Эта история — не юридическая инструкция, а разговор, который происходит в нашем офисе всё чаще. Если ваш близкий, служивший по контракту, пропал без вести и связи нет более года, этот кейс поможет понять, с какими неочевидными, но критически важными решениями сталкиваются семьи. Это не про сухие статьи закона, а про то, как юридическая необходимость сталкивается с человеческой надеждой, и почему от своевременности действий зависит больше, чем кажется.
С какой проблемой пришла клиентка
Не так давно на консультацию пришла женщина. Её сын заключил контракт и ушел на СВО. Связи с ним не было целый год. За это время не поступало никакой информации: ни о том, что он в плену, ни что находится в госпитале. Фактически была полная неизвестность о состоянии военнослужащего. Её проблемой был не только страх за жизнь военного, но и полная неопределенность: что делать, куда обращаться и как поступить, когда надежда еще жива, но реальных оснований уже нет.
Что происходит, если не решать этот вопрос или откладывать его
Самостоятельные попытки найти человека через части, через знакомых, через соцсети, как правило, заканчиваются ничем. Система не настроена на то, чтобы информировать семью, если военнослужащий не числится в официальных списках потерь. Время идет, а вместе с ним могут быть упущены юридические сроки для оформления необходимого статуса и, как следствие, права на положенную государственную поддержку и выплаты. Самое тяжелое в этой ситуации, то что семья годами живет в подвешенном состоянии, не может ни оплатить долги, ни распорядиться имуществом, ни получить какую-либо помощь, потому что юридически человек не признан ни живым, ни погибшим. Это эмоциональное и финансовое болото, из которого с каждым месяцем выбраться все сложнее.
Анализ ситуации
Когда ко мне обратилась эта женщина, было ясно, что мы перешли ту грань, где надежда отделяется от юридической реальности. Срок в один год при отсутствии каких-либо известий с территории, где ведутся боевые действия, — это уже не просто тревожный знак. Это основание для обращения в суд с заявлением о признании человека погибшим. Я спросила её, почему она не начала этот процесс раньше. Ответ был предсказуем: «А если он жив?».
Мне пришлось объяснить ей, что признание погибшим через суд — это не акт предательства. Это юридическая процедура, которая:
- Защищает права семьи. Позволяет оформить пенсию по потере кормильца, получить единовременные выплаты и распорядиться имуществом.
- Не отменяет поисков. Да, активные поиски в рамках некоторых ведомственных программ могут быть приостановлены, если человек исключается из списков без вести пропавших. Но это не значит, что если он объявится, решение суда нельзя будет отменить. Закон предусматривает такую возможность.
- Дает закрытие. Как это ни тяжело, но юридическое установление факта позволяет семье начать выходить из состояния неопределенности, которая сама по себе является тяжелейшей психологической травмой.
Что мы сделали?
- Глубокая консультация. Первым шагом был не сбор документов, а долгий разговор, где мы обсудили все страхи и сомнения. Важно было дать женщине понять, что её чувства в этой ситуации не помеха процедуре, а её часть.
- Сбор и анализ всей имеющейся информации. Мы запросили и получили официальные ответы из части и других инстанций, подтверждающие отсутствие сведений о военнослужащем. Это ключевое доказательство для суда.
- Подготовка заявления в суд. Мы составляли документ не как холодную формальность, а как изложение обстоятельств дела, где центральное место занимала судьба человека и положение его матери.
- Подача заявления и сопровождение в суде. Мы взяли на себя все процессуальные хлопоты, чтобы избавить клиентку от необходимости самой ходить по судам и сталкиваться с бюрократией в её состоянии.
Главная сложность и как мы её преодолевали
Главной сложностью был эмоциональный фон в таких сложных ситуациях. Безусловно, я подключаю эмпатию и полное эмоциональное включение, чтобы успокоить своих клиентов, потому что они в первую очередь люди в сложной ситуации. И я их по-человечески понимаю. Её слова: «Как? Умершим? А если он живой?» и «Зачем мне эти деньги? Это была нормальная реакция любящего человека. Преодолеть это можно только честностью, тактом и терпением. Я не давила, не торопила. Я подробно объяснила все правовые последствия как действия, так и бездействия. Дали время принять это решение. Юридическая помощь в таких случаях — это в первую очередь психологическая и тактическая поддержка.
Результат
Процесс запущен. Заявление в суд подготовлено. Для женщины это, с одной стороны, тяжелейший шаг, а с другой — начало пути к определенности. Теперь у неё есть четкий план действий, а не бесконечное ожидание в пустоте. Она перестала быть заложницей неопределенности и начала действовать, чтобы обеспечить себе ту поддержку, на которую она имеет право по закону, потеряв сына.
Если вы в похожей ситуации
Эта история — самая трудная часть нашей работы. Я искренне желаю, чтобы никому из вас не пришлось через это проходить. Но если вы столкнулись с подобным — когда связь прервалась на очень долгий срок и нет никакой информации, — не оставайтесь один на один с этим горем и неопределенностью. Правовые шаги, какими бы тяжелыми они ни казались, — это не предательство памяти, а забота о живых и исполнение долга перед тем, кто, возможно, уже не вернется.
Напишите мне. Мы не будем давить на вас. Мы выслушаем, разберем вашу ситуацию, объясним все возможные варианты и будем действовать только с вашего согласия, с максимальным уважением к вашему состоянию и к памяти вашего близкого человека. Иногда помощь юриста — это не только бумаги и суды, а возможность принять самое сложное решение в жизни, не оставаясь в одиночестве.
Юрист: +7(952)-681-88-22
Telegram: @Voshod_prav
Telegram канал: @Voshod_tsk
Сайт: voshodprav.ru
#военный #военныйюрист #ксениялой #история #бп #пропалбезвести #помощьвоенным #ПропалбезвестинаСВО #Юридическаяпомощьсемьямвоенных #Признание без вести пропавшим #Семьявоеннослужащего #Чтоделатьеслипропалвоенный #Судпопризнаниюпогибшим #Поддержкасемейвоеннослужащих