Нравятся мне такие лыжники! Да и вообще спортсмены - честные, открытые, скромные, говорящие всегда правду и не скрывающие улыбку, всегда поблагодарят за борьбу, скажут спасибо, стукнут "кулачком", прокомментируют поражение или порадуются победе! Свой парень!
Вот такой, наш лыжник спринтер Александр Терентьев, муж Натальи Терентьевой (Непряевой) и заботливый отец дочурки.
Недавно дал откровенное интервью газете "Известия", где раскрыл свои планы на будущее, рассказал о перспективах Савелия и Дарьи, о проблемах лыжного спорта в стране.
Предлагаю некоторые моменты этого большого интервью.
— Как вам выступление на декабрьском этапе Кубка мира в Давосе и на «Тур де Ски» Дарьи Непряевой и Савелия Коростелёва?
— Они молодцы. Видно, что с каждым этапом становятся сильнее. Я надеюсь, что они дальше будут еще прибавлять. Особенно в спринте, где смогут проходить пролог и побороться в забегах, потому что, когда они борются в забегах, чувствуют чужую скорость, которая выше, им будет дальше легче проходить прологи.
— На правах специалиста по спринту, какими видите их перспективы на ближайших этапах Кубка мира?
— Видно по результатам, что они с каждой гонкой добавляют. Им просто нужно сейчас перестроиться под быстрый снег, под быстрые и мощные движения, нежели как мы в России бегаем. А бегаем мы не так мощно, как у них там.
— Почему?
— У них дистанции другие, трасса другая, и у них свежего снега почти вообще нет — всё искусственное. А искусственный снег — это лед, это жесткая дистанция, жесткая трасса. И там именно твоя абсолютная сила решает очень многое.
— Получается, из-за отсутствия искусственного снега в стране российским лыжникам и до отстранения было непросто адаптироваться к международным трассам?
— Да, у нас во многих регионах нет большого запаса искусственного снега — это очень плохо. А там, где запас есть, мы бегаем один раз за сезон, а то и не приезжаем и не бегаем, как в Ханты-Мансийске, например. Там мы вообще не участвуем в соревнованиях.
— Когда вас разбанят, сколько вам понадобится времени, чтобы начать бороться за серьезные места на этапах Кубка мира?
— Честно говоря, это такой сложный вопрос. Даже если мы приедем туда, то тем, кто уже бегал там, может быть, чуть легче будет перестроиться, поскольку мы имеем больше опыта участия на таких трассах. Но в то же время прошло четыре года, и, возможно, мы уже не в тех кондициях, какие у нас были до отстранения, когда бегали на Кубке мира и боролись за первое место.
— Когда наших лыжников вернут на международные соревнования, чистые спринтеры могут снова появиться?
— Я думаю, что да, они могут возникнуть. У нас есть сильная молодежь, которая уже на спринтах очень сильно борется. Я надеюсь, что у них будет возможность вернуться. Когда приезжаешь на Кубок мира, у тебя там два-три старта и ты уезжаешь обратно, — это очень мало. То есть всё равно нужно давать возможность простартоваться, особенно спринтерам. Когда ты не можешь пройти пролог, это не значит, что ты не можешь потом в забегах с кем-то соревноваться. Бывает такое, что человек бежит пролог в районе 29-го места, но потом он может в забегах соревноваться и выиграть.
— Примерно представляете, за что вы могли бы сейчас бороться на международных стартах в своей нынешней форме?
— Я не так много смотрел в последние годы спринты на Кубке мира. Потому что у нас параллельно с ним всё время свои гонки идут. Очень часто они пересекаются по дням. И после своих стартов смотреть еще другие соревнования как-то не очень хочется. Поэтому трудно сказать, на каких местах я бы был. Никто не знает этого. Может быть, хорошо бы сбегал, может быть, нет. Это всё дело настроя и самочувствия.
— Когда в декабре Международная федерация лыжных видов спорта и сноуборда (FIS) допустила до своих соревнований Непряеву и Коростелёва, надеялись, что вам тоже дадут нейтральный статус?
— Нет, я даже не подавал никаких документов. Не верил, что попаду туда. Я по всем фронтам не подхожу под нейтральный статус. И это было мое принципиальное решение, что не должно было таких ограничений. Понимаю Дашку и Савелия, которые подали документы, — это их шанс туда поехать, больше у них не было такой возможности. У меня она была до 2022 года. Поэтому со своей колокольни я рассудил, что не должно быть такого, когда FIS таким образом решает, кому можно ехать на Кубок мира, а кому нельзя.
— Как в связи с этим мотивируете себя продолжать выступать?
— Тяжело. Есть проблема с мотивацией. Даже не то что с мотивацией, а с настроем. Я-то замотивирован, что надо бежать, но именно на старт иногда нет настроя, нет вот этого, как раньше, горения, что ты за каждый сантиметр борешься. Ты уже сейчас борешься за каждый метр. Не то чтобы я руки опустил. Но есть в голове такие небольшие сомнения.
Друзья, спасибо за комментарий, лайк или даже дизлайк, донат (если удобнее вам - Ozon bank 2204 3204 1566 2115)
