Есть роль, в которую женщины проваливаются мгновенно.
Без подготовки.
Без права на ошибку.
Мать употребляющего ребёнка.
В этот момент мир схлопывается.
Прошлое начинает переписываться.
Каждое слово, каждый запрет, каждый пропуск родительского собрания
вдруг выглядит как причина.
Вина становится фоном.
Постоянным.
Липким.
«Это я недоглядела».
«Это я была слишком строгой».
«Это я была слишком мягкой».
«Это из-за развода».
«Это из-за моей работы».
«Это из-за меня».
Мать всегда находит причину в себе.
Даже если реальность сложнее в десять раз.
Вина даёт иллюзию контроля.
Если я виновата — значит, я могу всё исправить.
И вот здесь начинается разрушение.
Мать начинает спасать.
От школы.
От полиции.
От последствий.
От реальности.
Она прикрывает.
Договаривается.
Выкупает.
Верит обещаниям.
И при этом искренне думает, что помогает.
На самом деле она делает зависимость устойчивой.
Потому что зависимость растёт там,
где нет последствий.
Очень страшно сказать это вслух,
но именно материнская вина часто становится топливом употребления.
Ребёнок быстро чувствует,
что мать готова терпеть всё.
И бессознательно использует это.
Не из злости.
Из болезни.
Мать зависимого ребёнка часто перестаёт быть матерью остальных детей.
Она становится круглосуточным штабом по ликвидации последствий.
Остальные — «подождут».
Муж — «поймёт».
Собственная жизнь — «потом».
Так рождается ещё одна жертва зависимости.
Мама.
С выжженной нервной системой.
С постоянной тревогой.
С бессонницей.
С телом, которое начинает болеть.
И самое страшное —
она чувствует, что не имеет права устать.
Потому что если мать сдастся —
кто тогда?
Но здесь есть правда, которую невозможно обойти.
Материнская любовь не лечит зависимость.
Она может поддержать лечение.
Но не заменить его.
И ещё одна вещь, о которой матерям почти не говорят.
Ваш ребёнок — не вы.
Его выбор — не ваш приговор.
Да, влияние семьи есть.
Но зависимость — это не наказание матери.
Это болезнь,
которая требует системного вмешательства,
а не самопожертвования.
Пока мать живёт в вине,
она не может быть эффективной.
Потому что вина ослепляет.
Она мешает действовать жёстко.
Последовательно.
Холодно, когда это необходимо.
Иногда самая тяжёлая любовь —
это перестать спасать.
Не перестать любить.
А перестать быть подушкой безопасности для болезни.
И это не жестокость.
Это шанс.
Вопрос к аудитории:
если вы мама и ваш ребёнок употребляет ПАВ —
в какой момент вина начала управлять вашими решениями
и что вы боялись потерять, если перестанете его спасать?
Пишите в комментариях.
Материнская тишина вокруг этой темы
разрушает сильнее любых диагнозов.