Есть позиция, в которой отцы застревают надолго.
Она выглядит мужественно.
Рационально.
Спокойно.
«Ничего страшного не происходит».
Отец редко кричит.
Редко плачет.
Редко бегает по врачам.
Он делает вид, что держит ситуацию под контролем.
Он говорит:
«Перерастёт».
«Это баловство».
«Мы в его годы и не такое пробовали».
«Не надо паники».
Это не равнодушие.
Это защита.
Потому что признать зависимость ребёнка —
значит признать собственное бессилие.
А мужчине с этим особенно тяжело.
Отец привык быть тем,
кто решает.
Кто чинит.
Кто находит выход.
А здесь выхода «по-мужски» нет.
Нельзя наорать — и чтобы прошло.
Нельзя наказать — и чтобы прекратилось.
Нельзя объяснить логически — и чтобы сработало.
И тогда отец выбирает отрицание.
Он уходит в работу.
В усталость.
В дистанцию.
Он меньше разговаривает с ребёнком.
Потому что не знает — как.
Потому что боится сказать лишнее.
Потому что внутри злость и страх.
Очень часто отец в этот момент встаёт на сторону порядка,
а не на сторону лечения.
Он требует дисциплины.
Он давит авторитетом.
Он усиливает контроль.
А зависимость не боится давления.
Она от него только замирает —
а потом возвращается сильнее.
Отец может обвинять мать.
В гиперопеке.
В слабости.
В том, что «залюбила».
Это удобная позиция.
Потому что тогда не нужно смотреть на реальность целиком.
Но правда в том, что зависимость ребёнка —
это не вина одного родителя.
И не решается силой другого.
И ещё одна сложная вещь.
Когда отец молчит,
ребёнок слышит не спокойствие.
Ребёнок слышит:
«Мне не до тебя».
«С тобой что-то не так».
«Твоя проблема — твоя».
И это усиливает изоляцию,
в которой зависимость чувствует себя прекрасно.
Отец часто думает,
что если не вмешиваться,
ребёнок сам справится.
Иногда справляется.
Чаще — нет.
Зависимость у подростков и молодых взрослых
развивается быстрее,
чем родительская готовность признать проблему.
И момент, когда отец наконец говорит «да, это серьёзно»,
часто уже запоздал.
Это не упрёк.
Это реальность.
Сила отца в такой ситуации —
не в жёсткости и не в молчании.
Сила — в признании:
«Я не справляюсь один. Нам нужна помощь».
Это не поражение.
Это взрослая позиция.
Пока отец отрицает,
мать тонет в вине,
а ребёнок остаётся один на один с болезнью.
Когда отец включается —
появляется система.
А зависимость боится систем.
Вопрос к аудитории:
если вы отец и столкнулись с употреблением у ребёнка —
что оказалось сложнее всего признать: саму зависимость
или то, что в одиночку вы с ней не справитесь?
Пишите в комментариях.
Мужское молчание вокруг этой темы
часто стоит детям слишком дорого.