Махнемся не глядя?
- Когда субъект не справляется с притоком новых данных естественным путем концептивного аналогизирования, он становится жертвой перцептивного аналогизирования.
- Значит, - уточнил Марвин, - Я могу подумать, что вижу корову, когда на самом деле передо мной альтаирец?
- Именно!
Там есть Отшельник с планеты Мельд, говорящий стихами. Не по причине пиитического зуда в кончике языка, но в целях выживания во враждебной среде - он откуда-то знает, что рифмованное говорение обеспечивает защиту, где выжить затруднительно. И пользуется этим, как другой использовал бы скафандр, погружаясь в пучины океана - для защиты. А попробовать говорить не стихами, ему и в голову не приходит, как вам не пришло бы в голову снять скафандр на дне Марианской впадины.
Такой интуитивный способ постижения, не раз наблюдала. Люди знают: что, как и когда делать, но ни под гипнозом, ни под наркозом не объяснили бы - почему. "Есть, друг Горацио, на свете такие вещи"... Которые, однако, очень мало отражены в культуре. Все аспекты несчастной любви, многие - борьбы за власть и производственных проблем; и семейных; и расово-национальных; и милитаристско-пацифистских. Обо всем написаны тонны хорошей литературы, но когда ищешь способа разместить себя в пространстве таким образом, чтобы не быть съеденным самому и по возможности не причинить неудобства другим - только и остается, что позитивная психология.
Оказывается, что есть хорошая художественная литература, затрагивающая тему. Пусть в юмористическом и абсурдистском ключе, но это тот Роберт Шекли, который написал гениальную "Лавку миров", потому - пусть. Хотя, кто говорит об абсурдизме? Мотивация героя мне ясна и близка. Ты страстно хочешь путешествовать, но серебряная ложка во рту, с которой должен был родиться, имея такие запросы, досталась кому-то другому. А межпланетные путешествия дороги (от слова "запредельно"). И, поразмыслив, соглашаешься на альтернативный вариант - обмен разумов с марсианином Зе Краггашем. Рисков чуть больше, но тебе по карману.
Рисков на порядок больше - на многое множество порядков, но это ты узнаешь после. Бильбо присоединяется к Торину и компании; Измаил вступает на борт судна капитана Ахава; приключения начинаются. С пренеприятнейшего известия: Зе Краггаш запродал себя еще пяти представителям разных галактических рас и ты не первый в списке, следовательно - должен вернуть в течение шести часов.Но подлюга Зе исчез в неизвестном направлении, а вместе с ним твое родное тело. Упс. Хотел приключений? Их есть у тебя!
Их будет много, Марвину - герою, скучать не придется. Читателю/слушателю (спасибо Вимбо) тоже, но находясь в более привилегированном положении. Язык романа - это такое наслаждение. Чего стоит невероятный суржик из смеси немецких и испанских слов, на котором объясняется друг героя. А наукообразный канцелярит маклера конторы проката тел? И жаргон дельца черного рынка, и говор всех галактических тварей, с которыми встретится герой в своих скитаниях - для каждого у Шекли есть стилистическая особенность, безошибочно отличающая его от других.
Сначала это казалось просто милым и занятным, но на планете Цельсий, где Марвин временно подменяет крупного местного насекомоподобного чиновника с тикающим кольцом в носу - предположительно бомбой. Так вот, на Цельсии с героем случается та метафорическая деформация, о какой предупреждал маклер и которую я вынесла в эпиграф, а читателя подхватывает волна физического наслаждения происходящим. В моем случае это был приступ смеха до слез после встречи с Кэти, там целая глава построена на штампах и банальностях. Я шла с книгой в наушниках и хохотала, на улице шел снег и вдруг поняла, что влага под глазами - не дождинки, а слезы.
И дальше, вся история с Вальдецем, странствие в Монтана-Верде-де-лос-Трес Пикос, встречи с близкими - волна несла, перемежая гомерический хохот обессиленным подскуливанием. После идет на убыль, умереть от смеха читателю не удастся - что к лучшему. Последняя часть с Искаженным миром возвращает к академическому спокойствию и мягкой созерцательности. Это не по моему уму, хотя, несомненно, интересно. Общее впечатление от книги - чистейший слушательский восторг. Рекомендую!