14 сентября 1812 года (2 сентября по старому стилю) армия Наполеона вступила в оставленную русскими войсками Москву. Император французов ожидал торжественной церемонии передачи ключей от города, делегации горожан с хлебом-солью, как это бывало в других европейских столицах. Вместо этого его встретили пустые улицы, брошенные дома и зловещая тишина.
“Странное завоевание, — записал в своем дневнике один из французских офицеров, — мы захватили город, но где же люди? Москва словно вымерший город. Будто мы вошли в гигантскую гробницу”.
Никто из французов тогда еще не подозревал, что через несколько часов эта “гробница” превратится в настоящий огненный ад. Пожар, охвативший Москву, станет одной из самых драматичных страниц кампании 1812 года и породит множество вопросов, на которые историки ищут ответы до сих пор.
Москва перед вторжением: город в тревожном ожидании
Чтобы понять, что произошло в сентябре 1812 года, нужно представить себе Москву тех дней. Древняя столица России представляла собой во многом еще средневековый город. Каменные дома составляли лишь около 20% застройки, остальное — деревянные здания. Узкие, извилистые улочки, деревянные мостовые, склады с сеном и дровами — всё это делало город крайне уязвимым для огня.
В начале сентября 1812 года Москва жила в тревожном ожидании. После Бородинского сражения стало ясно, что армия отступает к городу. Многие жители, особенно дворяне и богатые купцы, начали спешно покидать свои дома. Обозы с имуществом, экипажи, телеги забили дороги, ведущие на восток. По воспоминаниям современников, цены на лошадей и повозки выросли в десятки раз.
Оставшиеся москвичи с тревогой ждали развития событий. Многие верили слухам о том, что под Москвой будет дано решающее сражение. Губернатор Фёдор Васильевич Ростопчин распространял успокаивающие “афишки”, в которых обещал, что враг никогда не войдет в город. Одновременно он приказал вывезти из Москвы пожарные насосы и инструменты — решение, которое позже вызовет много вопросов.
Входит Наполеон: торжество обращается в пепел
Наполеон въехал в город через Дорогомиловскую заставу. С Поклонной горы он любовался панорамой “восточной столицы” с её многочисленными церквями и золотыми куполами. “Вот он наконец, этот знаменитый город!”, — воскликнул император. Москва должна была стать его величайшим трофеем, кульминацией кампании.
Первую ночь Наполеон провел в Дорогомиловском предместье, а на следующий день переехал в Кремль. К этому времени в городе уже начались первые пожары. Сначала они вспыхнули в Китай-городе и торговых рядах. Французы не придали этому особого значения — пожары были обычным делом в городах начала XIX века.
Однако вскоре ситуация вышла из-под контроля. В ночь на 16 сентября (4 сентября по старому стилю) поднялся сильный ветер, и огонь начал стремительно распространяться по деревянным кварталам. К утру пожар охватил большую часть центра города. Языки пламени, подхваченные ветром, перебрасывались с дома на дом.
“Это было зрелище апокалипсиса, — писал французский офицер Сегюр. — Огромное море огня охватило весь город. Пламя, клубясь, переносилось с одной улицы на другую, освещая всё зловещим светом. Слышались взрывы, треск горящих балок и крыш, рушащихся с грохотом”.
Наполеон был вынужден спешно покинуть Кремль и перебраться в Петровский дворец за городом. “Этот народ — скифы! Сжечь собственную столицу! Какая решимость!”, — якобы воскликнул он, наблюдая за пылающим городом.
Свидетельства очевидцев: хаос и спасение
Немногие оставшиеся в городе русские прятались в подвалах или спешно покидали свои дома, спасаясь от огня. Семидесятилетняя москвичка Мария Волкова рассказывала в письме к родным: “Я собрала детей и мы побежали прочь от нашего дома, который уже занялся огнем. На улице творилось невообразимое. Люди метались, не зная куда бежать, всюду огонь, дым, треск… Французские солдаты пытались тушить пожар, но ветер был так силен, что все их усилия были напрасны”.
Другой москвич, купец Алексей Добров, вспоминал: “Мы укрылись в погребе каменного дома. Над нами бушевал огонь, слышались крики на разных языках. Когда на третий день мы вышли, то не узнали города — всё превратилось в дымящиеся руины”.
Французские мемуаристы также оставили яркие описания московского пожара. Капитан Лабом писал: “Никогда еще пожар не представлял зрелища более ужасного и вместе с тем более величественного. Это был океан огня, волнующийся от ветра. Воздух был раскален, дышать стало невозможно… Мы видели, как наши солдаты бросались в горящие дома, чтобы спасти женщин и детей, рискуя собственной жизнью”.
Масштабы бедствия: Москва в огне
К 20 сентября (8 сентября по старому стилю) огонь уничтожил примерно три четверти города. Из 9158 домов, существовавших в Москве до пожара, около 6500 были разрушены. Сгорели многие памятники архитектуры, церкви, библиотеки, архивы. Чудом уцелел Кремль, хотя некоторые его постройки были повреждены.
Для французской армии потеря Москвы как источника провианта и зимних квартир стала катастрофой. Солдаты были вынуждены разместиться среди развалин, добывая пропитание грабежом уцелевших домов и окрестных деревень.
“Наша победа обратилась в прах, — писал адъютант Наполеона. — Вместо богатого города, где армия могла бы отдохнуть и пополнить запасы, мы получили груду дымящихся руин”.
Кто поджёг Москву? Версии и свидетельства
Вопрос о том, кто ответственен за московский пожар, породил множество версий и теорий. Рассмотрим основные из них.
Версия 1: организованный поджог по приказу Ростопчина
Эта версия имеет немало доказательств. Еще до вступления французов в город московский генерал-губернатор Фёдор Ростопчин приказал вывезти из города пожарные насосы и инструменты. Это решение трудно объяснить иначе, как подготовкой к преднамеренному пожару.
Существуют свидетельства, что Ростопчин оставил в городе группу полицейских во главе с обер-полицмейстером Иваненко, которые должны были организовать поджоги. По некоторым данным, были созданы специальные команды “пожарников” (то есть поджигателей), которые должны были действовать по сигналу.
Сам Ростопчин в первые годы после войны не отрицал своей причастности к организации пожара, хотя позже в мемуарах отказывался от этой роли. В 1823 году он даже опубликовал брошюру “Правда о пожаре Москвы”, где утверждал, что пожар возник стихийно.
Интересно, что Ростопчин перед отъездом из Москвы сжег свою собственную роскошную усадьбу в Вороново, оставив записку: “Восемь лет я украшал это поместье, и жил здесь счастливо в кругу семьи. При вашем приближении, французы, четырнадцать тысяч крестьян, мне принадлежащих, покинули свои жилища, а я предаю огню свой дом, чтобы он не был осквернен вашим присутствием. Французы, я вам оставил два моих дома в Москве с убранством, стоящим полмиллиона рублей. Здесь вы найдете только пепел”.
Версия 2: стихийный поджог оставшимися жителями
Многие историки считают, что организованного плана поджога не было, а пожар был результатом стихийных действий оставшихся в городе москвичей. По этой версии, патриотически настроенные горожане, не желая отдавать свои дома врагу, сами поджигали их.
Есть немало свидетельств того, что французы ловили поджигателей — простых горожан с факелами и горючими материалами. Большинство из них были немедленно расстреляны без суда и следствия. По французским данным, было казнено около 400 предполагаемых поджигателей.
Эту версию подтверждают и некоторые русские мемуаристы. Так, купец Семен Маслеников писал: “Многие москвичи, уходя из домов своих, оставляли зажженные свечи у горючих материалов, дабы французам не досталось их имущество”.
Версия 3: поджог французами
Французская сторона, естественно, отрицала свою причастность к пожару. Однако некоторые историки считают, что часть пожаров была устроена самими французскими солдатами — либо случайно, из-за неосторожного обращения с огнем в деревянном городе, либо намеренно, во время грабежей и мародерства.
Есть свидетельства, что в первые дни оккупации в городе царил хаос, многие солдаты были пьяны, врывались в винные погреба и магазины. В такой обстановке пожары могли возникать просто из-за халатности.
Русский историк XIX века Михаил Богданович писал: “Многие пожары несомненно возникли по вине самих французов, которые, ища добычи, часто поджигали дома, чтобы выгнать оттуда укрывшихся жителей”.
Версия 4: комбинированная причина
Большинство современных историков склоняются к тому, что московский пожар был результатом сочетания нескольких факторов:
- Частично организованные поджоги по инициативе властей
- Стихийные поджоги патриотически настроенными жителями
- Неосторожное обращение с огнем французских солдат
- Естественные причины (засушливая погода, сильный ветер, деревянная застройка)
Интересно мнение историка Алана Палмера: “Первые очаги возгорания, скорее всего, были организованы властями. Но когда поднялся сильный ветер и огонь начал распространяться с неконтролируемой скоростью, пожар принял стихийный характер. К нему добавились и действия мародеров, как русских, так и французских”.
Наполеон и пожар: реакция императора
Для Наполеона московский пожар стал тяжелым ударом, как стратегическим, так и психологическим. Войдя в Москву, он рассчитывал на:
- Богатые запасы провианта для армии
- Удобные зимние квартиры для солдат
- Возможность заключить выгодный мир с Александром I
Пожар уничтожил первые две надежды. Французская армия осталась без достаточных запасов продовольствия и крова над головой. Третья надежда также не оправдалась — русский император отказывался вести переговоры, пока хоть один французский солдат оставался на русской земле.
По свидетельствам приближенных, Наполеон был потрясен масштабами пожара. “Что за ужасное зрелище! Это они сами! Сколько прекрасных зданий! Какое невероятное решение! Что за люди! Это скифы!”, — восклицал он, наблюдая за пылающим городом с холма.
В своих позднейших мемуарах, написанных на острове Святой Елены, Наполеон назвал московский пожар одной из главных причин краха всей кампании: “Если бы не пожар Москвы, я бы зимовал там со своей армией. Я бы организовал временное правительство в Петербурге, и Россия была бы покорена”.
Символическое значение: пожар в народной памяти
Московский пожар быстро стал символом национального сопротивления в русской культуре. Поэты, писатели, художники обращались к этому событию как к проявлению беспримерного самопожертвования.
Фёдор Глинка писал: “Мы сожгли Москву, чтобы не отдать её врагу. Какой еще народ способен на такую жертву?”
Лев Толстой в “Войне и мире” создал яркий образ пожара, символизирующего очистительный огонь, сжигающий всё наносное, чужеродное: “Москва, как губка, всасывала в себя завоевателей, чтобы уничтожить их”.
В советское время московский пожар рассматривался как проявление народного патриотизма, как символ непокоренного народного духа. Многие художники (В. Верещагин, А. Смирнов и др.) создали картины, изображающие горящую Москву — эти образы вошли в общую культурную память.
Исторические последствия: пожар как стратегическое событие
Каково же было реальное стратегическое значение московского пожара для хода войны?
Прежде всего, пожар лишил французскую армию возможности комфортно перезимовать в городе. Наполеон остался в сожженной Москве на 34 дня (с 14 сентября по 19 октября), но это пребывание превратилось в затяжную агонию. Солдаты были вынуждены размещаться в руинах, добывая пропитание грабежом уцелевших домов и окрестностей. Дисциплина в армии начала разлагаться.
Еще более важным стало психологическое воздействие пожара. Для французских солдат это было шокирующее свидетельство решимости русского народа. “Эти люди готовы сжечь собственную столицу, чтобы не отдать её нам. Как можно победить такой народ?”, — писал в дневнике французский офицер.
Не менее важно, что пожар, как символическое событие, сплотил русское общество. Если до этого в дворянских кругах существовали профранцузские настроения, то после пожара Москвы даже самые убежденные галломаны перешли в лагерь патриотов.
Историк Евгений Тарле писал: “Московский пожар ознаменовал переход войны из разряда обычных военных конфликтов в разряд национально-освободительной борьбы всего народа”.
Современные исследования: что говорят историки XXI века
Современные историки, опираясь на новые архивные данные и методы исследования, предлагают более нюансированный взгляд на события сентября 1812 года.
Российский историк Алексей Васильев, автор монографии “Загадка московского пожара 1812 года”, после изучения сотен документов приходит к выводу, что поджог был организован российскими властями, но не по прямому приказу из Петербурга, а по инициативе московского генерал-губернатора Ростопчина.
“Существовал план поджога стратегических объектов — складов, арсеналов, мостов, — пишет Васильев. — Но из-за спешки и хаоса эвакуации огонь распространился дальше, чем планировалось. Сильный ветер довершил дело, превратив локальные пожары в общегородской”.
Французский историк Мари-Пьер Рей в книге “Ужасная трагедия” придерживается версии комбинированных причин: “Первые поджоги были организованы русскими властями, затем добавились стихийные действия патриотов и неосторожность французских солдат. Но без сильного ветра катастрофа не приняла бы таких масштабов”.
Интересна точка зрения американского историка Адама Замойски: “Пожар Москвы был одновременно трагедией и спасением для России. Он лишил город богатств, накопленных поколениями, но стал символом несгибаемого сопротивления, вдохновившим всю нацию”.
Уроки московского пожара: жертва, которая изменила ход истории
Что можно сказать о московском пожаре с позиций нашего времени? Какие уроки мы можем извлечь из этого трагического события?
Прежде всего, московский пожар показал, что материальные ценности могут быть принесены в жертву ради высших целей — независимости и свободы родины. Этот урок остается актуальным во все времена.
Во-вторых, пожар продемонстрировал, что моральный дух народа может быть сильнее самой грозной военной машины. Наполеон, завоевавший почти всю Европу, не смог покорить народ, готовый на такие жертвы.
В-третьих, этот исторический эпизод напоминает нам, что в критические моменты истории иногда приходится делать мучительно трудный выбор между меньшим и большим злом. Потеря древней столицы была страшным ударом, но эта жертва в конечном итоге спасла всю страну.
Наконец, московский пожар стал символом национального единения. В момент опасности различия между сословиями, политические разногласия, личные амбиции отступили на второй план перед лицом общей угрозы.
Московский пожар 1812 года — это не просто историческое событие. Это метафора национального характера, символ способности к самопожертвованию ради высшей цели. И, возможно, именно поэтому он продолжает волновать умы и сердца людей уже более двух столетий.
Современник событий, поэт Василий Жуковский так писал о московском пожаре:
“Москва… пылающая Москва! Благословенна будь в веках, Ты жертвой пав, спасла державу, И возрожденная из праха, Ты ныне памятник живой Величью русского народа”.
Заключение: огонь, который изменил Европу
Подводя итог, можно сказать, что московский пожар стал поворотным пунктом не только Отечественной войны 1812 года, но и всех Наполеоновских войн. Он ознаменовал начало конца французской империи Наполеона.
Потеряв Москву как базу для зимовки и источник снабжения, Наполеон был вынужден начать отступление в условиях приближающейся русской зимы. Это отступление превратилось в катастрофу для Великой армии. Из 600 тысяч солдат, вторгшихся в Россию, обратно вернулись лишь около 30 тысяч.
Московский пожар стал символом непокоренности России, примером для других европейских народов. Вскоре против Наполеона восстали пруссаки, австрийцы, другие народы Европы. Менее чем через два года союзные армии вошли в Париж, а Наполеон отправился в свою первую ссылку на остров Эльба.
Как писал историк XIX века Николай Карамзин: “Пожар Москвы осветил всю Европу пламенем свободы”.
И сегодня, спустя более двух столетий, загадка московского пожара остается одной из самых интригующих тайн мировой истории. Кто отдал приказ? Было ли это спланированной акцией или стихийным проявлением народного сопротивления? Мы, возможно, никогда не узнаем всей правды. Но мы знаем главное: этот пожар стал символом несгибаемой воли народа, готового на величайшие жертвы ради свободы своей родины.
Завтра мы продолжим наше путешествие по страницам истории Отечественной войны 1812 года и обратимся к, пожалуй, самому драматичному её эпизоду. В статье “Отступление Наполеона: природа против армии или что-то еще?” мы рассмотрим знаменитое бегство Великой армии из России. Действительно ли “генерал Мороз” был главным победителем Наполеона? Какую роль сыграли партизаны и казаки? И почему император, славившийся своим стратегическим гением, допустил столь катастрофические ошибки при отступлении? Не пропустите эту захватывающую историю о крахе величайшей военной машины своего времени и о цене имперских амбиций!