Всем привет Знаете, бывают годы, когда зима словно стесняется. Крадется по голым полям, слегка поземкой, парой тощих сугробов у забора и слякотью под Новый год. Так было у нас в прошлом году. Я почти забыл, каково это – просыпаться под тихий, мерный стук снега по стеклу. Забыл скрип подлинного, морозного снега под валенком. Забыл, как щиплет щеки не холод, а именно эта колючая, свежая снежная пыль. И вот, нынешняя осень, словно в отместку за прошлую нерадивость, решила показать характер. С самого ноября небо словно прорвало. И пошло, и поехало. И не думает останавливаться.
Это не просто зима, друзья. Это полноценный, масштабный снежный плен. И я, как человек, который каждый день веду с этим пленом переговоры, борьбу и иногда даже дружбу, хочу рассказать вам, на что это похоже. Почему это изматывает, восхищает, раздражает и заставляет по-новому смотреть на свой двор, свою теплицу и вообще на жизнь в частном доме. Если вы живете в городе и видите снег только красиво падающим за окном офиса, вам будет любопытно. Если вы такой же «пленник», мы с вами потремся варежками и поймем друг друга с полуслова. Обещаю, будет над чем посмеяться и что вспомнить.
Часть 1: Контраст, от которого мороз по коже.
В прошлом году моя лопата для снега загрустила в сарае. Выглядела она как музейный экспонат – чистая, сухая, с необлезлой краской. Трактор? Какой трактор? По нашей деревенской улице он прошел в прошлую зиму ровно ноль раз. Снега не было даже для видимости. Земля была черной, укатанной, голые кусты торчали из грязи. Дети спрашивали: «Папа, а когда будет снежная горка?». А я лишь разводил руками. Зима без снега – это как лето без солнца. Неправильно это. Тоска. Казалось, что-то в природном порядке вещей сломалось.
И вот нынешний год. Снегопад начался не как обычно – с пробных, робких хлопьев в ноябре. Нет. Он пришел с осени, уверенно, плотно, и сразу всерьез и надолго. Первый же серьезный намет образовал сугробы по колено. И понеслась. Просыпаешься утром – за ночь намело снова. Словно кто-то невидимый, гигантский, методично подсыпает сахарную пудру на наш мир, пока мы спим.
Контраст с прошлым годом – просто разительный. Тогда я ходил в осенней куртке до января. Сейчас в декабре уже откапываю машину, как экспедиционный транспорт в Антарктиде. Тогда тишина была гулкой, скучной. Сейчас – она мягкая, ватная, поглощающая каждый звук. Мир стал тише, чище, и в то же время… сложнее.
Часть 2: Война с белым одеялом. Тактика и стратегия.
Тут начинается самое интересное – ежедневная работа. Это вам не городской двор, куда приехал красивый оранжевый трактор и аккуратно сложил снег рядком. У нас – фронт работ от калитки до заднего забора.
Дорожники. Им, честно говоря, в этом году не позавидуешь, но и слава им, конечно. Если раньше они появлялись раз в неделю, от нечего делать, то сейчас это постоянные, они грохочут почти через день, а то и каждый день. Сначала идет тяжелый трактор-бульдозер, который сгребает основную массу с дороги, оставляя по краям мощные, в человеческий рост, баррикады. Звон этих машин, скрежет их ножей по асфальту – теперь саундтрек нашей зимы. И вид этих белых каньонов по бокам дороги – зрелище одновременно внушительное и немного пугающее. Проехать на встречную полосу уже не вариант. Разъехаться двум машинам – целый ритуал поиска кармана.
Деревенские трактора. Наши, местные, герои. Мужики на своих «Беларусях» и старых советских тракторах. Они выходят на улицы, когда основная техника прошла. Их задача – прочистить проезды к домам, откинуть снег от ворот. Работают, не покладая рук. Дымок из выхлопной трубы в морозном воздухе, мерный рокот двигателя – символы борьбы за жизненное пространство. Без них мы бы просто захлебнулись в этом белом море.
Мой личный фронт: двор. Вот где настоящая школа жизни и физподготовки. Лопата стала продолжением моих рук. Снега выпало столько, что его уже некуда девать. Классическая схема «откинул от ворот, набросал на клумбу» перестала работать в первую же неделю. Клумбы превратились в альпийские горки.
«Вытаскивать снег» – это целая операция. У меня старая, но надежная садовая тачка. Я не откидываю, а именно гружу. Наваливаю полную тачку плотного, слежавшегося снега. Это тяжело, спина чувствует каждую такую поездку. И везу его. Куда? Вариантов мало. Можно вывалить за забор, в овраг, если он есть. Но у многих соседей его нет. И вот они везут этот снег… прямо в огород. Да-да. Представьте картину: мужик в поте лица везет тачку снега и аккуратно вываливает его на грядки, где летом росли помидоры. Снег в огороде – это будущая влага, это защита земли от вымерзания. Так что убиваем двух зайцев: и от двора избавляемся, и землю удобряем влагой. Но работа, скажу я вам, титаническая. «Почти два раза в день» – это не преувеличение. После серьезного ночного снегопада утром – обязательный час-полтора только на расчистку путей: к сараю, к дровам, к калитке.
Часть 3: Детская радость и взрослая головная боль.
Но не все в этом снежном плену – борьба. Есть и чистая, детская магия. Из того самого снега, который мы с таким трудом убираем, на деревенском пустыре выросла Гора. Не горка, а именно Гора. Ее строили всем семьёй, родители, пока откидывали снег со своих участков, свозили его сюда, а дети утрамбовывали и поливали. Теперь это местная достопримечательность. В выходные с утра до вечера там стоит веселый гомон. Санки, ледянки, ватрушки. Дети красные, как раки, сопливые, счастливые. Их крики и смех разлетаются над белым полем. Видя это, понимаешь: вот он, главный смысл всего этого снега. Чтобы было где запустить в лицо друга снежком и с визгом скатиться с ледяного склона. Эта гора – памятник зимнему детству, которое у наших городских ребят, к сожалению, часто бывает слишком стерильным и безопасным. Здесь же – настоящее, пахнущее мокрыми варежками и морозом.
Часть 4: Теплица – зона повышенного риска.
А теперь перейдем к самому серьезному. К моей боли, моей тревоге и предмету постоянного наблюдения – к теплице из поликарбоната. Для тех, кто не в теме: поликарбонат – пластик прочный, но гибкий. И снег, особенно мокрый, липкий, налипший, имеет чудовищный вес.
В прошлом году я спал спокойно. Ничего не угрожало. В этом – это мой личный дозор. Каждый обильный снегопад – это риск. Снег налипает на крышу, скапливается по бокам, образуя тяжелую, неподъемную шапку. Под этой тяжестью дуги теплицы могут прогнуться, а то и сложиться, как карточный домик. А поликарбонат – лопнуть.
Поэтому правило номер один: не допускать образования снежной шапки. После каждого снегопада я беру длинную, мягкую метлу (чтобы не поцарапать покрытие) и иду аккуратно счищать снег с крыши. Стою в сугробе, почти по пояс, и методично, метр за метром, освобождаю теплицу от белого груза
А есть у меня и своя, немного еретическая для огородников, традиция. После Нового года, когда основные морозы уже ударили и земля в теплице промерзла, я делаю обратное. Я… затаскиваю снег внутрь. Да, вы не ослышались. Набрасываю его прямо на грядки внутри. Зачем? Это стратегический запас влаги. Весной, когда солнце начнет припекать, этот снег растает и напитает землю, готовя ее к посадкам. Это древний, мудрый агроприем. Главное – не переборщить и не обрушить конструкцию, занося его. Все в меру.
Так что, как ни крути, а я благодарен этому снежному плену. Да, спина ноет, руки в мозолях, каждое утро начинается с взгляда в окно и оценки масштабов катастрофы. Но когда видишь, как твой ребенок с восторгом несется с той самой гигантской горки, когда слышишь этот хруст под ногами в двадцатиградусный морозец, когда заходишь в теплую избу после трех часов борьбы с сугробами и чувствуешь этот непередаваемый уют – понимаешь, что это и есть жизнь.
Эта зима не дала нам расслабиться. Она заставила работать руками, думать головой и ценить простые вещи: расчищенную дорогу, надежную крышу над теплицей, смех детей и глоток горячего чая после труда. И глядя на бесконечные, искрящиеся в утреннем солнце сугробы, я ловлю себя на мысли: «Ничего, справимся. А весна, когда придет, будет самой желанной и самой долгожданной за многие годы». Потому что мы ее заслужим. Каждой вывезенной тачкой снега. Каждой откинутой лопатой. Каждым сохраненным листом поликарбоната.