Трамп обещает неприятности премьер-министру Гренландии за то, что тот говорит о выборе своих сограждан в пользу Дании, а не США. При этом в Европе звучат голоса, что в продаже острова ничего плохого и нет. О новом витке геополитической неразберихи вокруг Гренландии расскажет Александр Ельшевский.
История с Гренландией постепенно превращается в политический сериал, где каждая новая серия звучит громче предыдущей. Евросоюза заявил, что возможный захват Гренландии Соединёнными Штатами будет воспринят «очень, очень негативно» и может означать конец НАТО.
Договор о Европейском союзе обязывает страны ЕС прийти на помощь Дании в случае военной агрессии. И тут возникает интересная конструкция: коллективная безопасность ЕС – против коллективной безопасности НАТО. С учётом того, что из 27 стран Евросоюза только четыре не входят в альянс, ситуация выглядит, мягко говоря, необычно.
Тем временем в Вашингтоне предпочитают напоминать о прошлом. Спецпредставитель Дональда Трампа по Гренландии Джефф Лэндри напомнил Дании о «старом долге»: «История имеет значение. США защищали суверенитет Гренландии во время Второй мировой войны, пока Дания была не в состоянии это делать. А после войны Дания вновь оккупировала её, проигнорировав протокол ООН».
При этом Трамп уже успел вступить в заочную полемику с премьер-министром Гренландии Йенсом-Фредериком Нильсеном, который чётко заявил: остров выбирает Данию.
НИЛЬСЕН: Одно должно быть понятно всем. Гренландия не будет принадлежать США. Гренландия не будет управляться США. Гренландия не будет частью США. Мы выбираем ту Гренландию, которую знаем сегодня, – часть Королевства Дания.
Ответ Трампа был кратким и характерным.
ТРАМП: Я не знаю, кто он. Ничего о нём не знаю, но это станет для него большой проблемой.
Интересно, что на фоне этих заявлений внутри самого Запада звучат весьма разные голоса. Глава МИД Нидерландов Дэвид ван Вил, например, заявил, что не видит проблемы в покупке Гренландии Соединёнными Штатами.
Формально всё выглядит, как спор союзников. По сути – как наглядная иллюстрация новой американской модели глобализации, при которой стратегические территории рассматриваются не как партнёрство или совместное использование, а как объект владения. Трамп говорит о Гренландии именно в этом ключе – не об аренде и не о миссиях, а о контроле.
И тут многое действительно зависит от позиции Дании. Если Копенгаген в какой-то момент решит, что проще договориться, чем спорить, то ни европейская оборона, ни громкие заявления о конце НАТО могут просто не понадобиться.
Пока же Гренландия остаётся символом эпохи, в которой даже союзники всё чаще говорят друг с другом языком ультиматумов, а вопросы глобальной безопасности обсуждаются с таким же выражением лица, как сделки по покупке недвижимости. И в привычной для Трампа как бизнесмена и застройщика манере.