Булгаков Михаил Афанасьевич. Театральный роман ; Тайному другу ; [ сборник] / Михаил Афанасьевич Булгаков. – Москва: Издательство ACT, 2025. – 256 с.
Готовясь к просмотру нового спектакля «Театральный роман» в театре имени Ленсовета, по театроведческой привычке решил перечитать литературный первоисточник – соответствующий легендарный текст писателя Булгакова. И по его прочтении меня вновь посетило странное чувство: будто я заглянул в подсознание обиженного литературного гения. Или того автора, который сам себя считал таковым. И если в прежние времена текст этой саркастической пощечины МХАТу воспринимался весело и даже с упоением, то нынче по окончании чтения неоконченного текста на меня нахлынуло чувство тоски и разочарования. В сборник его издатели понятно почему добавили неопубликованные письма «Тайному другу», что лишь усилило ощущение неловкости.
Ведь оба текста Михаил Афанасьевич писал явно не для публикации, а для того (как я теперь понимаю), чтобы произвести впечатление на Елену Сергеевну Шиловскую, сначала возлюбленную потом – супругу (третью по счету). Много лет спустя, когда «Театральный роман» готовился к публикации в журнале «Новый мир», Елена Сергеевна во славу его автора расшифровала все намеки и на театры, и на деятелей советской Мельпомены. Так завершилась отложенная месть Булгакова МХАТу, которому, по сути дела, он был обязан тем что его имя все-таки вошло в историю отечественного театра.
Не для кого не секрет, что под именем автора сего текста Сергея Леонтьевича Максудова скрыл свое «я» сам Михаил Афанасьевич. А перспектива окончания произведения выглядела туманной, ибо писатель прекрасно понимал, что при той самой власти 1930-х годов ему не видать публикации как… (впрочем, поговорку на сей счет вы сами можете продолжить). Поэтому и мог позволить себе такие саркастически е намеки и выпады за которые в иные времена на него могли подать в суд. Да и что могли вынести читатели из текста, будь он опубликован? Ведь, во-первых, перед нами – «Записки покойника» (таков подзаголовок романа). А, во-вторых, для понимая всех и всяческих нюансов текста необходимо читателю знать кто есть who в театральном и литературном мире СССР 30-х годов прошлого столетия. И не факт, что данные сведения были известны широким массам трудящихся. Да и про них вряд ли Михаил Афанасьевич заботился. Достаточно вспомнить его пасквиль на рабочий класс под названием «Собачье сердце», которое в буквальном смысле слова сеяла социальную рознь и ненависть.
М.А. Булгаков не скрывал своего презрительного отношения к победившим в революции классам, считая себя представителем творческой интеллигенции. Его авторское эго подпитывали временные успехи на театральном поприще. Однако, когда слава популярного драматурга, чью пьесу играют во МХАТе, стала призрачной и эфемерной, несмотря на то, что он служил именно в этом прославленном театре, тогда и настал черед литературной мести. Конечно, ему было обидно и досадно, что пьеса «Дни Турбиных» со скрипом пробивалась на подмостки, но она все же была поставлена и сыграна! Хотя очевидно, что страх и ужас испытываемый Михаил Афанасьевичем перед исторической бурей революции и гражданской войны, так мощно ощутимый в романе «Белая гвардия», в пьесе был явно смикширован автором и уложен в традиционные театральные формы. Но это уже совсем иная история для театроведов и литературоведов.
Что же касается спектакля «Театральный роман», то он лишь потвердил некоторые мои мысли относительно литературного первоисточника. И об этом я поведаю вам в следующий раз.
Сергей Ильченко