Минувшей ночью в Москве скончался Олег Иванов, известный в криминальных кругах Новосибирска как «Иваненок» или «Чечен». Город, который сегодня позиционирует себя как центр науки, IT и промышленности, менее чем три десятилетия назад жил по совсем иным законам.
В 1990-е годы имя Иванова звучало в Новосибирске не менее весомо, чем фамилии губернаторов или мэров. Он был не просто участником, а архитектором той самой «Первомайской» группировки, чьи интересы простирались от казино до пищекомбинатов, от спортивных клубов до районных рынков. В те годы, когда власть в городе часто зависела не от законов, а от договоренностей за закрытыми дверями, «Чечен» умел находить общий язык и с ворами в законе, и с представителями региональной элиты. По данным региональных СМИ тех времен, его влияние было не только криминальным: он финансировал местные инициативы, покровительствовал спортсменам, участвовал в распределении коммерческих потоков, которые формально должны были регулироваться государством.
Его влияние на жизнь Новосибирска было не абстрактным. Именно в этот период в Первомайском районе возникли первые крупные игорные заведения — «Эсмеральда», «Жемчужина», «Медведь». За каждым из них стояли не только бизнес-планы, но и кровавые расправы. Убийства Игоря Шулякова («Хипаря»), Владимира Упорова («Упора»), Дмитрия Панова и других фигур того времени — все это было приметами того времени. Жители Первомайки помнят, как по утрам находили машины с пробитыми стеклами, как полиция годами не могла установить личность убитых на мосту через Иню или у ворот коттеджей в Заельцовке.
Для многих новосибирцев тех лет криминальная война была не метафорой, а реальностью. Родители запрещали детям гулять после девяти вечера, таксисты отказывались везти пассажиров в определенные районы, а владельцы небольших торговых точек платили деньги за «крышу», чтобы избежать поджогов или избиений. Власти, ослабленные системным кризисом, не всегда могли противостоять этим процессам. Даже правоохранительные органы тогда действовали выборочно — то ли из страха, то ли из корысти. В таких условиях фигуры вроде Иванова становились не просто теневыми правителями, а своего рода арбитрами порядка — пусть и жестокого, но предсказуемого.
После смерти криминального авторитета Антипова появился новый вор в законе
Особую роль Иванов играл после устранения своих бывших соратников. После гибели Шулякова, который успел перед кончиной обвинить именно «Чечена» в организации покушения на него в алтайском Артыбаше, Олег Иванов стал де-факто главой всей структуры. Его редко видели на публике, он избегал малиновых пиджаков и пафосных заявлений, предпочитая работать в тени. Но именно эта сдержанность, возможно, и спасла ему жизнь — в отличие от многих других, он пережил не одно покушение, включая перестрелку 2002 года на улице Кошурникова, где киллеры оставили на месте два автомата Калашникова.
Тот инцидент до сих пор вызывает вопросы у следователей и историков криминала. Как трое вооруженных до зубов боевиков оказались в подъезде обычного жилого дома? Почему они не использовали глушители? Почему один из них пытался спуститься с крыши по веревке, словно в голливудском боевике? И главное — кто знал, что именно в тот вечер Иванов будет провожать знакомую именно в этот дом? Ответы на эти вопросы так и не были найдены.
Осужденный в 2007 году на 12 лет за заказное убийство, Иванов после освобождения уехал в Москву, где занялся легальным бизнесом. А многие из тех, кто начинал карьеру при «Чечене», сегодня занимают различные посты в торговле, строительстве, даже в общественных советах при администрации региона.
Загадочные смерти новосибирских воров в законе — как они погибали и почему умер Антип