Всех со Старым Новым Годом!
В своём первом "выпуске" я рассказал о любимой кружке для чая. За год произошла вынужденная рокировка - теперь я пью из неё также и кофе, ибо кофейную кружку триумфально раскокали.
Но не суть. Лишь напомню, что принт у неё - окна многоэтажки, кстати, исторического здания. Об окнах и зайдёт речь.
Мои пейзажи - не океанические пляжи или морское безбрежье; не горные вершины или щетина хвойных лесов; не раскалённые пески, слепящие снежные равнины, влажные и удушающие джунгли.
Мой пейзаж - вечерний город и тысячи светящихся окон неразличимых в темноте домов. Это из детства, в котором не было деревни, лугов, полей и вышеперечисленного. А были большие города и долгие дороги домой.
Потому и люблю зиму - темнеет рано. Утром не то. Сам занят, другие спешат, светящиеся окна скоро погаснут до возвращения хозяев. А вечером - магия. Окна горят до самого сна. Их значительно больше и никто в них не суетится.
Скажу банальность, которой уже очень много лет. В каждом окне, как в клеточке арифметического листа - своя жизнь. Причём я не собираюсь грязнуть в трясине философских рассуждений о том, что это всё судьбы, поступки, биографии...
Мне хватает осознания, что это люди. Они все вместе, но и бесконечно отдалены друг от друга. Вот хотя бы только две соседние клеточки. В левой - вся семья сидит за столом и ужинает. В правой - лишь мерцание телевизора. Кто-то, возможно, один, на диване. Уже заснул и вот-вот прольёт пиво ослабевшей рукой. И телевизор, скорее всего, в "немом" режиме. И это только две клеточки.
А в остальных - варят пельмени, делают уроки, смотрят новости, читают в тишине книгу, громко слушают музыку, ссорятся и прижимаются друг к другу. Конечно, всё это - романтика в мягком переплёте. Но мне от этого тепло, пока зябну в автобусе или подобном, добираясь до дома, чтобы зажечь свою клеточку.
Мы разрозненны и объединены одновременно. Соты в улье? Быть может. Не тянет меня сейчас на аллегории. Силюсь вспомнить, когда это очарование началось. Хочется верить, что при одном из возвращений из детского сада. Кто-то из родителей одел меня, обездвижил и посадил в санки, слегка помяв. Я еду, не решаю абсолютно ничего. Даже когда нос от снежинок и мороза чешется. Алюминиевые полозья скрипят по утрамбованному снегу тротуара. Шею сковал воротник и шарф, и смотреть я могу только вверх и чуть в сторону. Темень, контуры домов, яркие квадратики...
Это сейчас я в России, вот уже полтора года. Но и живя в Берлине, мне быстро наскучили "старые" кварталы с довоенными зданиями и тесными "уютными" улочками. Меня и там всегда тянуло на северо-восток, на просторы Марцана и Хоэншёйнхаузэна, исполосованных железнодорожными полотнами и мостами, щедро утыканных высокоэтажками. Вид с моста на светящийся в зимней вечерней мгле горизонт спальных районов.
В "пинтересте" существует великолепная рубрика, "эстетика грустных городов". Чтобы прочувствовать описанное, будьте добры - забейте это название в поисковик. И всё, что ночью и панорамно - прям в меня.
Я ничего тырить оттуда не буду, из уважения к авторам. Хотя... Ладно, одну единственную. Для сути вопроса:
И прикреплю собственное фото, с балкона, январь, три часа утра:
А знаете, какой квинтэссенциальный кадр утвердил мой фэйбл к вечерним окнам? Картина Альфреда Хитчкока "Rear Window" 1954го года, с Грейс Келли и Джеймсом Стюартом в главных ролях. Впервые я увидел её лет двадцать назад. Пересматриваю ежегодно. Очень пьесовая вещь. Даже декорации практически не меняются. Главная кулиса - задний двор, своеобразный паноптикум, где все жильцы дома как на ладони. И в каждом окне - своя история.
Вот два снимка с одного ракурса - утром и вечером. По середине - выход на оживлённую улицу, с фонарями, витринами, автомобилями, клаксонами. Эта деталь лишь подчёркивает уют данного анклава личной жизни в гуще событий огромного города:
А вот ночная экспозиция. В освещённой застеклённой мансарде справа мы можем разглядеть самого маэстро - Хитчкока:
Закруглюсь миниатюрной галереей киноафиш к произведению:
Короче, к чему я это всё. Любимая жена, зная о моём неравнодушии, подарила мне вот этот шедевральный шарф:
У него, разумеется, есть собственная история, которую жена поведовала бы многим грамотнее и увлекательнее, нежели я. Потому просто выражу свой восторг подарку.
И захотелось налить чаю в любимую кружку и послушать музыку. Впрочем, многие это и музыкой не считают, эту монотонность, в которой кроется звучание строгих архитектурных и электротехнических чертежей. Это даб-техно. Атмосфера для созерцания ночного города с железнодорожного моста или сквозь окно мчащейся электрички: