В 2007 году молодая семейная пара из Красноярска – 25-летняя домохозяйка Елена и 27-летний директор коммерческой фирмы Максим Рогов (имена изменены) – приняла решение об усыновлении ребенка.
«Новые родители производили приятное впечатление»
Они искали мальчика того же возраста, что и их родной сын, чтобы в документах оформить детей как близнецов. Поиски вели через интернет. В итоге их выбор пал на двухлетнего Сашу, оставшегося без родителей: мать-наркоманка отказалась от сына в роддоме, а данные об отце отсутствовали вовсе. В личном деле ребенка отмечались некоторые проблемы со здоровьем, но они не казались критичными для пары.
– Новые родители произвели приятное впечатление: люди молодые, с достатком, заключение о возможности быть усыновителями – отличное, – рассказывала специалист отдела по усыновлению Министерства образования Красноярского края Наталья Балабанова. – Одной из причин, по которым они решились на усыновление, называлась невозможность иметь второго ребенка.
По просьбе новых родителей мальчику официально изменили фамилию, отчество и дату рождения, чтобы она полностью совпадала с днем рождения их кровного сына. Так Саша стал членом семьи Роговых.
«Они рассказывали, что Сашу не смогли полюбить»
Ребенок прожил в семье три года. К 2010 году ему исполнилось пять. Однако в этот период в жизни семьи произошли изменения, которые повлияли на судьбу усыновленного мальчика.
Елена, которой ранее врачи диагностировали невозможность иметь детей, все-таки забеременела. Почти одновременно с этим Роговы начали процесс по отмене усыновления. Они подали соответствующее заявление в районный суд.
Судебные заседания по делу проходили в течение осени 2010 года. Иногда Елена и Максим приходили на них вместе с Сашей, объясняя это тем, что оставить ребенка не с кем.
– Сердце обрывалось, когда мы видели этого мальчугана, тихо-тихо сидящего на лавочке перед дверью в зал судебных заседаний, – рассказывала представитель прокуратуры Татьяна Лукке. – А в зале родители рассказывали, что Сашу не смогли полюбить, что относятся по-разному к нему и родному сыну.
В ходе судебных разбирательств Елена и Максим Роговы излагали свои причины для отказа от ребенка. Они говорили о сложностях с его воспитанием, отмечали, что мальчик становится неуправляемым, агрессивным и связывали это с проблемами со здоровьем, мол, плохая наследственность, переданная от биологических родителей.
Кульминацией их показаний стала фраза, произнесенная приемным отцом. Максим Рогов заявил в суде:
– Бывает такое, что хочется его очень сильно ударить, но этого делать нельзя.
За год в детдом вернули шесть детей
26 октября 2010 года у Елены и Максима родился кровный сын. А уже на следующий день, 27 октября, суд вынес решение. Исковые требования Роговых были удовлетворены.
Усыновление пятилетнего Саши было отменено в полном соответствии с законом, по которому подобный иск может быть удовлетворен, если усыновители не справляются с обязанностями, а совместное проживание нарушает интересы ребенка.
После решения суда мальчика поместили в социально-реабилитационный центр. Для Красноярска этот случай стал уже шестым за тот год, когда усыновленные дети возвращались в детдом.
Проявлял жестокость к тем, кто слабее
В реабилитационном центре Саша сторонился других детей и не сразу пошел на контакт с воспитателями. Примерно через месяц после его размещения в центр приехали потенциальные новые усыновители, которые выразили намерение стать ему новыми родителями.
Отдел опеки активно пытался устроить судьбу ребенка. Однако информации о том, было ли второе усыновление успешным, в публичном доступе не появилось. Дальнейшая судьба Саши остается неизвестной.
В детдоме журналистам рассказали, что стало одной из причин, почему Максим с Еленой решили вернуть мальчика. Еще летом 2010 года, до суда, Сашу отправили пожить в деревню к бабушке.
Однако она жаловалась родителям, что не может с ним справиться, и окончательно отказалась от присмотра за мальчиком после того, как он во дворе начал проявлять жестокость по отношению к тем, кто слабее.
История Саши получила оценку со стороны профессионалов, работающих в сфере защиты детей. Заместитель директора социально-реабилитационного центра, где оказался мальчик, Елена Корчагина дала пояснения относительно возможных причин его поведения:
–Удар по здоровью малыша из-за зависимости его биологических родителей был настолько сильным, что проявления начались рано. Это повышенная возбудимость, агрессия, он может совершать какие-то поступки, и сам не понимать, зачем он это делает, даже во вред себе – например, столкнувшись с трудной ситуацией, просто биться головой о стену.
Специалист подчеркнула, что работать с такими детьми чрезвычайно сложно даже подготовленным педагогам и психологам. Она предположила, что Елене и Максиму просто не объяснили в полной мере, какого ребенка им предстояло воспитывать:
– Я понимаю, что для родителей это задача еще более сложная. Возможно, им сказали о диагнозе, такие вещи нельзя скрывать по закону, но не подготовили, не объяснили толком, что это такое и как может проявиться, – продолжила Елена Корчагина. – Почему они отказались от Саши – я понять могу. Не в этом беда. Допустили ошибку они тогда, когда решились на усыновление, не рассчитав свои силы. Просто подобрали «близнеца» родному сыну. А о том, смогут ли вырастить его и полюбить как родного, видимо, не думали.
Пара Роговых отказалась от общения с журналистами после вынесения судебного решения, что, учитывая ситуацию, вполне можно понять. А для ребенка же, который за три года успел привыкнуть считать определенных людей мамой и папой, такой поворот событий стал очередным тяжелым испытанием в жизни, начавшейся с отказа в роддоме.
По материалам «КП»-Красноярск