Как много было и есть разговоров о заблокированных ЗВР России. Главный упрек состоит в том, что наше финансовое и политическое руководство «прошляпило» национальные резервы перед началом СВО. Попробуем разобраться: так ли это на самом деле?
Что точно известно: ЗВР России, находящиеся в расчетных центрах, банках различных стран, были заблокированы в конце февраля 2022 года. Никого из ЦБ, правительства публично не обвинили и не наказали за допущенный «просчет» в управлении ЗВР.
Что известно примерно: их величина по разным источникам составляет 260–300 млрд долларов. Точные данные никто не приводит, они засекречены, к тому же оценочная стоимость в долларах США может меняться вместе с курсовой разницей. Портфель резервов ЦБ России на начало 2022 года включал:
- иностранных государственных облигаций почти 40%;
- около 9% — это инвестиции в бумаги частных компаний и международных организаций;
- более 30% резервов валютные счета и депозиты в зарубежных банках;
- остальные проценты приходились на физическое золото и наличную валюту, хранящиеся на территории России.
Что не известно: почему не смотря на публичные, официальные объяснения произошедшему от ЦБ 25.03.2022 г. эта тема несколько лет постоянно и многократно муссировалась?
Это вводная часть, что послужит основой для нашего обсуждения. Несмотря на разъяснения ЦБ, проведем еще раз исследование по данному вопросу.
Правильно ли было выбрано место хранения для каждого финансового инструмента?
Поищем ответ на этот вопрос по всем статьям резервов:
- иностранные государственные облигации
- инвестиции в бумаги частных компаний и международных организаций;
- средства на валютных счетах в зарубежных банках;
Несколько оговорок: ЦБ не может остановить прием в национальные ЗВР дохода от внешнеэкономической деятельности – обязан принимать и управлять ими. И 5-е место в мире по размеру резервов не позволяет легко размещать так, чтобы они не обесценивались, приносили доход, были ликвидными, не исчезли в случае кризиса, выполняли свои обеспечительные и прочие функции ЗВР страны. Данные условия ограничивают возможности безопасного вложения значительных по своим размерам валютных средств только активами экономически высокоразвитых стран. Вливание сотен миллиардов долларов в недостаточный по своей емкости актив вызовет спекулятивный взрывной рост его стоимости с последующим падением и получением убытков – как разместить, так и изъять без крупных потерь большие суммы можно только из ограниченного числа финансовых инструментов. Что из этого следует – а то, что часть ЗВР России неизбежно должна была оказаться под санкциями в недружественных странах по той причине, что государственные облигации, ценные бумаги частных и международных организаций физически невозможно вывести из-под такого удара. Они хранятся в стране-эмитенте, а иностранный инвестор (наш ЦБ в данном случае) имеет на руках лишь депозитарные расписки, подтверждающие право владения.
Вот почему первые две статьи из нашего портфеля резервов заблокированы в Euroclear и в других подобных компаниях – депозитариях ценных бумаг, операционных центрах долговых инструментов. Вы можете мне сказать, что следовало продать их во избежание неприятностей и выйти в кэш. Поэтому далее рассмотрим, что не так со средствами на валютных счетах – третьей статьей резервов. А ситуация с ними точь-в-точь как с депозитарными расписками: если валюта находится в безналичной форме, то в ЦБ (как в главном расчетном банке страны) она всегда отражается на корреспондентских счетах в иностранных банках. Проще говоря, это означает, что ЦБ владеет правом собственности на валюту, хранящуюся в безналичной форме на корсчете конкретного иностранного банка. С наличной валютой такой проблемы нет, зато есть множество других – с перевозкой, хранением, износом, отсутствием дохода и т. п. прелестями. Получается, что любые безналичные средства в валюте могут быть точно также заблокированы, как и ценные бумаги.
Итак, в той парадигме, которой придерживается наш ЦБ, судьба ЗВР иной и быть не могла по причине их размеров, ограниченности перечня инструментов, в которых можно хранить резервы, а также технических особенностей управления доступом к ним. Вы наверняка скажете: «Значит, надо было что-то изменить, переместить резервы в финансовую юрисдикцию дружественных стран, в конце концов, репатриировать все средства заранее на родину». Давайте и эти варианты разберем.
Первый вариант: продаем ценные бумаги из резерва, и затем все валютные средства с корсчетов западных банков переводим на корсчета азиатских банков. Они становятся посредниками в управлении валютными резервами страны. «Почему посредниками?» — спросите вы. А потому, что иностранная валюта, поступившая в азиатский банк, попадет на его корсчет в банке страны — эмитенте валюты. Этот банк заимеет обязательства перед владельцем денег (азиатским банком-посредником) переводить их на корсчет любого другого банка посредством кругооборота расчетов по всему миру через систему SWIFT. Управление деньгами так устроено, что средства клиентов банка в национальной валюте хранятся только на именных расчетных счетах. Если бы банк совершал переводы лишь между своими клиентами, то никаких других видов счетов ему и не требовалось бы. Но так как межбанковские переводы обязательно нужны, то для них используются корреспондентские счета — открытые обязательно в своем национальном ЦБ (или расчетном центре). Все перемещения безналичных средств внутри страны отражаются в ЦБ на балансе корсчетов банков. Так обеспечивается невозможность платежей с пустого счета банка. На национальном уровне все просто и понятно, не правда ли? ЦБ осуществляет переводы между банками, следит за балансами, кругооборотом наличных и безналичных денег — ничто не берётся из ниоткуда и не исчезает в никуда. Для обеспечения такой же лепоты в международных расчетах приняты регуляторные ограничения, необходимость соответствия международным стандартам, ограниченный доступ к прямым корсчетам для менее крупных банков. Все это, а также стремление снизить риски и операционные издержки в условиях волатильности, определило то, что все банки мира хранят иностранную валюту клиентов не на своих счетах, а только на корсчетах в банках стран — эмитентов этой валюты. Круг замкнулся — наши резервы как были размещены на корсчетах в западных банках, так там неизбежно и остались. Тогда стоило срочно поменять все доллары и евро на валюты дружественных стран! — находчиво предлагаете вы. Действительно, в этом случае они будут храниться на наших корсчетах в банках только избранных стран. Но такой «подарок» для этих государств и даром не нужен. Ведь быстрая покупка в миллиардных объемах их валют вызовет настоящий финансовый кризис из-за резкого роста обменного курса. А при выводе наших миллиардов произойдет наоборот — внезапное падение. И страны из друзей превратятся в недругов. Не говоря уже о наших финансовых потерях, рисках, издержках на конвертацию в местную валюту, а потом обратно в валюту других стран для оплаты нашего импорта. Поэтому азиатские банки не согласились бы принять наши валютные накопления, а также не стали защищать их в случае блокировки, да и отношения с ними из-за всех этих проблем точно бы испортились. Либо наши потери от такого хранения были бы просто колоссальными на возмещение национального ущерба экономикам стран-хранилищ российских резервов. По названным причинам с конца 2015 до 1 января 2022 года ЦБ успел перевести в юани всего 17% валютных резервов, и больше ни в какие другие. Итак, мы убедились, что хранение за границей наших ЗВР не могло закончиться по-другому с началом СВО.
Второй вариант:
Можно ли было вернуть все ЗВР на родину?
Теоретически да, можно было. В виде наличных: 1 млрд долларов США занимает 13,27 куб. м, весом 10 т. Для 300 млрд, соответственно, потребовался бы 121 двадцатифутовый морской контейнер. Не так уж и много, морские контейнеровозы вмещают по несколько тысяч. Собрать такую сумму сложно – в мире обращается около 5,5 трлн долларов США в наличном виде. Да и дальнейшее их хранение, использование для расчетов выглядит проблемным и утопическим. Золото в сравнении с бумажными банкнотами удобнее для хранения. И ЦБ с 2007 года в 6 раз увеличил его запасы в резервах до примерно 2300 тонн к 2022 году. Смог бы он еще на 300 млрд долларов купить золота в свои резервы в конце 2021 – начале 2022 года? Подсказка – физически это было бы примерно 4665 тонн, объем добычи в России за 15 лет! И что стало бы с ценой на драгметалл при таких объемах срочных покупок? С учетом санкционного запрета в начале 2022 года на любые сделки с валютой и драгметаллом с нашим ЦБ, ответ очевиден – если бы ЗВР находились в России, воспользоваться ими (золотом и валютой) все равно было бы невозможно.
Вот и остался один заключительный вопрос:
Почему наши ЗВР нельзя хранить в рублях?
Потому что их стоимость в этом случае будет вести себя так же, как и курс рубля, а значит, колебаться под влиянием финансовых и геополитических кризисов в значительных пределах. ВВП России занимает всего 3,5% от мирового, и поэтому все обменные и торговые операции с рублем незначительны для глобального рынка. ЦБ предпринимает защитные и регулирующие курс меры от его колебаний финансовыми спекулянтами. А кроме того, угроза «голландской болезни» для экономики не позволяет ЗВР хранить только в рублях. Обратите внимание на опыт инвестирования государственного пенсионного фонда Норвегии. Он крупнейший в мире по размерам и вкладывает свои средства только за рубежом для предотвращения перегрева национальной экономики.
Выводы и заключение.
Рассмотрев все условия и возможности управления ЗВР, мы не нашли способов избежать внешних рисков. А значит, никто из должностных лиц действительно не должен быть наказан. И еще следует учесть, что РФ получила законный повод заблокировать в ответ активы недружественных стран на примерно равную сумму. Если бы резервы России были выведены заранее из-под угрозы санкций, то пользоваться ими все равно было бы невозможно (золотом, долларами, евро), но и блокировка иностранных активов не случилась бы тогда. В таком случае иностранные инвесторы смогли бы вывести активы из России и пользоваться ими, а мы — нет, и, возможно, что очень долгое время, с соответствующим инфляционным обесцениванием резервов и потерями доходов от их размещения. Это уже происходит — кража инвестиционных доходов от резервов России. Но мы смогли ответить зеркально. А не случись так, как случилось, у нас не было бы возможностей для равного ответа. Поэтому все обвинения в ошибке управления ЗВР в адрес ответственных лиц ЦБ и правительства считаю политически мотивированными, надуманными, рассчитанными на отклик у неграмотных людей. Если у читателей есть свои предложения по лучшему использованию и защите ЗВР, интересно их узнать. И я думаю, что ЕС все таки потратит все замороженные резервы для помощи Украине, когда их ресурсов станет абсолютно недостаточно.