«ГОЛОС ИЗ ВЕНТИЛЯЦИИ» НА «АРБАТСКОЙ» ФИЛЕВСКОЙ ЛИНИИ
Низкая, мелодичная станция, уходящая вглубь старого Арбата. Ночные дежурные и уборщики не раз сообщали о странных звуках, доносящихся из вентиляционных решёток.
Это не шум механизмов, а тихое, монотонное женское пение или напевная речь на непонятном языке. Звук едва уловим, но если прислушаться, создаётся ощущение, что кто-то рассказывает
«ГОЛОС ИЗ ВЕНТИЛЯЦИИ» НА «АРБАТСКОЙ» ФИЛЕВСКОЙ ЛИНИИ
Низкая, мелодичная станция, уходящая вглубь старого Арбата. Ночные дежурные и уборщики не раз сообщали о странных звуках, доносящихся из вентиляционных решёток.
Это не шум механизмов, а тихое, монотонное женское пение или напевная речь на непонятном языке. Звук едва уловим, но если прислушаться, создаётся ощущение, что кто-то рассказывает историю прямо за стеной. Историки предполагают, что на поверхность «пробивается» память места: раньше здесь стояли особняки, жили семьи, звучали разговоры и колыбельные. Глубина залегания здесь небольшая, и тоннели, возможно, пересекают фундаменты исчезнувших домов.