… Живи Толстой на полвека позже, узнай историю про жеребенка Василька - Васю, … что ж, он вполне мог бы лишиться покоя и «загореться» сюжетом еще одной повести. Или, наконец-то, «согреться» душой.
Ведь после ПЕЧАЛЬНО-ПЕЧАЛЬНОГО «Холстомера» - после "толстовской" повести о звезде и смерти одного из рысаков крепостного века девятнадцатого…
После, в веке двадцатом, советском, жизнь создала историю о другом орловском рысаке – Васильке.
И, несмотря на еще более трагические события, произошедшие с Васильком и со всеми вокруг, ведь тогда началась война, - его история СВЕТЛАЯ - СВЕТЛАЯ.
И СВЕТЛАЯ с первых же минут долгожданного рождения жеребенка Василька.
С первого луча, ворвавшегося в приоткрывшуюся дверь его теплого денника.
С желания встать и идти по лучу в большой мир, среди поднятых пылинок и запахов, под ласковое ржание лошадей и нежные слова вошедших людей: «Ма-а-а-ленький».
И потом - жеребенок рос, и день за днем таяли снега в раме все той же двери. И пришло лето, и игры их, жеребят, на душистом лугу, и с ними - мечты о длинной счастливой жизни и рекордах на ипподроме.
И вдруг грянула война.
Но жеребенок Василек среди бомб уцелел. И он жил - с тем же светом в душе и с опорой – с поддержкой большой семьи – и конной, и человеческой.
И у каждой эпохи, создающей свои - по жизни - нерукотворные сюжеты и дарящей их «под запись», на литературную "обработку" и осмысление, - всегда есть свои внимательные авторы…
Так в XIX веке Толстому рассказали, и в итоге у него родился сюжет о коне Холстомере…
И примерно так же в начале XXI века в Кузбассе появился рассказ «Сирота» - о жеребенке Васе, о людях и конях, о Великой Отечественной войне. И он был написан, в общем-то, «в стол». И пролежал на рабочем столе автора (не писателя – художника) Татьяны Бочаровой из Ленинска-Кузнецкого – в папке компьютерной 20 лет.
Но случай или судьба, а по мне, здесь точнее второе… Ведь интернет-нить судьбы перенесла рассказ «Сироту» за обычным телефонным разговором из Сибири в Петербург, к школьной подруге Татьяны. И история вдруг разошлась, и над нею радовались и плакали, и судьбой жеребенка интересовались и жили… И рассказ увидел худрук, режиссер театра-студии «Дуэт» Наталия Сидорова, и вскоре родился спектакль.
- И вот я уже «стою» между Пушкиным и Чеховым на афише театра, - подшучивала над собой Татьяна Бочарова. И по ее сияющим глазам было видно: рада, что история жеребенка живет, что людей Василёк волнует.
... Но давайте по порядку...Работа Татьяны над рассказом, принесшим в мир историю жеребенка Василька (а позже – по мотивам ее рассказа, премьеру в петербургском театре), начиналась со встречи с людьми, которые … жеребенка знали.
Нить судьбы. Уроки нежности. Васильковый хвостик. На бумаге и на сцене...
А где именно «познакомилась» с историей Василька, повторюсь, не писатель, а художник Татьяна Бочарова?
Под Кемеровом, в топкинском поселке Трещевском, на Кемеровском конном заводе.
Она дружит с людьми с конезавода давно, с советских времен, приезжая часто, зимой и летом.
Татьяна - художник-анималист, любит коней, пишет их истории в картинах. И сама – верхом, на лошади, с детства.
Но в 2005-м, задав вопрос Татьяне Столер, «начкону» конезавода, Заслуженному зоотехнику России, об истории Кемеровского конезавода, она впервые услышала, что в Великую Отечественную в Сибирь, «… и к нам», спасая уникальную российскую породу орловских рысаков от немцев, перевезли жеребцов и кобыл, в том числе жеребят.
И, собирая факт по крупицам, для задуманной картины, но в какой-то момент ее на время отложив, художник Татьяна ночью и написала рассказ «Сирота» с посвящением "Кемеровскому 131-му конезаводу, в войну принявшему эвакуированных лошадей орловского рысистого направления".
И на двух страницах мелкого компьютерного текста уместилась вся, тогда еще маленькая жизнь жеребенка Василька, начинавшаяся в канун войны в Центральной России, под Воронежем, на знаменитом ХреновскОм конезаводе.
«Василёк родился ночью, - приведу несколько фрагментов из рассказа Татьяны, в сокращении. - На конюшне было тихо. Пробежавшая по сену мышь испугала жеребёнка, и он попытался встать на ноги. Тонкие ножки разъезжались в стороны, и он покачивался, боясь сделать первый шаг…
Наутро посмотреть на родившегося у Веселухи жеребёнка пришли все работники конного завода. Чуткие уши Василька подслушали, что он – орловский рысак, его отец Смелый – самый резвый жеребец, его год рождения – 1941-й, а кличка – Василёк. Конюх Василий был доволен жеребёнком, но для порядка разворчался. Назвал того «никудышным», чтобы не сглазили, и, погладив, стал звать Тёзкой!...
В мае, когда солнышко по-летнему пригрело, лошади вышли на пастбище. Жеребята знакомились и выбирали себе друзей для игры в догоняшки. Первой к Васильку подошла Волшебница и, помахав кудрявым хвостиком, лягнула его, приглашая побегать. Заячьими прыжками к ним подскакал Разбег… Так они подружились. Василёк, Волшебница и Разбег.
К лету жеребята подросли и окрепли. Набегавшись, они втроём ложились на цветущей поляне и, вытянув уставшие ножки, мечтали о бегах: когда они, взрослые рысаки, будут обгонять друг друга на настоящем ипподроме».
Но уже шел июнь 1941-го… И о начавшейся войне лошади узнали вскоре, ночью. От конюха Василия, он, солдат, зашел к ним проститься.
И на смену мужчинам-конюхам, один за другим ушедшим на фронт, пришли женщины и дети. В том числе Тамара, жена конюха Василия, и их 12-летний сын "Василь Васильич".
… И именно «мирная» часть рассказа и стала позже главной в спектакле «Же-ребята» в Образцовом детско-юношеском драматическом театре-студии «Дуэт» Дворца детского (юношеского) творчества Московского района Петербурга. Его актеры – дети. И первыми зрителями «Же-ребят» (пишется так, через дефис) были "дети войны", "блокадники"…
- И, посмотрев его даже в четвертый раз, они говорят: это самое лучшее, что может быть о войне, … показано предвоенное время, то счастье, та отзывчивость удивительная людей, которые были сплочены одним делом. И все работали (в этой сфере – на конезаводе. – Авт.) на рождение таких жеребят. И холили их, и лелеяли, как собственных детей, - говорит Наталия Сидорова, худрук, режиссер. - Вот почему наш спектакль и называется «Же-ребята». И главная мысль спектакля: все живое ценно на земле, и нельзя разрушить гармонию человека и природы.
… И вот уже не раз прошел на сцене первый забег жеребят. И звучали слова про жеребенка: «А Василек-то наш первый прибежал!»
И были радость и счастье. И … вдруг звучал голос Левитана. И все замирали, слушая сообщение о войне, о нападении Германии на Советский Союз.
... Но история Василька на сцене этим не заканчивается. Спектакль соединил прошлое с настоящим. И нынешние дети, по сюжету спектакля, нашли книгу с записями о Васильке. И зритель узнал, что конезавод, где родился в 1941-м жеребенок Василек, и сейчас стоит на том же месте, и там так же трудятся, и так же радуются рождению жеребят потомки тех, кто работал и спасал лошадей во время войны…И зритель выдыхал: жеребенок Василек (тезка конюха Василия и сына конюха – "Василь Васильича") остался в войну жив.
... И после каждого спектакля зрители еще долго с нежностью вспоминают всех актеров-ребят. И особенно - тонконогого и тонкорукого мальчика в коричневом трико с пушистыми гривой и хвостиком в роли жеребенка Василька.
… И потому, что актеры – дети, и в зале – дети, нет на сцене взрывов войны. Взрослые зрители, особенно поколение «детей войны», и так помнят, как это было (и что остается за кадром спектакля про Василька): эвакуация, налёты самолетов с фашистской свастикой, бомбежка, дорога во спасение на восток.
… И вот как об этом сказано в самом рассказе Бочаровой... Фашисты рвались к Москве и к Волге, Дону. Лошадей с конезавода под постоянным обстрелом заводские мальчишки, заменившие отцов, довели до станции. Среди многих погибших на красном снегу осталась и мать жеребенка Василька. И потом...
«На станции… лошади боязливо шли мимо горящих вагонов, убитых женщин, детей, переступали через покорёженные рельсы и разбросанные шпалы.
На уцелевшие пути подогнали вагоны. Люди торопились и уговаривали лошадей, смотрели в посветлевшее небо.
К утру погрузку закончили. Мелом крупными буквами на вагонах написали: «Осторожно. Лошади».
Директор конезавода прошёл вдоль состава, и лошади, почуяв запах его нового полушубка и офицерской портупеи, поняли, что он пойдёт на войну, и что его они тоже никогда не увидят. Запрыгнув в вагон, он передал документы на лошадей тёте Тамаре и, утерев рукой нос Ваське, а потом и Васильку, спрыгнул в сугроб. Взял у часового мел и написал на вагоне: «Постарайтесь выжить Иван». Потом все вагоны закрыли, часовые запрыгнули на платформы с зенитками, и состав тронулся…
Ехали долго. В Сибирь… Василёк всю дорогу подходил к тёте Тамаре и спрашивал, толкая её в бок:
- Эта эвакуация закончится? А почему Буян остался на войне? Потому, что он простая лошадь? А Волшебница, Радуга, Разбег и мама, они никогда не вернутся с войны?
Добрая тётя Тамара ласкала (жеребенка. - Авт.) Василька и называла его сиротой. Также она называла и своего (сына. - Авт.) Ваську. Достав из кармана кусочек чёрного хлеба, Васька отдавал его Васильку и, обнимая за шею, называл его сиротой…».
И до пункта назначения - на восток - они ехали долго. Очень долго. Добрались зимой 1942-го.
Девчонки и лошади. Прапраправнуки Василька – чемпионы
… Кони осторожно ступали по настилу, оборачиваясь на обжитые за месяцы вагоны.
Их никто не торопил.
На разъезде Нацмен, недалеко от Кемерова ( от Топок), было безлюдно и тихо.
Встречавшие местные конюхи построили прибывших в эвакуацию на снежной дороге и, покрикивая тонкими голосами, показали лошадям, нам с вами – туда.
- Принимали этих лошадей на разъезде 15-летние девочки. Мальчики на других тяжелых работах были или, кто постарше, уже на войну ушли… Одна из тех девчонок, Ольга Дюкова, умерла всего несколько месяцев назад, и она рассказывала, как всё было, - вспоминает зоотехник Татьяна Столер.
… Эвакуированные лошади, пройдя от разъезда по снегу два километра, прибыв до места, осмотрели чистое поле.
- И их на улице сначала держали, в табунах. И девчонки их охраняли. Позже они стали конюхами. И Дюкова – конюхом, бригадиром. Молодые были, здоровые, спортивные… И раньше - все с лошадьми работали, кое-что умели, а чего не знали, учились быстро, - поясняет Татьяна Столер. – ...И конюшни для эвакуированных лошадей тогда построили очень быстро…
Не все лошади, прибывшие сюда, были с главного - с знаменитого ХреновскОго конезавода. Лошадей хреновскИх в эвакуацию везли всех вместе до Урала, потом – деля, везли на Курганский, Алтайский конезаводы… и дальше, двигая группы уже вперемешку с местными лошадьми.
- Сюда привезли, в основном, маточный состав. И жеребята были, да. Но жеребенка с кличкой Василек не было, - поясняет Татьяна Столер.
- Но с такой же сиротской историей, как в рассказе, приехавший малыш-жеребенок был?
- А почему нет? Ведь шла война…
- И из тех эвакуированных лошадей кто-то потом у нас после войны остался?
- Да. Современное поголовье – это их потомки, и они - чемпионы Сибири, России…
- Значит, среди них и прапраправнуки Василька.
… А какими наши края запомнил Василёк, пусть даже жеребенка и звали в жизни по-другому?… Татьяна Бочарова тоже знала Ольгу Дюкову и помнит ее рассказы и других очевидцев далекого 1942-го. И она их бережно пересказывает, как не только на местах, а вообще вся страна дорожила орловскими рысаками:
- Военные приезжали раз в месяц и чаще, они проверяли весь консостав. Выводили всех, вплоть до жеребят. И к выводке готовились: всех лошадей чистили, расчесывали, хоть зимой, хоть летом. И каждый из комиссии пройдет, платочком носовым проведет по шерсти, чтобы ни соринки, ни пылинки. Люди в комиссии были еще царской военной закалки и выучки, платочком проверяли чистоту лошадей.
Или до сих пор живы рассказы про первые испытания…, ведь, чтобы документы на лошадей заполнить, все породистые лошади должны проходить испытания на ипподроме…
- Так их в Новосибирск для этого, на ипподром, из Кузбасса гоняли. Неделю шли лошади рысью за телегами с провиантом для них и людей, километров по двадцать в день. «В телеге-то» (привязанные) много не пробежишь…
И они шли, беженцы-кони и их новые друзья.
И они, кони-орловцы, с интересом осматривали далекую от войны сибирскую степь в нарезке натруженных полей, за которыми – у горизонта, в морозном тумане стояла, спала ими еще не виданная вековая тайга.
И подросшие жеребята-орловцы слушали своих подросших конюхов с косичками, что непременно будет Победа, отстроятся заново города и конюшни, и светлое будущее для всех придет - со встречами, большими делами и радостью.
P.S. Спектакль «Же-ребята» в Петербурге, в Образцовом детско-юношеском драматическом театре-студии «Дуэт» шел с 2022 по 2025 годы включительно. «В его основе – прекрасный рассказ Татьяны Бочаровой, ... я написала инсценировку, - говорит Наталия Сидорова, художественный руководитель, режиссер театра-студии "Дуэт". – Спектакль уже завоевал много дипломов, лауреатство 1 степени, вышел на бис – лучший спектакль года… Сейчас спектакль мы на время приостановили – вырос наш «же-ребенок». Спектакль возобновим, когда «родится» новый «же-ребенок» (ребенок-актер для роли уже полюбившегося зрителям жеребенка Василька. – Авт.). Наши зрители много пишут об этом спектакле. Делятся размышлениями после просмотра и всегда сопереживают ему…»
Сибирячка Татьяна Бочарова, написавшая рассказ о жеребенке, по которому в Петербурге поставлен спектакль, его еще не видела. Но передала цветы, поблагодарив актеров-ребят и их педагогов.
P.P.S. Считается, наступивший 2026-й - Год Красной Огненной Лошади. «Красных лошадей не существует, к ним ближе гнедая (коричневый оттенок) и рыжая лошадь», - пояснила «КП» Татьяна Столер, 40 с лишним лет проработавшая с лошадьми на Кемеровском конном заводе, занимавшаяся их селекцией… Так что наступивший год – еще и год Василька, того замечательного жеребенка из военного 1942 года. Он был гнедым и много раз повторился в потомках.
СПРАВКА «КП»
Орловский рысак – это…
Скорость, красота и гордость России
Знаменитую породу вывел граф Алексей Орлов – Чесменский.
Его конезавод размещался под Воронежем, в селе ХреновОм.
Конезавод был основан в 1775-м на землях, пожалованных Екатериной II.
Зоотехником-самородком на конезаводе был крепостной Василий Шишкин. Он вместе с другими специалистами от скрещивания арабских, датских, голландских и английских чистокровных пород путем направленности отбора и тренинга получил орловскую породу лошадей, ставшую знаменитой на весь мир.
По еще информации Топкинского Исторического музея, в годы Великой Отечественной войны элитных лошадей из Центральной России эвакуировали в тыл – в основном, на Омский, Курганский, Алтайский конезаводы. Часть лошадей-орловцев в 1942-м прибыла под Кемерово, в Топкинский район. Под них на базе молмясосовхоза N170 и был создан конезавод, позже переименованный в Кемеровский конезавод N131.
По прибытию и дальше, по воспоминаниям очевидца - Ольги Дюковой, «…стало прибавляться и прибавляться потомство, только для маток было четыре конюшни, отдельно стояли жеребцы. За потомством мы ходили, как за детьми… Были бега на двух кругах, столько миру приезжало… С лошадьми ездили везде: и в Москву, и в Уфу, и в Красноярск. Где были заводы, туда и ездили. Были наши лошади и на фронтах».
Современный маточный (материнский) состав Кемеровского конного завода восходит к 14 основательницам с Курганского, ХреновскОго, Алтайского, Юргамышского, Прилепского и Лавровского конных заводов.
Из известнейших лучших орловских рысаков России – Колок, Кедр, Миндаль… - наши, кузбасские.
Сказано!
Василёк жил в Кузбассе? В Кургане? Спасенных в войну жеребят было много
Что пишут соцсети о спектакле «Же-ребята», поставленном на питерской сцене по рассказу сибирячки Татьяны Бочаровой...
«Спектакль «Же-ребята» - не просто повествование о жеребенке по имени Василек. История орловской породы, к счастью для России, не закончилась в далеком 1941 году. Много лошадей было мобилизовано в Красную армию, а элита породы, такие жеребята, как Василек, были эвакуированы в Курганскую область, где и находились до 1944 года. В 1944 году лошади вернулись в Бобровский район Воронежской области, где графом Орловым был создан Хреновской конезавод, который работает и сейчас. И, как в спектакле, неравнодушные работники не спят ночами, ожидая рождения жеребенка, следят за поведением своих питомцев. И местные ребятишки так же пробираются в конюшни, чтобы увидеть чудо – маленькую лошадь.. Спектакль - об истории и современности… Сыгран шумно, задорно, талантливо!» (Юрий Булгаков, 2024 год)
«За новорожденным неокрепшим жеребенком Васильком я наблюдала, затаив дыхание, с большой нежностью, умилением и теплотой. Я забыла, что я в театре, было полное ощущение, что я, действительно, вижу только что родившегося жеребца…» (Александра Мельникова, 2024 год).
«В конце спектакля стало ясно, что перед нами – творцы, способные на жертвенность во имя дела, во имя страны, во имя победы над злом. Слезы на глазах у зрителей. Спасибо». (Татьяна Павликова, 2025 год).
«Постановка произвела на нас неизгладимое впечатление. Прошло уже более 80 лет с момента действия, но объединяет персонажей одно – чувство ответственности за окружающих, свои поступки. И серьезные мысли таких маленьких, но взрослых в душе ребят». (Olga Shakhimardanova, 2025 год).
«Сегодня юные артисты превзошли все ожидания! Спектакль был просто великолепен. Зал от души хохотал и искренне плакал. Дети за этот год настолько выросли и повзрослели, что спектакль в их исполнении стал уже совсем по-взрослому пронзителен и ярок…» (Елена Белкина, 2025 год).
Еще было…
Про жеребенка, которого звали Мышонком
Случай из жизни Татьяны Бочаровой
В 1980-х Татьяна, художник, спасла умирающего коня. Увидела его, подброшенного, на одной из турбаз.
- Валялся без сил, глаза были белые – уже налет смерти, и он никого не подпускал... Его где-то угнали, насмерть загнали и бросили здесь, - вспоминает Татьяна Дмитриевна. - А стала я к нему приезжать. Кормила, поила с рук, рвала ему траву… И когда он встал на ноги, он, как меня видел, орал, как в сказке. И мы так подружились, что он никого, кроме меня, не подпускал. И стряхивал всех, кроме меня.
Она назвала его, за темно-серый цвет шерсти, Мышонком. А еще называла Цирковым. Конь был очень умным. И любил игры, в том числе в мяч. Легко запоминал разные трюки.
Особенно любил соревноваться с машинами.
- Вдоль дороги шли кусты. Мы вставали с ним там, у трассы, и ждали машину легковую, чтобы ее обогнать. Появлялась машина, равнялась с нами и все, наш старт. Мы – вперед, и мы - впереди. Мышонок еще на машину оглядывался, и я его хвалила… И водители вскоре нас запомнили, молва о соревнованиях железных коней с настоящим конем разошлась по округе. И как мы с конем появлялись у трассы и начинали состязаться с машинами… И водители старались нас победить, поднажав. Но и мы тоже старались. Так что Мышонок всегда победно оглядывался…
А еще они, друзья, любили такую игру. Неслись по лугу, и если из травы поднималась птица, и Татьяна в азарте с седла нагибалась – вот-вот схватит птицу за хвост, то конь ... траекторию свою с вероятной траекторией взлета птицы точно всегда корректировал. И с интересом потом поворачивал голову, "спрашивал": «Ну как, поймала? Показывай!» Но это была все-таки игра, ни одной птицы они ни разу не поймали, в последний миг давали взлететь. Но было от ожидания и от бешеной скорости весело.
И о том, что конь Мышонок от рождения – сирота, Татьяна, не знавшая его истории, догадалась, узнала случайно. Они ехали как-то весной по лесу. Увидели привязанные к березам, к надрезам бутылки – люди собирали березовый сок.
- Я взяла на ходу бутылку, попить. А он голову вывернул, прося, и я сначала не поняла, потом до меня дошло, ему тоже надо. Дала, он из бутылки напился… И так и стало понятно, в человеческих руках вырос, его, маленьким, выходили в семье конюха, ребятишки конюха поили жеребенка из соски.
Дружили конь Мышонок и художник Татьяна долго. Потом она уезжала на год, перед отъездом коня передала в деревню, в табун…
Конь Мышонок прожил по лошадиным срокам долгую хорошую жизнь. С годами стал с белой (седой) гривой, с белым (седым) хвостом. И большой табун, принявший когда-то его в семью, тоже с годами сменил цвет – на цвет Мышонка.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru