В эту дивную летнюю, немного прохладную ночь, проведенную в мягких объятиях чарующей, девственной матери природы, Сергею Петровичу спалось очень дурно и тревожно. Сон постоянно прерывался, был поверхностен, отчасти нервозен и без глубоких душевных погружений в бездонную сладкую фантасмагорию. Местами его мучали кошмары, и в эти ужасные моменты народный избранник издавал жалостные крики и нещадно пинал ногой своего соседа губернатора, оглушительный храп которого только добавлял остроты и трагичности. Отсутствие мягких постельных принадлежностей, да и кровати как таковой дополняло складывающийся сюжет и способствовало дурным сновидениям нашего героя. Вторым по очередности, но первым по значимости фактором являлось отсутствие горячительного, без которого у народного любимца в последнее время не обходился ни один поход в царство Морфея. Как мы помним, волшебный эликсир Федора был опрометчиво оставлен его счастливому хозяину вследствие начатой спасательной операции.
Было раннее утро, пели птицы и колыхалась листва от прикосновения нежного и легкого ветерка, когда Сергей Петрович громко, протяжно вскрикнул, как это делает божественное тело перед вознесением на небеса. В этот момент ему привиделся очередной кошмар. Почему-то облаченный в форму красногвардейца, с перевязанной головой, родной племянник Михаил что есть силы кричал через грохочущие рядом разрывы снарядов и мин, что предвыборное турне идет совершенно не по запланированному сценарию. Сергей Петрович внимательно слушал доклад верного помощника и лицезрел одновременно в подзорную трубу атакующего противника. Во главе армии неприятеля на боевом коне лихо гарцевал Юрий Евгеньевич Хамов собственной персоной, который ехидно и зло щурился под лучами яркого солнца и отдавал жестами команды своим подчиненным. Заприметив народного любимца, он прокричал:
– Даешь Беломорканал!!! – после чего взмахнул шашкой, пришпорил гнедую лошадь и устремился на взятие бастиона вместе с народным избранником. – Просыпайся, боров! Просыпайся, кабан! Просыпайся! – кричал Хамов свирепо, отчего Сергея Петровича бросало в холодный пот и одновременно в жар.
Казнокрадов попытался убежать, но ноги не слушались его, и движения становились ватными и безжизненными.
– Ха-ха-ха! – продолжал свирепствовать отставной полковник. – Не уйдешь, сальный выродок! Просыпайся!
Всадник практически достиг убежища народного любимца и замахнулся шашкой над головой бедного государева слуги.
– А-а-а-а! А-а-а-а! – Сергей Петрович закричал и попытался закрыть руками свое драгоценное лицо.
Град ударов обрушился на несчастного народного избранника, но не ожидаемые рубящие и колющие, а мягкие толчки в бок и пощечины.
– Просыпайтесь! Ну просыпайтесь же, господи… Сергей Петрович, просыпайтесь!
Московский гость открыл глаза и увидел склонившегося над ним взволнованного и бледного, как мел, губернатора, который отчаянно хлестал по депутатским щекам и дышал заплесневелым, ядреным перегаром.
– Ну наконец-то! – лицо Гуся посветлело, он прослезился. – Наконец-то, – сглатывая слезы, трогательно продублировал он. – Боялся, что все… дальше конец! Одному придется! Продолжать путь! – причитал сбивчиво глава области, при этом продолжая машинально отвешивать оплеухи.
– Что происходит?! – поинтересовался народный любимец у взволнованного губернатора, при этом стараясь увернуться от пощечин, которыми его одаривал вошедший в кураж Гусь. – Перестаньте, хватит! Да хватит уже!
Иван Иванович остановился и замер в нерешительном ожидании, но спустя пару секунд осторожно шлепнул Казнокрадова по носу и вопросительно уставился на него, по-видимому, желая удостовериться в абсолютной жизнеспособности московского гостя.
Какое-то время они молча разглядывали друг друга, не решаясь нарушить утренний покой. На пятой минуте народный избранник не выдержал:
– Что вы так смотрите на меня, как пожизненно закредитованный простолюдин?!
– Простолюдин? Закредитованный? – Гусь попытался понять смысл услышанного вопросительного предложения. – Зачем? Ничего не понимаю…
– Нищеброд, погрязший в финансовых долгах, которые переходят от отца к сыну, от сына к внуку и так далее!
– И-и-и?! Зачем к сыну?! – все еще боролся с разумом глава региона. – И при чем тут отец?!
– Вот и я не понимаю, что вы так пырите на меня своими очами, дорогой мой Иван Иванович?!
– Так если нет финансирования, я прикажу увеличить! Дать денег народу! Всем!..
– Вы с ума сошли?! – Сергей Петрович живо подскочил, словно гигантский надувной мячик. – Да придите же в себя, любезнейший мой! – Казнокрадов даже притопнул гулко и грозно от негодования. – Вы бы еще начали исполнять ежегодные январские наказы от «первого»!
– Вот точно… Бес попутал! – Иван Иванович встряхнул черепушкой и вышел из ступора. – Испугался очень, Сергей Петрович, за вас! Вы же всю ночь ворочались, кричали, стонали… А под утро бац… и затаились! Я к вам! А вы не дышите! Я не знаю, что делать… Бегаю, кричу: «Ау-ау-ау!..» Никого нет! Вот и начал вас к жизни возвращать! Пришлось по щекам, да дыхание искусственное…
– Можно сказать, породнились?!
– Ну что вы?! – Гусь покрылся стыдливым румянцем. – Я же на благо государства и ради вас! Думал, что почил наш уважаемый Сергей Петрович…
– Не дождетесь! – радостно продекламировал народный любимец. – Но сон вещий и впрямь был. Очень явственный, я бы сказал… Плохо дело. Возвращаться нам надо скорее, уважаемый Иван Иванович!. Чувствую, что намечаются серьезные передвижки.
– Да я разве против?! – губернатор развел руками. – Только куда идти-то нам?! Везде лес да болота. Будут, наверное, впереди… – нерешительно добавил он.
– Что вы за управленец такой, если мест своих не знаете?! – с риторическим упреком обратился Казнокрадов к главе области.
– Я губернатор, а не лесник! – парировал достойно и с нотками пафоса Гусь.
– Ну а где же ваши лесничества?! Куда делись хозяйства и угодья?!
– Да откуда я помню?! – Иван Иванович на секунду призадумался. – Наверное, в первую или во вторую волну «оптимизировались». Не упомню уже. Содержать было расточительно, вот и пришлось объединить их с соседними угодьями. По одному лесному хозяйству на две области. Да и мешали они, если честно… Только договоры пошли выгодные на вырубку и экспорт леса, супруга только-только первые успешные шаги в бизнесе начинала делать, а тут… – Гусь отрешенно махнул рукой.
– В банковскую сферу надо вкладываться! – авторитетно бросил Сергей Петрович. – Мой сосед думский справа по креслу который год подряд акции кредитных крупных контор приобретает. Выгодное вложение! Кредиты будут всегда!
– Ну не знаю… У нас мэр владеет микрофинансовыми учреждениями. Займы – это его поле деятельности.
– Национализировать! – Сергей Петрович рассмеялся. – Забрать к чертовой матери и передать в надежное управление! Ха-ха-ха! Как сказал бы товарищ Хамов! Помяни черта в недобрый час! Однако, милейший Иван Иванович, нам надо выбираться отсюда.
– Выбираться значит выбираться! Но прежний вопрос остается без ответа – куда идти?
– По сторонам света пойдем! – со знанием дела рационализаторски предложил народный избранник. – Где у нас север, где запад и юг?! – Сергей Петрович одарил губернатора взглядом экзаменатора. – Понял, не отвечайте! Вы же не географ! Это риторический вопрос!
Гусь с обидой посмотрел на народного любимца.
– А вы, можно подумать, знакомы со сторонами света и с расположением звезд!
– Представьте себе, уважаемый мой, представьте! В юности доводилось ходить в походы! Эх… студенческие годы! – Сергей Петрович расплылся в воспоминаниях. – Беспечные годы! Впрочем, смотрите… Компаса и телефона, как мы знаем, у вас нет!
– У вас, между прочим, тоже! – ехидно заметил областной глава.
– Не перебивайте, любезнейший Иван Иванович! Продолжим! Вот… – Казнокрадов подошел к большому пушистому дереву. – Смотрите! – он указал рукой на муравейник. – Видите, он расположен с этой стороны дерева?! Значит, это юг! А мох на коре – это север!
– Потрясающе! – саркастически поддел Гусь. – Теперь только осталось узнать, как нам это пригодится!
– Я хоть что-то предлагаю, дорогой мой! А от вас пользы, как от того тигра, который вон на том дальнем холме! – Народный избранник воодушевленно продолжил: – Богата, эх, красива мать-природа своим зверьем-с!
– Какой тигр, Сергей Петрович?! – губернатор недоверчиво посмотрел на народного любимца. – У нас в области отродясь не водились такие кошки! Вы что, заговариваться стали?!
– Да вот же, полюбуйтесь сами! – Сергей Петрович кивком указал в сторону полосатого хищника. – Вот он!
Гусь перевел взгляд по указанному народным избранником пути и…
– Шутки у вас, дорогой Сергей Петрович, идиотские!
Казнокрадов стал пристально всматриваться на высокую сопку и зеленые заросли, где минуту назад стояло полосатое животное.
– Что за напасть? Но я же и правда видел тигра!
– Да хватит, дорогой Сергей Петрович! Затянулась шутка, – Иван Иванович покачал досадно головой. – А я почти купился! Пойдемте искать, первопроходец земель вы наших, открытые заново стороны света и очаги цивилизации!
После сказанных слов два отважных и неунывающих государственных мужа,не спеша посеменили в сторону обнаруженного ранее муравейника, указывающего на юг.
– А тигр все равно был! – с упрямством пробубнил тихо-тихо народный избранник, чтобы не услышал глава региона, но через секунду засомневался в своих расчетах и утверждениях. – А может, не был?!
Так, не спеша обойдя южное направление и прилегающую местность, упрямые путники осилили выбранный маршрут, протоптали огромную петлю, ну а к вечеру благополучно вернулись к месту отправления. Голодные и злые, наши герои обреченно смотрели на клятый вслух муравейник и старались сохранить остатки толерантности и человеколюбия по отношению друг к другу. Злополучное жилье термитов также осталось нетронутым, и только хитрая хищная кошка, притаившись, наблюдала сквозь буйные заросли за будущим лакомством.