Еще вчера – лазурная гладь Абу-Даби, тишина пятизвездочного отеля на острове Саадият, внучка за руку и дочь рядом. А сегодня – московская сцена, знакомый запах кулис, плотный свет софитов и камер, фиксирующих каждый жест.
Лариса Долина вернулась в Россию и сразу вышла к публике, приняв участие в съемке концерта «Своя колея», посвященного памяти Владимира Высоцкого. Возвращение получилось эффектным, но спокойным оно точно не стало. Потому что за сценой – совсем другая музыка, более резкая и тревожная.
Сцена как точка опоры
В своем Telegram-канале Долина показала короткий фрагмент съемок в театре «Градский холл». Камера ловит момент – она стоит рядом с коллегами, поет, чуть наклонив голову, как будто вслушивается не только в музыку, но и в себя. Для артистки с сорокалетним стажем сцена давно стала чем-то большим, чем работа. Это место, где можно выдохнуть, где не спрашивают лишнего и не требуют отчетов.
«Своя колея» – проект особенный, камерный, с подтекстом и памятью. Здесь не про блеск, а про судьбы. И появление Долиной на этой сцене многие восприняли как знак – она по-прежнему в строю, несмотря на все разговоры вокруг ее имени. В кулуарах, как водится, шептались: мол, вернулась не просто так, захотела напомнить о себе, показать, что никуда не исчезла. А может, просто соскучилась по залу, который слушает, затаив дыхание.
«Устроилась хорошо» – и точка
После концерта журналисты, конечно, не удержались от вопросов. Где живет, как обустроилась после громкой истории с выселением из московской квартиры, что дальше.
Ответ был коротким, Лариса Долина себе не изменяет и опять недружелюбно ответила, как отрезала: «Устроилась хорошо».
Без адресов, улыбок, без деталей, без лишних слов. И эта краткость сказала больше, чем длинные объяснения.
Ранее Лариса Александровна рассказывала, что предпочитает не выносить личное на публику. В ее голосе не было ни жалобы, ни оправданий. Скорее усталость человека, который слишком долго находится под увеличительным стеклом. И тут хочется спросить читателя напрямую – а разве она обязана отчитываться за каждый квадратный метр своей жизни.
Пруд раздора – когда природа стала аргументом
Пока на сцене звучат песни Высоцкого, за пределами зала разворачивается история куда более приземленная. В подмосковном поселке Славино, где у Ларисы Долиной огромный дом, возникли серьезные проблемы с самодельным прудом, который, был вырыт в защищенной прибрежной полосе ручья, на земле общего пользования. Площадь водоема – около 230 квадратных метров, и теперь надзорные органы требуют рекультивации.
Инициатором разбирательства стал саратовский бизнесмен Глеб Рыськов, человек с репутацией непримиримого борца за законность. В разговоре с журналистами он объяснил свою позицию без обиняков:
«Земля общего пользования не может находиться в частной собственности. Никаких лазеек здесь быть не может».
Проверки начались, и 20 января было вынесено постановление – пруд необходимо рекультивировать.
Дорого, долго и без сантиментов
Самое болезненное в этой истории – цена вопроса. По подсчетам экспертов, рекультивация может обойтись примерно в 50 миллионов рублей. Рыськов утверждает, что просто засыпать котлован нельзя, это ударит по экосистеме. Придется удалять воду, живность, восстанавливать слои почвы, нанимать рабочих, тратить время и деньги.
«Да, квартиры у нее уже нет, но деньги есть», – заявил предприниматель, не скрывая иронии. Он же напомнил про недавний отдых певицы в Абу-Даби, заметив, что выбор зарубежного курорта вместо, например, отечественного Байкала выглядит, мягко говоря, странно.
Эти слова уже разлетелись по соцсетям, вызывая бурные споры. Одни пожимают плечами – мол, каждый отдыхает как хочет. Другие качают головой – слишком уж контрастно смотрятся роскошные каникулы и разговоры о том, что еще недавно сама Долина в эфире Первого канала плакала о том, что у нее нет денег.
История повторяется?
Для внимательного наблюдателя эта ситуация выглядит как часть большего пазла. Долина уже не первый раз оказывается в центре имущественных скандалов, и каждый из них болезненно бьет по репутации. Вспоминают и историю с московской квартирой, и давние конфликты с репортерами, и жесткие высказывания артистки, которые когда-то вызывали волну критики. Но при этом нельзя отрицать очевидное – она всегда возвращалась на сцену, будто говоря: все остальное вторично.
И вот снова – сцена как убежище, аплодисменты как лекарство, и молчание там, где другие устраивают пресс-конференции.
«Устроилась хорошо» – фраза, за которой, возможно, скрывается целая глава жизни, о которой мы никогда не узнаем.
"Она смеялась и курила кальян": очевидцы рассказали, как Лариса Долина отреагировала на выселение из квартиры ЧИТАТЬ ТУТ
Итог без финальной точки
Возвращение Ларисы Долиной получилось многослойным и громким, как хороший спектакль. На поверхности – концерт, песни, знакомый голос.
Чуть глубже – вопросы о жилье, деньгах и границах личного пространства.
А еще глубже – извечный конфликт между публичной фигурой и частной жизнью, где каждый шаг становится поводом для обсуждения.
Чем закончится история с прудом, покажет время. Заплатит ли певица десятки миллионов или сумеет оспорить решение – интрига сохраняется. А пока Долина делает то, что умеет лучше всего, выходит к зрителю и поет, словно говоря без слов: моя колея – здесь.
А вы как считаете, читатель, где проходит граница между законом, личным выбором и правом на тишину. Делитесь своим мнением в комментариях, спорьте, соглашайтесь или возражайте.
Подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить продолжение этой истории, потому что в биографии Ларисы Долиной паузы редко бывают долгими.