Шторм отгремел. Волны лжи, ревности и предательства, бившиеся о борт общего корабля, наконец-то улеглись. Осталась тихая, уставшая гладь — и невероятная, звенящая тишина после долгой бури. В такой тишине уже не слышно криков. В ней слышно только собственное сердце и далёкий, едва уловимый шум прибоя. Шум нового берега. Пора собирать то, что уцелело, и плыть. Не назад — в прошлое, затонувшее навсегда. А вперёд — к тихим гаваням и незнакомым, но своим берегам. Спустя месяц
— Танюш, ты обещала.
— Андрей, что за ребячество?
— Ты обещала Дмитричу. А теперь закрой глаза и доверься мне. Андрей ловко завязал ей глаза шёлковым платком и осторожно повёл вперёд. Шаги эхом отдавались в большом, пустом пока помещении. Внезапно вокруг раздались дружные аплодисменты, смех и крики «Сюрприз!». Таня, не выдержав, сорвала повязку. Перед ней стояло не просто здание — стояла её мечта. «Оранжерея» была даже прекраснее, чем она рисовала в воображении. На первом этаже — море зелени и цветов под высокими стек