Масличная лихорадка: почему мы больше не верим зерну?
Давайте признаем честно: сеять пшеницу в 2026 году становится делом для фанатиков или тех, кому уже совсем нечего терять. Мы все видим, что происходит. Заходишь на элеватор — там горы зерна, которое никому не нужно по нормальной цене. А заходишь в магазин запчастей — там ценники такие, будто шестеренки из золота отливали.
В этом сезоне российский аграрий сделал свой выбор. Мы голосуем гектарами. В этом году под масличные отдали больше 21 миллиона гектар — это на 11% больше, чем в прошлом. Почему? Да потому что кушать хочется сегодня, а не когда «рынок стабилизируется». Масличные — это сейчас единственная «соломинка», за которую держится и крупный холдинг, и простой мужик на тракторе.
Цифры, от которых не спрятаться
Эксперты обещают нам рекорд в 34,5 миллиона тонн валового сбора. Казалось бы — радуйся! Но мы-то знаем, какой ценой этот рекорд дается. Солярка подорожала на 15%, удобрения подскочили на 20%, а запчасти... про запчасти мы с вами уже говорили, там вообще без слез не взглянешь. В среднем посевная обошлась нам на 15-18% дороже, чем год назад.
И вот тут начинается простая математика. Если пшеница едва покрывает затраты, то подсолнечник, рапс и лен дают ту самую маржу, на которую можно купить хотя бы пару новых «китайцев» или выплатить зарплату механизаторам без задержек.
«Золотой» рапс: работа для сильных духом
Рапс в 2026 году — это настоящий хит. Его посеяли почти на 3 миллионах гектар. Почему? На него бешеный спрос. Мир хочет биодизель, мир хочет масло, а Китай готов забирать всё, что мы вырастим.
Но рапс — культура коварная. Это вам не пшеница: посеял и забыл до жатвы. Рапс — это постоянные «танцы с бубном» вокруг вредителей. Чуть зевнул — и долгоносик сожрал твою прибыль вместе с листьями. Однако рентабельность в 40-42% заставляет мужиков рисковать. Те, кто научился его выращивать, сегодня на коне.
Трагедия подсолнечника
С семечкой в этом году ситуация двоякая. Вроде и площади выросли, и спрос есть, но природа подложила свинью. На Юге — засуха, в Черноземье — странная аномалия: вроде шляпка стоит большая, а внутри пусто. Масличность упала.
«Смотришь в поле — загляденье, а начинаешь убирать — семечка пустая. Вместо ожидаемых 30 центнеров берем 15-18. И масличность 42% вместо положенных 46%. Переработчики сразу начинают крутить носом и сбивать цену», — жалуются знакомые фермеры из-под Воронежа.
Рентабельность подсолнечника всё еще может достигать 70%, но это если повезет с погодой и если переработчики не «задушат» диспаритетом цен.
Лен и соя: тихие спасители
Масличный лен — это вообще отдельная песня. Его в этом году соберем под 1,7 млн тонн. Он неприхотлив, его обожает экспорт, но и тут нам «помогли» — ввели экспортную пошлину в 10%. Власти говорят: «Перерабатывайте внутри страны». Мы-то не против, только где эти заводы в каждом районе? Пока лен остается единственной культурой, которая позволяет выжить тем, у кого земли победнее и климат пожестче.
Соя тоже бьет рекорды по площадям (почти 5 млн га), но цена на нее к сентябрю просела почти на 17%. И всё равно она выгоднее зерновых. Почему? Потому что животноводство растет, шрот нужен всем, и спрос на белок будет только увеличиваться.
Что в итоге?
Мы с вами оказались в ситуации, когда традиционное «хлеб — всему голова» сменяется на «масло — всему кошелек». Это не плохо и не хорошо, это реальность. Мы адаптируемся. Мы учимся сеять новые культуры, разбираться в химии и ловить моменты на бирже.
Главная боль — это не отсутствие урожая. Урожай-то мы вырастим, у нас руки из нужного места растут. Главная боль — это когда наши рекорды оборачиваются против нас снижением цен и ростом пошлин. Но, как говорится, «глаза боятся, а руки пашут». Земля не любит пустоты, и пока на масло есть спрос — мы будем его давать.
Подписывайтесь на наш телеграмм: