Здравствуйте! Сегодня в студии «КоП_АрТеЛь» поисковик со стажем, известный в узких кругах копателей Роман Эдуардович Наливай. Он застал эпоху «небитых» урочищ, когда монеты считали не штуками, а карманами.
Мы поговорили с ним о том, почему сегодня нет смысла входить в хобби поиска кладов новичкам. Куда ушла романтика копа и почему начинающим кладоискателям в 2026 году «ловить» уже нечего.
И зададим ему первый вопрос:
— Роман Эдуардович, с чего начался ваш путь кладоискателя и какой у вас реальный стаж?
— Мой поисковый стаж ведется с 2008 года и за это время успел пережить и поисковую удачу, и глубокое разочарование.
Видел многое: и небольшие клады, и блеск одиночного золота, и пустые карманы камрадов. Застал «золотое время», когда находок было в избытке и стоили они дорого. Помню времена, когда карманы набивали монетами так, что брюки сползали от тяжести. Но в основном это были рядовые экземпляры: медная империя и «советы». Попадалось и серебро, крупное и мелкое, но не в промышленных масштабах.
Иногда, когда я рассказываю, что на обычном урочище (покинутой деревеньке) можно было собрать около сотни монет за несколько часов, многие не верят. Некоторые даже ругаются, мол, всё это выдумки. Но как им объяснить, что раньше монеты попадались «кучками» и кошельками?
Часто бывало, что с одного сигнала выкапываешь по 3–7 штук сразу.
А некоторые камрады советскую мелочь и вовсе кидали обратно в ямку — а их там бывало и по десятку, и больше.
— А что изменилось? Ведь земля та же, и монеты в ней еще остались..
Земля-то та же, да условия стали иными. В 2008-м мы не были первопроходцами, но некоторые урочища встречались «небитыми», и даже простенький прибор обнаруживал монеты на каждом шагу.
Сейчас же все доступные места перепаханы и «выбиты» коллегами-конкурентами вдоль и поперек. Чтобы найти хоть что-то стоящее в 2026 году, нужно либо ехать в такую глушь, куда волки ходить боятся, либо обладать сверхсовременной техникой, которая стоит как космический корабль.
Но дело не только в количестве монет. В какой то период поменялось само отношение к хобби. Вначале поиск был про азарт и общение, про радость от каждой медной пуговицы, а потом всё чаще стал встречать «коммерсантов», которые меряют коп только выгодой.
Появились разного рода хитрецы, представляющиеся честными людьми, пришедшие в группы поисковиков вынюхивать места. Помню, стоило только один раз в чате упомянуть расположение деревни и через неделю там «яма на яме», и вдобавок не закопанные.
А все закапывают, — говорят.
Фото ловушками подобных деятелей выявляли и из чатов удаляли. Никакой пользы в общество они не несут, сидят в чате и ждут, что им места сольют.
Чуть позже в хобби хлынула волна низко-социальных элементов с криминальным влечением, которые накупив самых дешевых металлоискателей на вторичном рынке, ринулись не только монеты искать, но и попутно потрошить избушки дачников, огороды, пасеки и фермерские хозяйства.
Раньше их можно было встретить на скамейке возле опорного пункта участкового, с опущенной головой. А тут начальные металлоискатели б\у стали доступнее и они пошли копать, и по привычке воровать.
Накопают в дачных деревнях на огородах ям, а потом фомкой раму подковырнут и весь цветмет с антиквариатом вынесут. Перевернут улья и все рамки с мёдом, оставленные пчёлам на осенне-зимнее пропитания, унесут домой чай пить.
Встречались подобные деятели и на моём пути. Пытался им объяснить политику партии, но видно низко-социальные повадки у них в крови. Пусть ими занимаются соответствующие органы.
— Законы и препоны имеются?
Да, законодательство за эти годы стало строгим: за неосторожный шаг на месте бывшего поселения, которое вдруг окажется «не выявленным» памятником, можно получить такие проблемы, что никакой клад не обрадует.
Представляете, что придумали археологи — «не выявленный памятник»! Это как «не выявленное оружие», «не выявленный наркотик» или «не выявленный банк». Пошли погулять, зашли в помещение, а это, оказывается, «не выявленный банк», и пришли вы в него с «не выявленным оружием», а в кармане у вас — «не выявленный наркотик».
В законах подобного определения «не выявленный памятник» — нет, так как с юридической точки зрения — это абсурд. Но эксперты ими манипулируют.
И самое смешное для юристов: суды подобные, выдуманные недавно экспертами-археологами «постулаты» принимают на веру, и людей осуждают за незаконные действия на «не выявленный памятнике» так же, как на официальном памятнике.
В этом случае к правоохранителям вопросов почти нет, они действуют по закону, принимая показания экспертов. А подобные уловки археологов-экспертов, тянут на умышленное искажение действительности. И не важно, приказали им руководители сверху или они сами решили подобным способом бороться с любителями приборного поиска, но это нехорошо.
По нашим сведениям им приказывают, — и всё это негласно, под намёками проблем и неповышения по карьерной лестнице.
Я читал в газете статью, как женщине кладоискателю дали два года условно за несколько найденных монет СССР. Эксперты археологи быстренько подсуетились и место, обычной советской деревни, где она нашла эти монеты, признали памятником археологии.
Оно новичкам надо?
Мы застали эпоху романтиков. А сегодня приборный поиск превратился в бег по пересечённой местности с неясным результатом и опасными последствиями.
— Как вы распорядились найденными за это время «сокровищами»? Находили ли клады?
Найденные «сокровища» утекли сквозь пальцы: что-то дарил, менял, терял, продавал. В основном всё уходило на само хобби: на оборудование, технику, бензин, одежду и празднование наших «священных» дат.
Небольшие «медные» находил. Но эти клады — только по количеству монет клады, а по финансовой стоимости — пшик. Можно пойти и купить подобный клад в антикварном магазине за 2–4 тысячи рублей.
Клады бывают разными: богатыми и дешевыми.
Если вы найдете горшок с сотней медных монет, сгнивших от коррозии и окислов, то подобное вас явно не обогатит. Куда больше стоят полученные эмоции и сама история находки.
А золотые и серебряные клады — редкость. Я их.. не то что не находил, но даже не присутствовал при их обнаружении.
Можно сказать так: настоящих сокровищ у меня в руках никогда и не было.
— В газетах пишут: «Копатели такие-сякие, грабят историческое наследие». Вы участвовали в этих грабежах?
Поверьте мне, то, что мы находили в постсоветских деревнях — пуговки, монетки, нательные крестики — археологам не нужно. Это массовые предметы, отчеканенные миллионными тиражами.
Если бы было нужно, мы бы завалили все музеи своими находками, но они не берут — боятся. Они понимают, что в таком взаимодействии станут крайними. А почему раньше принимали? Да потому, что раньше не приравнивали антиквариат к археологии.
Да, какая-то часть нерадивых поисковиков по незнанию заходит на памятники археологии, не проверив местность на их наличие. Есть такое, спорить бессмысленно. Всегда найдутся слабые умом, которые полезут «куда не надо».
Археологи (верхушка) сами «молодцы»: спрятали всю информацию о своих объектах, чтобы их не разграбили. А ведь по закону все памятники должны быть обозначены информационными табличками, и данные о них должны быть в свободном доступе.
Пойдете ли вы на поле, если увидите табличку «Мины»? То-то же!
К тому же большинство курганов разграблены еще со времен Петра I — информации в сети об этом полно.
Просто верхушка археологов, защищая свои финансовые интересы, ту часть старины, что раньше считалась антиквариатом, записала в археологию. И сразу сотни тысяч законопослушных людей стали черными копателями и скупщиками краденого.
—Зачем верхушка археологов записала антиквариат в археологию?
Ответ прозаичен и кроется в официальной информации, которую можно добыть с помощью обычного браузера. Открываете любой поиск и задаёте вопросы:
- Почему нельзя ничего строить без проведения археологических экспертиз?
- Кому на самом деле принадлежат фирмы по археологическим экспертизам?
- Сколько заплатили строительные фирмы в 2025 году за археологические исследования?
- Кто и зачем продвигал закон против «чёрных копателей»?
Когда полученную информацию подробно изучите, то всё поймёте. Так что, простите, я отвечу на данный вопрос молчанием.
Молчание — золото!
— Почему людей не привлекают за такое хобби, как поиск с металлоискателем?
По закону запрещён поиск только предметов археологии. С металлоискателем ты это делаешь или без него — не важно. Можно искать с ситом, промывая землю в ручье или просто глазами, передвигаясь по лужайке, вглядываясь в кротовые норы. Нельзя и всё — статья.
А археологические предметы нужно ещё поискать, так как обычного металлического хлама в земле, в тысячи раз больше. Двадцатый век индустриализации насорил металлами столько, что взнос в землю от предыдущих столетий — это капля в море.
Представляете какой процент археологии в земле от общего числа металлических предметов, которые может обнаружить металлоискатель на доступной ему глубине? Примерно 0,00000001%. Всё остальное — это бытовой мусор, выброшенный людьми за ненадобность в прошлые 2-3 века.
Почему бы не поискать то, что к археологии никаким боком?
Так и зародилось хобби. Металлоискатели в свободной продаже. Их спокойно можно купить в любой торговой сети.
Если у человека с металлоискателем нет в карманах археологических предметов и умысла на их поиск он не имеет, то придётся хорошо постараться, чтобы вменить ему поиск археологии в вину. Особенно тогда, когда большинство поисковиков от неё бегут не оборачиваясь, зная о последствиях.
Что же хотят чиновники от археологии от кладоискателей?
А всё просто: «мы не желаем вас видеть» — говорят они. Вот тут и приходят так называемые учёные «эксперты» и признают сгнившие медяки, части массовых бытовых предметов и осколки посуды, археологией.
То-есть, те вещи, что сейчас свободно продаются в антикварных лавках и интернете, «эксперты» стали признавать археологическими предметами.
Нет, они не изымают эти предметы из продажи, ни в сети, не у антикваров, но если вы найдете туже монету в земле, под водой, в заброшенном строении, или хотя бы осколок от неё, то сразу — это археологический предмет.
Что они сделали?
Взяли и по своему усмотрению, не оборачиваясь на мировую практику, в целях захвата культурных слоёв земли под свой контроль, повысили планку археологии до XX века. И теперь все строители, фермеры и так далее, у них на крючке — плати частным ООО «Археология» и подобным за экспертизы и спасательные раскопки.
Особенно удивляет то, что начинают признавать археологией предметы из XX века, не учитывая те обстоятельства, что еще живы люди, которые ими пользовались.
И никто с этим ничего не пытается сделать. Якобы, они (владельцы этого археологического бизнеса) заручились одобрением на самом верху.
Я думаю, они обманули своих благодетелей «наверху» или.. (об этом не будем).
Вторая причина не привлечения кладоискателей — массовость увлечения
По статистике торговых сетей, в России продано больше двух миллионов металлоискателей. Их можно свободно покупать и хранить, как любые другие электронные девайсы.
Представляете, какое количество любителей приборного поиска в стране?
На форумах поговаривают, что количество любителей приборного поиска давно сравнялось с количеством любителей рыбалки.
До 2013 года люди ходили с приборами и искали металлические предметы, никто их не трогал, если они не заходили на территорию официальных памятников. И вдруг в мгновение ока, по прихоти верхушки археологов, захвативших финансовые потоки по так называемой «строительной археологии», часть антиквариата вдруг становится археологией, а миллион увлечённых людей — преступниками.
Чтобы принудить строительный бизнес к платным услугам, часть антиквариата назвали археологией. Под этот «квест» и попали поисковики. Вернее, не так: под флагом борьбы с «чёрными копателями», развернув в СМИ целую информационную войну, подняли планку археологии. В следствии чего, поставили новые условия для всех, кто прямо или косвенно касается работы с землей.
По официальной статистике в российских колониях на 1 января 2025 года отбывает наказание 313 тысяч заключённых. А тут в один миг, росчерком пера, из более миллиона поисковиков, путём повышения временной планки археологии, сделали миллион преступников.
Вот представьте, проснулись вы с утра и вам говорят: ты преступник. А вчера был добропорядочный гражданин.
Вот ведь что эти деятели учудили. Такого даже во времена СССР не было.
Но, попробуй привлеки миллион человек! Не то что сотрудников или их времени — бумаги не хватит.
Вспомните СССР, в котором якобы был тоталитарный режим. Ребята спокойно ходили по полям после дождя и собирали монеты визуально. Бабушки при копке огородов находили крестики, медяки, кулацкие схроны. Нумизматы и прочие коллекционеры «мелкого и безобидного» антиквариата собирались легально.
Да, их контролировали, но никто не тащил в кутузку за десяток царских монет.
— Как вы думаете, почему археологи сами не идут на места бывших деревень искать монетки, крестики, пуговки и подобные артефакты?
Никому эти массовые предметы не интересны кроме любителей.
Медные монеты уже сейчас похожи на корродированные обмылки. Их так и называют — «какалики». Мы их просто достали из земли и вернули в свет. И не переправили их ни в какую «заграницу» за миллионы долларов, как вещают некоторые историки и археологи.
Обыватель, получив по воле случая в руки любую «царскую» монету, начинает кричать: «Ох и ах, дорогущая, наверное!» — и бежит её продавать антиквару. А тот за неё предлагает 20 рублей. «Обмануть хочет!» — кричит обыватель.
А вот и нет: большинство подобных монет так и стоят. Потому, что их начеканили много и спрос на них отсутствует.
А дорогие монеты — это редкие!
Когда монеты выходят из повседневного оборота и перестают быть наличностью, их несут на обмен государству — если оно проводит подобную акцию. Если же нет, то их отдают играть детям или просто выкидывают.
Монеты и другие вещи, если их не переплавили, не исчезают в пространстве, они все здесь: в земле, в коллекциях, в сундучках у бабушек, в антикварных магазинах. Если человек не интересуется ими, то они ему кажутся чем-то редким и дорогим.
Мы не похитили данный антиквариат, мы лишь переместили его из одной проекции в другую.
— Археологи говорят, что вы уничтожаете информацию о данных находках.
Какую информацию несет медная монетка, отчеканенная миллионными тиражами, найденная на территории постсоветской деревни? То, что здесь жили люди и в XIX веке? Так эта информация есть в письменных источниках.
Пока не отделят по времени и степени исторической ценности антиквариат от археологии, как это сделано в нормальных демократических странах, люди так и будут ненавидеть этих ученых, ведь те создают проблемы своими преобразованиями не только коллекционерам, антикварам и поисковикам, но и всем фермерам, строителям и прогрессу.
Строителям — понятно почему: бизнес, деньги в карманы заинтересованных лиц. А почему другие должны из-за этого страдать?
— Что было вашей основной целью при выборе данного увлечения?
Отдых и интересное времяпровождение. Помню, раньше наш обед на природе длился не менее двух часов. Брали котелки, мясо, напитки и готовили, как в заправском походе, — на всё хватало времени.
Иногда подготовка к поездке занимала больше времени, чем сама «экспедиция» и поиск.
Это сейчас весь день проводишь на ногах, лишь бы выцепить пару монет. Пару бутербродов на бегу, чашка чая из термоса — весь обед.
А тогда широта поиска была иная, залихватская.
— Стали бы вы кладоискателем сегодня?
Мой честный ответ — НЕТ! Если бы мне сейчас предложили заняться подобным хобби с нуля, я бы вряд ли согласился. Разве что ради пеших походов на дальние расстояния. За день с металлоискателем и лопатой наматываешь столько километров, что ни одна аэробика не сравнится.
Движение — жизнь.
— Это ваш личный гимн?
Нет. Мой именной гимн в данном хобби: «Вперёд к мечте!» И как бы это романтично до сих пор не звучало, становится кладоискателем сейчас, я думаю, — утопия.
Сегодня можно найти множество других хобби, в которых можно активно и с пользой проводить время.
— Чтобы вы посоветовали молодёжи сейчас?
Если вас тянет к поискам сокровищ, то можно себя сильно не утруждать — взять и купить то, что находят кладоискатели и поисковики. Поверьте мне, сейчас покупка тех же монет в антикварном магазине обойдется вам дешевле, чем экипировка, подготовка специального автомобиля, траты на бензин и сами поисковые походы.
Занимайтесь коллекционированием: к примеру, нумизматикой, филобутонистикой или фалеристикой. Направлений коллекционирования сейчас очень много.
Созерцание истории, прикосновение к предметам старины и их изучение дарят не меньше удовольствия, чем сам момент обнаружения находки в земле. Это возможность обладать частичкой прошлого, сохранив её для будущих поколений.
Со временем, когда в руководство страной и РАН придут молодые, более продвинутые в плане демократии люди, уйдёт из науки коррупция, то возможно ситуация с поиском кладов изменится.
© Ксения Клифтлер (соавтор блога).