Иногда счастье обрушивается на Вас как лавина… А потом начинает рыть подкоп под фундамент.
В далеком теперь уже 2020 году, пока весь мир сидел по домам и печально смотрел в окно, я наткнулась на объявление: «В лесу найдена коробка с пищащим содержимым. Посторонним вход воспрещён (щенкам можно)». «Поехали?» – «Ну что ж… поехали…» Нам же нужен был предлог! Моня, наш терьер, поскучнел без игр, а Мася-старушка уже не могла составить ему компанию. Мы решили взять девочку. Для компании. Исключительно из альтруистических побуждений.
Когда мы увидели этих малявок, сердце дрогнуло. Выбрали ту, что выглядела скромнее всех. Ошибка первая. Дома я мыла ее в раковине. Она умещалась в ладони и напоминала мокрый носок с глазами. Кличка пришла сама — Мали, от «малявки». Позже я узнала, что на суахили это означает «богатство». «Ну, — подумала я, — сейчас нам такое богатство свалится!» Не знала я, что «богатство» будет в виде тонны шерсти, разгрызанного до основания дивана и котлованов на газоне.
Продавец щенков (то есть лес) уверял, что она вырастет «ну, максимум по колено». Мы поверили. Ошибка вторая. Оставили дома, решив, что пусть будет Моне подружкой. Моня, воспитанный джентльмен, взглянул на этот пищащий комочек и, кажется, сразу всё понял. Он принял ее с достоинством норвича, но в его глазах читалось: «Мать, что ты наделала? Это же вечный двигатель на лапах!»
Сначала было мило. Они спали, ели, гуляли вместе. Моня пытался прижать ее лапой, чтобы уложить спать, как полагается всем нормальным собакам. Мали воспринимала это как начало игры в «Догони меня, папа!». Моне стал выглядеть как сотрудник круглосуточного детского сада, мечтающий об отпуске.
А потом началась весна. Первые тюльпаны Мали восприняла не как украшение клумбы, а как личный салат-бар. Получив легкий трёп за цветочную диету, она философски переключилась на нарциссы. Видимо, решила, что если нельзя тюльпаны, можно поэзию.
Росла она не по дням, а по часам. Когда она догнала меня по колено, мы переглянулись и замерли. Когда переросла – стали гуглить «быстрорастущие породы деревьев». Её любимым развлечением, помимо садоводства, стало создание инсталляций. Нашла коробку с подставками для клубники – сделала себе воротник эпохи Возрождения и в нем гордо прошлась по участку. Воздушный шарик украла и носилась с ним, как футболист с Кубком мира. Зимой расставляла пустые горшки по саду с видом художника, размещающего экспонаты в Лувре.
К весне второго года стало ясно: это не собака. Это проектировщик по ландшафтному дизайну методом тотального разрушения. Плюсы: переловила всех кротов (теперь они, наверное, пишут мемуары «Ужас из-под земли»). Минусы: наш участок стал напоминать полигон для тренировки сапёров.
Семейный совет постановил: Мали нужен свой вольер. Для её же блага. И для спасения нашего газона от судьбы Помпеи. Большая собака Даша, увидев это рычащее чудо-юдо, сказала решительное «НЕТ» на языке тела и зубов.
Пришлось строить резиденцию на месте бывшей спортивной площадки. Теперь у Мали есть свой дом: две комнаты, терраса и участок земли. Сотка. Её собственная сотка! Для раскопок, закопок и археологических изысканий.
В паспорт я с гордостью вписала: «Ненецкая аффчарка». Звучит солидно! На самом деле, породу мы определяли методом «на что больше похоже». Она оказалась невероятно умной, чтобы делать вид, что не слышит команды, когда это невыгодно.
Так, за два года, жизнь Мали перевернулась. Вместо коробки в лесу – породистая (очень) собака с домом и землёй. Мы хотели маленького друга для Мони, а получили полноправного члена семьи с экскаваторными наклонностями.
Иногда счастье действительно обрушивается как лавина. Только потом выясняется, что эта лавина не собирается останавливаться, требует вкусняшек и роет ямы в самых неожиданных местах. Но когда она, высунув язык, несется тебе навстречу, вся в земле и счастье, понимаешь – ни за что бы не променял это пушистое, ушастое, хвостатое «богатство» на все идеальные газоны мира. Главное, держать подальше тюльпаны.
Еще больше историй про наших питомцев у нас в телеграмм канале, Пушистая Усадьба