За бортом минус тридцать. Сама погода благоволит к страданиям.
И я решила страдануть по полной:
Типа подоконник, плед, кофе, сигарета...
Ж@па не поместилась на подоконнике, свалилась, запуталась в пледе, облилась кофе.
Короче! Страдать — это искусство!
Не все могуть... 😏
А тут нечаянная радость — колокольчик из Валбреса известил, пришёл мой заказ – сковорода.
Дверь в пункт выдачи распахнулась с легким скрипом, и я шагнула внутрь, предвкушая, как заберу свою новенькую сковородку и напеку оладушки.
Но вместо привычного запаха картона и пластика в нос ударил резкий едкий запах, словно кто-то только что распылил дихлофос.
— Ой, тараканов потравили, что ли? — вырвалось у меня, хотя я и сама не знала, кому задаю этот вопрос.
В пункте царил хаос, сотканный из громких голосов и тяжеловесных выражений.
Молодой щупленький сотрудник, поймав мой взгляд, тихонько повел глазами в сторону, как бы намекая, откуда идёт этот "тонкий" аромат.
Там, словно гренадер, возвышалась женщина, чье телосложение внушало уважение, а голос – трепет. Она скандалила с этим почти ребёнком из-за товара и, судя по всему, делала это уже давно и с большим энтузиазмом.
— Понабрали дебилов всяких, работать не умеют! — орала она на весь пункт выдачи, а ее голос вибрировал в стенах.
— И пока я всё не проверю и не примерю деньги у меня, чтобы не смел списывать! — донеслось уже из примерочной кабинки, куда она удалилась для примерки вещей.
— Да я вроде никогда не списываю… — начал было парнишка, но она не дала ему договорить, снова обозвав его, на этот раз уже дегенератом.
Я стояла, крепко прижимая сумку к себе, и чувствовала, как напряжение буквально пульсирует в тесном пространстве пункта.
— Женщина, будьте добры, поторопитесь и, пожалуйста, давайте без оскорблений. Из-за вас и так уже образовалась очередь, — послышался голос пожилого мужчины. Его седые волосы и усталый вид говорили о том, что он, как и другие, устал ждать своей очереди, чтобы примерить вещи.
Ох, лучше бы он промолчал... 🤦♀️
Занавески примерочной распахнулись с такой силой, что ветер от них прошёлся по всему пункту туда и обратно.
А из кабинки, видимо забывшись, выскочила та самая гренадёрша, в одних колготках и лифаке. Глаза ее метали молнии.
— Тебе что, пень старый, больше всех надо? Обождёшь! — прорычала она, и ее взгляд, казалось, мог испепелить кого угодно.
А запах дихлофосных духов стал еще сильнее, смешиваясь с ароматом ярости и недовольства.
Старый пень, сражённый увиденным, побледнел и отступил на шаг.
Я же, стараясь остаться незамеченной, скользнула к стойке, где мне без промедления выдали сковороду. Разорвав упаковку и убедившись в её безупречности, я двинулась к выходу, невольно помахивая сковородой – то ли от предвкушения оладий, то ли от инстинктивного желания обороняться...
Уже на улице, сделав глубокий вдох тридцатиградусного, но такого бодрящего воздуха, меня вдруг осенила мысль: а не устроили ли духи этой дамы ей настоящую парфюмерную катастрофу, вызвав такую бурю агрессии? 🤔
