует необходимое для обеспечения энергонезависимости ресурсов. В связи с этим возникает следующая ситуация : «энергетическая трилемма Тайваня» - необходимость проводить такую политику которая сочетает в себе энергоэффективность, соблюдение экологической политики и рентабельность проводимых энергетических инициатив. Таким образом Тайвань вынужден стремиться к диверсификации поставок и повышению уровня независимости в энергопоставках и в долгосрочной перспективе прийти к энергетическому суверенитету в энергетике за счёт создания ВИЭ. Например, проект "Тысяча ветряных турбин" согласно плану которого к 2025г. должно было быть построено свыше тысячи ветряных станций для создания ВИЭ. Все вышеперечисленное, действительно позволит Тайваню значительно облегчить трудности связанные с энергетикой. К тому же Тайвань планирует к 2030г. полностью отказаться от АЭС для повышения экологичности своей энергосистемы, и как ранее было сказано развивает "зеленые" технологии, становясь ответственным участником глобальной климатической повестки. Таким образом, стремление к энергетической безопасности, как одной из ступени к энергетической независимости, является одним из важнейших направлений политики Тайваня, так как без энергобезопасности страна не сможет эффективно развиваться. В результате Тайвань активно принимает участие в глобальной климатической повестке, одновременно развивая энергетическую безопасность.
В начале 2000х годов США оставались одним из самых крупных импортёров энергоресурсов в мире, и США было необходимо исправить положение дел, чтобы обрести энергетический суверенитет и избежать ситуаций, когда энергоресурсы используются как оружие для манипулирования. Важно подметить, что США в сфере энергетики привержена к теории реализма, согласно которой, все договоренности условны и существуют пока это кому-то выгодно , а также что международные отношения анархичны, и все её участники действуют исходя из своих интересов. Так, например, в конце 2000х началась "сланцевая революция" в США, которая позволила добывать в огромных количествах газ и нефть из сланцевых пород. Это позволило США перестать зависить от импорта и стать более независимыми в энергосфере. Однако, данный процесс требует большого количества воды что приводит к загрязнению водных ресурсов. Но также важно учитывать что используемые для добычи способы приводят к повышению сейсмической активности районов, где добывают нефть и газ из сланцевых пород. Однако есть и позитивная сторона, так как США смогут уменьшить количество используемого угля в энергосистеме, а значит снизить выбросы CO2 в атмосферу. Мы видим четко прослеживающийся реалистский подход, так как вследствии "сланцевой революции" США добились снижению зависимости от энергопоставок, но сделали это ценой глобальной климатической солидарности, нанеся урон экологии, поставив национальные интересы выше чем глобальные проблемы с изменением климата, которые усилились из-за действий США, что подтверждает то что США действуют в соответствии с теорией реализма. Хоть они и уменьшили количество используемого угля, вред для экологии все равно остается. К тому же США неоднократно выходили из Парижского соглашения, и последний инцидент был при Дональде Трампе в его второй срок. В результате, США, стремясь к энергетической независимости, нанесли ущерб глобальной климатической солидарности, а также подрывают выстроенную систему для борьбы с изменением климата из-за постоянных выходов из Парижского соглашения и также ставят свои интересы выше климатических проблем и последствий для климата из-за действий США в рамках реалистской парадигмы.
Несмотря на приведенные выше аргументы, существует и другая сторона этого вопроса, и для полноты картины необходимо её рассмотреть. Европейский союз (ЕС) с середины 2010х годов активно продвигает идеи ведения независимой энергетической политики, при этом, делая это в соответствии с климатической повесткой. При чем в рамках энергетики они действуют, признавая важность подлинной энергетической безопасности, которая заключается в взаимозависимости и к тому же ЕС признает то, что энергия может выступать как инструмент связи, так как совместные программы усиливают экономические и дипломатические связи. Это говорит о том, что ЕС подходит к реализации своих планов в рамках теории неолиберализма. К тому же согласно неолиберальной парадигме, страны могут договариваться, а соответственно достигать глобальных целей. Например, в 2016г. была запущена программа под названием "Чистая энергия", которая сместила фокус энергосистемы ЕС на декарбонизацию , энергоэффективность и использование ВИЭ. Такой подход определенно соответствует текущим реалиям и может как развивать энергетическую независимость благодаря энергоэффективности, уменьшив потребность в новых мощностях, так и повысить свой вклад в глобальную климатическую солидарность благодаря снижению воздействия на окружающую среду, и развитию "чистой энергии". Такой подход ведёт к исключению борьбы за ресурсы, так как развивает взаимодействие и взаимозависимость. Также, в продолжении этой тенденции, ЕС начала программу REPowerEU , запущенной в 2022г., с целью ускорения "зеленого перехода" и диверсификации поставок энергии, которая ранее в большом количестве поставлялись из РФ. В результате, подобное развитие событий делает возможным достижение энергетической независимости не только без ущерба для климатической солидарности, но и позволяет развивать "зеленые технологии", помогая уменьшить влияние на климат. К тому же для ЕС основополагающим принципом в соответствии с неолиберализмом является рассмотрение энергии не как инструмента власти, а как средство укрепления международных отношений которое способствует сотрудничеству, а не конкуренции.
Резюмируя всё выше сказанное, можно прийти к выводу что энергетический суверенитет в XXI веке с одной стороны является как национальным приоритетом, который часто приводит к улучшению климатической обстановки и развивает глобальную климатическую солидарность, что мы видим на примере ЕС, так и может выступать в качестве преграды для глобальной климатической солидарности, нарушая принципы климатической повестки и разрушая веру в возможность договориться, что было показано показано на примере США. Но существует и ситуация которая находится в середине двух сторон и страна преследует цель достижения энергетического суверенитета, при этом используя современные "зеленые" технологии для достижения цели. В итоге существует три тенденции, но в результате стремление к энергетическому суверенитету чаще приводит к параллельному развитию "зеленых технологий" в соответствии с климатической повесткой.