Образ вервольфа (от немецкого "Werwolf" — "человек-волк") широко распространён в европейском фольклоре. Но на Дальнем Востоке существуют свои аналоги оборотней, имеющие уникальные черты и корни в местных мифах, а иногда и реальные упоминания в исторических хрониках.
В Европе первой задокументированной «охотой на вервольфа» считается случай с Пьером Бургo в 1521 году во Франции — его казнили за признание в оборотничестве. В 1589 году Питер Штумп из Германии разделил его участь за аналогичные обвинения. Подобные процессы продолжались в Европе до XVII века.
"Пьер Бурго и Мишель Вердан — оборотни из коммуны Полиньи во Франции, которых казнили в 1521 году. Предположительно, они были парой серийных убийц-оборотней, которые после совершения сделки с дьяволом превратились в кровожадных чудовищ. Некоторые преступления, в которых признались обвиняемые: убийство женщины, лишение жизни четырёхлетней девочки и её съедение, убийство другой девочки, у которой выпили кровь и объели шею, убийство девочки восьми-девяти лет.
Под пытками обвиняемые признались, что получили способность к оборотничеству, заключив договор с дьяволом, который дал им волшебную мазь для превращения в волков.
В Китае аналоги вервольфа называются 狼人 (Ланжэнь, "человек-волк"). Однако китайский оборотень отличается от европейского образа: его больше связывают с духами-хозяевами или демонами — хулицзин (狐狸精, демоническая лисица) или оборотнями-животными.
Одна из документальных английских публикаций о подобных случаях появилась в 1922 году: китайский писатель-этнограф Пу Сунлин (1640–1715) в «Странных историях из кабинета досуга» упоминает про людей, превращавшихся в зверей.
Особую роль в её развитии сыграл китайский писатель-этнограф Пу Сунлин (蒲松龄, 1640–1715), чьи рассказы в сборнике «Странные истории из кабинета досуга» («聊斋志异», Ляо чжай чжи и) стали фундаментом многих «реальных» историй об оборотнях.
Пу Сунлин родился в эпоху правления династии Цин и посвятил жизнь сбору необычных историй о сверхъестественных явлениях, собрав их в знаменитом сборнике «Странные истории из кабинета досуга». В его произведениях встречаются описания множества оборотней — от демонических лисиц до людей, превращающихся в волков и тигров.
1644 год, провинция Хунань
В одном из рассказов описывается, как в 1644 году крестьяне столкнулись с человеком, который был одержим «волчьим духом» и, по словам очевидцев, превращался на ночь в огромного волка, нападавшего на скот и людей. Историю сопровождали свидетельства местных жителей и даже чиновников, пытавшихся поймать загадочного нарушителя.
В 1830-х годах католические миссионеры в Маньчжурии записывали рассказы о "человеке-звере", терроризировавшем округа Жэхэ и граничащие территории. Местные жители считали, что оборотень — это человек, заключивший сделку с духами для получения силы хищника.
Осенью 1907 года русская газета из Харбина «Далекая Заря» опубликовала заметку о нападениях некоего «оборотня» в пригородных деревнях. Свидетели утверждали, что видели двуногое существо с волчьими повадками. Официальные облавы не дали результатов, но слухи на долгие годы укрепились среди местного населения.
Пу Сунлин тщательно записывал рассказы очевидцев и передавал их как подлинные случаи, без явного разделения между реальностью и мифом. В Китае местные хроники (地方志, дифан чжи) часто содержали сведения о «чудесах», считавшихся реальными на основании показаний жителей. В то же время в Европе проходили суды над "вервольфами", и в Китае появлялись схожие "следственные" истории — с облавами, разбирательствами и даже сообщениями в периодической прессе XX века.
Пу Сунлин заложил основу для систематизации китайских историй об оборотнях. В Китае оборотень — сложный образ, связанный с проклятиями и духами, а не только с полнолунием или укусом, как в Европе. С появлением массовой прессы и миссионерских отчётов эти легенды обрели "реальные" черты: описание, даты, имена, детали расследований. Сегодня истории о людях-зверях остаются популярны на Дальнем Востоке и продолжают вплетаться в местный фольклор и массовую культуру.