— Мам, ты что, с ума сошла?! Отказываешься продавать?! — Олег хлопнул ладонью по столу так, что задребезжала посуда.
— Это моя квартира, Олежек, и я никуда отсюда не уеду, — Нина Петровна спокойно поправила скатерть, хотя руки у неё слегка дрожали.
— Какая твоя?! — вмешалась Света, жена Олега. — Ты тут одна живёшь, а квартира-то в центре! Знаешь, сколько она стоит? Миллионов пятнадцать, не меньше!
— И что с того? Я здесь сорок лет прожила, дети мои тут выросли.
— Вот именно, что дети! — Олег встал из-за стола, нервно расхаживая по комнате. — Мы с Леной имеем право на эти деньги! Продадим, разделим поровну, и всем хватит!
— А мне куда деваться? — Нина Петровна посмотрела на сына внимательно.
— Да найдём мы тебе что-нибудь на окраине! — отмахнулась Света. — Или вообще в Подмосковье, там воздух чище. Тебе в твоём возрасте это полезнее.
— Света права, мам. Тебе же лучше будет, — поддакнул Олег, но в глазах читалась только жадность.
В дверях появилась Лена с пакетами продуктов. Она молча слушала разговор, медленно ставя сумки на пол.
— Что тут происходит? — её голос был тихим, но твёрдым.
— А, Ленка пришла! — обрадовался Олег. — Вот скажи матери, что надо продавать квартиру! Поделим деньги по-честному, тебе тоже достанется!
Лена посмотрела на брата долгим взглядом.
— Ты серьёзно, Олег? Мама здесь всю жизнь прожила, а ты её выселить хочешь?
— Не выселить, а помочь переехать! — возмутилась Света. — Да и вообще, какое твоё дело? Олег старший, он главный!
— Главный? — усмехнулась Лена. — Главный нахлебник, который последний раз маму навещал полгода назад?
— Ты что себе позволяешь?! — полез в бутылку Олег.
— Правду говорю. Кто маме продукты носит? Кто с врачами ходит? Я! А ты только когда деньги понадобились, вспомнил про родную мать!
Нина Петровна тяжело вздохнула, глядя на ссорящихся детей.
— Знаешь что, Ленка, — Олег достал сигареты, закурил прямо на кухне, — ты всегда была маминой любимицей. Вот и крутись теперь возле неё!
— Олежек, не кури в доме, — тихо попросила Нина Петровна.
— А что, мам, правда уже не говорят? — он демонстративно затянулся. — Вот Света права, надо было мне раньше этим вопросом заняться.
Лена молча подошла к окну, распахнула его настежь.
— Слушай, а ведь можно по-другому, — Света вдруг оживилась. — Нина Петровна, вы же разумная женщина! Давайте так: продадите квартиру, купим вам однушку где-нибудь, ну там, в спальном районе. А на разницу Олег свой бизнес поднимет!
— Какой бизнес? — фыркнула Лена. — Тот, что уже третий раз прогорает?
— Заткнись! — рявкнул Олег. — Это инвестиции! Надо вкладывать, развиваться!
— Ага, вкладывать мамины деньги, — Лена повернулась к матери. — Мам, а помнишь, как он в прошлый раз у тебя пятьсот тысяч занял? На «верное дело»? Отдал?
Нина Петровна промолчала, опустив глаза.
— Ну вот видишь! — торжествующе воскликнула Лена. — А теперь квартиру хочет!
— Это совсем другое, — побледнела Света. — Тут же не заём, а справедливый раздел! Олег имеет право на наследство!
— При живой матери? — Лена подошла ближе к Свете. — Ты вообще соображаешь, что говоришь?
— Девочки, ну хватит, — Нина Петровна встала из-за стола. — Олег, я не продам квартиру. И точка.
— Мам, ну ты подумай хоть! — Олег затушил сигарету в блюдце. — Тебе семьдесят скоро! Что ты тут одна делаешь? Лифт постоянно ломается, на пятый этаж пешком топать!
— Я справляюсь, — Нина Петровна налила себе чаю.
— Сейчас справляешься, — вкрадчиво заговорила Света, присаживаясь рядом. — А если, не дай бог, что? Упадёте, сломаете что-нибудь? Кто поможет?
— Я рядом живу, — отрезала Лена.
— Ты? — Олег презрительно хмыкнул. — У тебя своя семья, дети! Некогда тебе будет за мамой ухаживать!
— Зато у тебя время есть? — парировала Лена. — Который час сюда приехал? Когда маме продукты последний раз покупал?
— А я деньги даю! — взорвался Олег. — Между прочим, каждый месяц по десять тысяч перевожу!
— Врёшь! — Нина Петровна вдруг резко поставила чашку. — Последний раз три месяца назад пять тысяч прислал! И то после того, как я сама попросила!
Повисла неловкая тишина. Олег покраснел, Света уставилась в телефон.
— Ладно, мам, не в деньгах дело, — Олег попытался взять себя в руки. — Просто пойми: эта квартира — золотое дно! В центре, рядом метро, парк! За неё сейчас миллионов двадцать дадут, не меньше!
— Двадцать? — переспросила Лена. — А час назад пятнадцать говорил!
— Ну, может, и двадцать, — пожал плечами Олег. — Риелторы по-разному оценивают.
— Ты уже к риелторам ходил?! — ахнула Нина Петровна.
— Ну, так, поинтересовался, — смутился сын.
— Олег, ты совсем офонарел? — Лена схватила брата за рукав. — Мамина квартира, а ты уже цену узнаёшь?!
— А что такого? — огрызнулся он. — Надо же понимать, о каких суммах речь!
— Вот что, — Света встала, доставая из сумки какие-то бумаги. — Мы тут немножко подготовились. Вот договор купли-продажи, вот контакты риелтора, вот варианты квартир для вас, Нина Петровна. Смотрите — однушка в Новокосино, двадцать восемь метров, третий этаж. Вполне приличная!
— Новокосино?! — Лена вырвала бумаги из рук Светы. — Это ж на краю света! Ты мать туда отправить хочешь?!
— Зато своя крыша над головой, — парировала Света. — И денег останется!
— Каких денег?! — Нина Петровна вдруг встала, и голос её зазвучал твёрдо. — Каких денег, я спрашиваю?!
— Ну, мам, после продажи, — замялся Олег. — Останется миллионов десять, может, даже больше!
— И что, ты думаешь, эти деньги тебе достанутся? — Нина Петровна подошла к сыну вплотную.
— Ну, по справедливости, пополам с Ленкой...
— А я? Я-то куда дену эти деньги? В Новокосино? — она взяла со стола бумаги, медленно их просматривая. — Знаете, что я вам скажу? Вы оба — эгоисты. Но Олег, ты превзошёл сам себя.
— Мам, ну что ты! — попытался оправдаться сын.
— Молчи! — рявкнула Нина Петровна так, что все вздрогнули. — Сорок лет я в этой квартире! Твой отец, царствие ему небесное, каждую копейку на неё откладывал! Мы с ним обои клеили, паркет стелили, окна меняли! А ты хочешь это всё продать?! За что?! За твой очередной левый бизнес?!
— Это не левый бизнес! — попытался вставить Олег.
— Заткнись, говорю! — мать махнула рукой. — В девяносто седьмом ты «бизнес» открыл — прогорел. В две тысячи пятом ещё раз — опять ничего. Потом ещё, и ещё! Сколько можно?!
— Мама права, — тихо сказала Лена. — Олег, ты себя послушай. Ты хочешь выгнать родную мать из дома!
— Не выгнать, а переселить! — в отчаянии крикнул Олег.
— А знаешь, что самое смешное? — Нина Петровна вдруг села обратно, и лицо её стало спокойным. — Квартира-то не моя.
— Как не твоя?! — хором переспросили Олег и Света.
— Я её месяц назад переоформила. На Лену.
Наступила мёртвая тишина. Олег побелел, Света открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова.
— Что?! — наконец выдохнул Олег. — Ты... на Ленку?!
— Именно, — кивнула Нина Петровна. — Пока ты бизнесы свои проваливал, Лена рядом была. Каждый день. И продукты, и врачи, и просто поговорить. А ты? Ты только тогда объявился, когда про цены на квартиры в центре узнал!
— Мам, но я же тоже твой сын! — Олег схватился за голову.
— Сын, который мать на помойку выбросить готов ради денег!
— Ты не имела права! — взвизгнула Света. — Это незаконно! Мы в суд подадим!
— Подавайте, — спокойно ответила Нина Петровна. — Всё оформлено через нотариуса. Дарственная. Я в здравом уме и твёрдой памяти.
— Мам, я не знала, — растерянно пробормотала Лена. — Ты мне ничего не говорила...
— А зачем говорить? Ты и так всё делала не ради квартиры, правда ведь?
Олег медленно поднялся, лицо его исказилось.
— Значит, так... Ты нас предала, мать. Своего сына обокрала!
— Обокрала?! — Нина Петровна тоже встала. — Я тебе жизнь дала, вырастила, выучила! Сколько раз из передряг вытаскивала?! А ты? Ты только брать умеешь!
— Пошли, Олег, — Света схватила мужа за руку. — Здесь нам больше нечего делать. Пусть живут вдвоём, раз они такие правильные!
— Угу, идите, — кивнула Нина Петровна. — И ключи оставьте. Все три комплекта, что у тебя, Олег, в кармане звенят.
— Какие ключи?! — попытался возмутиться сын.
— Не ври. Думаешь, я не знаю, что ты копии сделал? На всякий случай? Клади на стол.
Олег, чертыхаясь, швырнул связку ключей на стол. Они с грохотом упали, один ключ покатился к ногам Лены.
— Больше к нам не приходи, — тихо сказала Нина Петровна. — Пока не поймёшь, что мать — это не банкомат.
— Да пошла ты! — рявкнул Олег и выскочил за дверь. Света, напоследок испепелив всех взглядом, убежала следом.
Хлопнула входная дверь. В квартире повисла тишина, нарушаемая только тиканьем старых часов на стене.
Лена подняла упавший ключ, положила его на ладонь.
— Мам, а я правда не знала...
— Знаю, доченька, — Нина Петровна обняла дочь за плечи. — Именно поэтому квартира теперь твоя. Ты её заслужила. Просто любовью.
Они стояли у окна, глядя на вечерний город. Внизу хлопнула дверца машины — это уезжали Олег со Светой.
— Всё правильно сделала, мам, — прошептала Лена.
— Теперь это наш дом, — улыбнулась Нина Петровна. — И никто нас отсюда не выгонит.