КАК ПОПАСТЬ В ЭЛИТУ
Напротив меня сидит бородач в камуфляже. Голова модно обрита. Здоровяк, но хромой: у него одна нога короче другой - последствия тяжелого ранения, но он еще надеется побегать в штурме и ждет операцию.
Это «Классик» - заместитель комбата разведывательно-штурмовой бригады «Волки».
«Классик» рассказывает мне свою историю.
46 лет. Родился в Москве. Из семьи военных, и сам мечтал служить. Занимался парашютным спортом в клубе «Аэроклассика» (отсюда и позывной). А еще - единоборствами, стрельбой, ходил в зимние походы, пауэрлифтингом (был чемпионом России, дважды - чемпионом Европы, стал третьим на чемпионате мира).
Работал в охранной структуре, параллельно тренировал, но когда объявили частичную мобилизацию, проблема выбора даже не стояла. «Классик» оказался в отряде «Волки» (тогда это был еще отряд). Туда брали только по рекомендации.
«Волки» на СВО с самого начала - воевали на Киевском направлении, стояли в 8 (!) километрах от украинской столицы.
За время боевых действий из крошечного, но очень специального отряда «Волки» выросли до разведывательно-штурмовой бригады.
ВАЖНЫЙ УРОК
- Мне дали только название деревни, где располагался отряд, - вспоминает «Классик». - Сказали: «Если не дурак, найдешь».
Нужный дом он нашел по флагу с изображением летучей мыши за забором. Это было просто. «Классика» назначили пулеметчиком. Кому же еще таскать здоровенный пулемет с лентами, как не качку-спортсмену?
Вспоминает один из первых боевых выходов: был серьезный замес, много раненых. У одного из них началась паника, он кричал: «Выносите меня! Я умру!» Но выносить было нельзя - подверглись бы опасности остальные. Тогда группа разделилась: одни считали, что нужно нести, другие требовали дождаться ночи. Споры прервал командир группы: «Выносить по серому» (то есть на закате).
Для «Классика» это был важный урок - только что на его глазах командир принял на себя ответственность за жизнь человека.
СТЫДНО НЕ ИДТИ
На войне часто встают моральные дилеммы: правда солдата и командира различаются. Первый не знает всей обстановки, а у последнего нет времени объяснять. «Классик» старается объяснить подчиненным задачу - почему нужно сделать и почему именно сейчас.
Он честно признается, что, когда был рядовым пулеметчиком, особенно в начале службы, у него появлялись плохие мысли, когда сидели в окопах, когда дождь шел неделю - было обидно, что он, взрослый, состоявшийся мужик, а его хотят уморить в окопах… Но когда стал командиром группы, даже мыслил иначе - есть задача, нужно выполнить.
- Если в группе появляется человек, который говорит: «Мы все здесь пушечное мясо, мы элита, а нас отправили в окопы»… Через три дня больше половины будут считать так же. Таких нужно сразу осекать, выгонять, воспитывать, - говорит «Классик».
Был случай, когда сделать правильный выбор казалось невозможно. «Классика» только назначили командиром роты, сражались на Соледарском направлении, смежники не удержали фланг, и противник проник в нашу систему траншей. Нужно было срочно отбить этот участок, иначе катастрофа. Но с кем идти? Часть подразделения ранена, часть не обстреляна (только из учебки) - подобраться незаметно не получится. Как ни прикидывай, будут потери. А если медлить, копить силы, то к противнику подойдет подкрепление…
Послать парней на смертельно опасный штурм, отсиживаясь в блиндаже, «Классик» не мог. Пошел сам.
ПОЧТИ НАША ТРАНШЕЯ
«Классик» расставил бойцов, отдал приказы. Пошли вперед, но началась такая канонада, что даже рацию не услышишь. Парни падали под выстрелами врага, но все же сумели прорваться и заскочить в его траншеи.
Вот уже из окопов начали выскакивать фигуры с синими повязками и бежать прочь. Но по рации сообщили: к противнику идет подкрепление - 2 БМП и 20 десантников. Нужно скорее закрепляться. За 12 метров до траншеи рядом с ним упала граната… В первый момент он ничего не почувствовал - чудеса, вроде взорвалась рядом, а не зацепило! Попытался встать, но оказалось, кость перебило не осколком, а крутящейся пулей.
«Классик» сообщил по рации, что он 300, и отдал последний приказ: заходить второй группе. Но та не зашла - растерялась без опытного командира. Позицию удержать не удалось. Ее отбили только на третьи сутки.
Когда выползал, раненая нога болталась, цеплялась за ветки. Хотел даже отрезать ее ножом, чтобы не мешала, но удержался. Спасибо парням, которые тащили его - 90-килограммового бугая - под обстрелом. Тоже два офицера.
КАК ЖИТЬ ПОТОМ?
На войне умирать не хочется, но чувствовать себя трусом еще хуже. В тот страшный замес, когда «Классик» еще был пулеметчиком, каждый из парней вел себя по-разному: один раненый ныл: «Вынесите, а то умру»; другой - с оторванной ногой - попросил сигарету, на локтях подполз к столбу, прислонился к нему, взял автомат и сказал: «Пацаны, не обращайте на меня внимания, я свой сектор держу»; третий, с позывным «Гарпун», отжал усики гранаты, готовый подорваться, но не сдаться в плен.
Их зажимали с двух сторон, связь не работала, боеприпасы были на исходе. «Классик», говорит, тогда запаниковал. Это в теории все просто: вырываешь чеку и засовываешь гранату под бронежилет. А попробуй сделай!
Однажды пришлось выносить раненого командира разведчиков: зима, деревья без листьев, все как на ладони. Командиру группы эвакуации требовался доброволец. Нести 800 метров по открытому полю. А тропа узкая, вся под минометным огнем. Бойцы потупили глаза. Иди пройди! «Классик» тоже потупил - это его первый выход.
А «Гарпун» - невысокий пожилой коммунист с Алтайского края - был у пулеметчика «Классика» вторым номером, «Василия Теркина» наизусть читал. И вот он говорит: «Я пойду». У «Классика» перехватило дыхание: неужели он, богатырь-спортсмен, струсит? И как жить потом? Отдал «Гарпуну» пулемет и взялся за носилки. Позже он узнал, что за этот выход его наградили медалью «За отвагу». Но до сих пор считает, что эта медаль - заслуга «Гарпуна».
ВМЕСТЕ С ПАРНЯМИ
После ранения и инвалидности решил вернуться в отряд. Хотя бы на пару месяцев. Хотя бы при штабе.
- Спасибо комбригу, что взял меня, - говорит «Классик». - И вот я здесь уже 14 месяцев. С женой даже поругались, она сказала: «Либо я, либо служба». Полторы недели не общались. А потом позвонила и говорит: «Устала жить без мужа. Переезжаю к тебе поближе».
Теперь «Классик» ждет операцию, надеется на отпуск, чтобы перевезти жену поближе к части, и рвется на передовую, хотя понимает, что с 19 спицами в негнущейся ноге он скорее обуза парням, чем поддержка. Один раз уже выбрался - два месяца уговаривал комбрига:
- Я такой счастливый был! Три недели жил на «полке» (в лесополосе. - Ред.), на своей старой позиции. Ее еще в тот раз назвали в честь меня - «Классик». Дежурил там с ребятами на ретрансляторе, следил за вражескими «птицами». Там и прилеты были, и «полку» нашу поджигали, и камикадзе прилетали - дня не проходило. И вот там я был счастлив! Там самая честная жизнь.
Сейчас «Классик» ходит без костылей. Да, в три раза медленнее, чем раньше. Да, на обезболивающих. Зато сам.
Комбриг ему говорит: «Дурачество. Мальчишка. Ерундой занимаешься». Жена-психолог считает: «Это травмы детства». А для «Классика» важно быть с парнями. Видеть их, и чтобы его видели. Сидеть с ними за одним столом на равных. Парни видят и говорят: «Ну, «Классик», респект!»
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru