Девятая серия
Искать, где бы остановиться, долго не пришлось. Гостиниц в «транзитке» оказалось предостаточно. Наш выбор ожидаемо пал на гостевой дом с меблированными комнатами с громким названием «Новая Россия».
— Ну что-с, господа? Назад в Россию? — улыбаясь масляной улыбкой, предложил Моголиф.
Мы вошли в здание гостиницы. При входе над дверями брякнули колокольчики, и мы очутились в холле. Нас встретил светловолосый мальчуган с аккуратной стрижкой на пробор в белой рубахе с коротким рукавом и чёрных шортах. На ногах высокие гольфы и сандалии.
— День добрый, господа, — услужливо приветствовал мальчуган.
— Добрый, добрый, — с глубоким вздохом ответил Терентий, разглядывая скромное убранство холла.
— Желаете заселиться? — сразу перешёл к делу предприимчивый мальчишка.
— Было бы не плохо. Зови хозяина, — не обращая особого внимания на парнишку, кинул Моголиф.
Парень тут же исчез. Я огляделся. Холл неожиданно просторный с высоким потолком, снаружи казалось, что внутри будет теснее, чем есть на самом деле. Стены обиты тонкими досками и окрашены в бежевый цвет. Диван, пара кресел, столик. Пальма в углу. Полукруглая стойка и дверь за которой исчез белобрысый мальчуган.
Хозяин не заставил себя долго ждать. К нам вышел низенький, почти облысевший мужчина. Он сладко зевнул, за что тут же принёс свои извинения, пояснив, что сейчас сиеста и он прилёг после обеда отдохнуть, так как в такую жару никак не ждал к себе постояльцев.
— Нам только на одну ночь, — начал я, — завтра мы намерены отбыть в Ново-Сад.
— Как будет угодно господам, — равнодушно признался хозяин, — у нас редко задерживаются больше чем на пять дней.
— Разве так можно-с? — недоверчиво спросил Моголиф, — Нам рекомендовали покинуть Транзитную Зону скорее.
— Ай, — отмахнулся хозяин «Новой России», — кого вы слушаете? Этих служак? Они рады, чтобы здесь вовсе никто не появлялся веки вечные. Им работы меньше и проблем. А нам как жить?
— О, чего же так? Нам сказали здесь бывает очень многолюдно, — вспомнил я недавние разговоры.
— Бывает. Это так, — нехотя согласился хозяин гостиницы, пожимая плечами, — иногда много, иногда мало. Но у нас и гостиниц предостаточно. Конкуренция знаете ли.
— За порядком тоже военные следят? — уточнил я.
— Хех, — усмехнулся хозяин гостиницы, —следят они, как же. Пока до серьёзной перепалки не дойдёт, никого из казармы палкой не выгонишь.
Мне стало интересно, и я спросил:
— Здесь и перепалки случаются? Да ещё такие, что разнимать приходится?
— А то, — с ухмылкой рассказывал хозяин гостиницы, — люди разные прибывают. Иногда, и сброд всякий попадает, и жульё, и охотники до лёгкой наживы. Если честно, то и до нормальных людей порой не сразу доходит, что мир совсем другой, пора менять привычки. Но, у многих адаптация так и заканчивается на рудниках.
— Милейший, как вас там… — прервал его Терентий.
— Валерий Дергач, — с улыбкой представился хозяин, — Дергач — это мой позывной, так что можно просто Валерий.
— Валерий, мы не собираемся здесь долго торчать, — ещё раз пояснил Моголиф, — нам нужны комнаты только на ночь. Мы намерены завтра покинуть вашу транзитку. Багажа у нас нет’с.
— Нет проблем, — тут же перешёл к делу Валерий, — вам одноместные комнаты или господа дружат…
Дергач как-то хитро улыбнулся и пожал плечами.
— Нам отдельные, — уверенно и твёрдо внёс ясность я. Мои друзья могли ещё не знать о разнуздавшейся толерантности в моё время.
— Никаких проблем, никаких проблем — залепетал Валерий, — двадцать дихрам за ночь и десять в счёт депозита.
Мы выложили на стойку деньги и забрали ключи от номеров.
— Во сколько у вас зовут к ужину? — осведомился Моголиф.
— К сожалению мой повар сбежал… Сбежала, — с глубоким вздохом сожаления уточнил Дергач, — но мы с сыном не унываем. В наших краях сложно нанять хорошего повара. Если угодно, то лучше отужинать в Трактире у Эрика, у него прекрасная кухня, — посоветовал Валерий.
Мы поблагодарили хозяина «России» за совет и отправились по своим номерам. Белобрысый сын Дергача, Дергач младший, проводил нас по лестнице на второй этаж и любезно указал кому где расположиться.
Одноместные номера располагались на втором этаже по правую сторону. Комната ничего особенно из себя не представляла. Обстановка проще некуда. Кровать, тумбочка, небольшой письменный стол. На столе с графин воды и чистые стаканы на подносе вверх дном. Узкий шкаф в углу, с двумя створками. Незатейливая люстра над столом. Телевизора в номере нет. Наверное, их не ставили в номерах «транзитки» чтобы не шокировать новоприбывших, вроде Димы Моряка, а может причина в чём-то другом.
Я наконец-то скинул сапоги и плюхнулся спиной на кровать. Удобно. Кровать не скрипучая, в меру твёрдая, подушка в изголовье мягкая. Я вытянулся, но спать не хотелось, хотелось немного поваляться и расслабиться.
В памяти снова всплыл образ Сары Хелен. Сказать по чести, у меня весьма посредственная память на лица, но вот образ Сары чётко отпечатался в моём сознании, словно я виделся с ней всего мгновение назад. В моей душе словно защемило.
«Как же мне найти её? И как она смогла так быстро исчезнуть? Постой, — вдруг сообразил я, — так она же не исчезла. Она же здесь в Транзитной Зоне! Что мне мешает навести о ней справки? Да ничего не мешает. Но та девушка, что оказалась на её месте в кабинете, сказала, что никакой Сары не знает… Ничего не понимаю. Была Хелен или нет? Конечно же была! Я видел её! Я говорил с ней! Она меня укола. Больно было, точно помню».
Чтобы уйти от неприятных домыслов и догадок о таинственной Саре Хелен я достал брошюрку.
«Надо как-то отвлечь себя от путанных мыслей», — решил я и продолжил устное ознакомление с новым миром.
А интересного в новом мире есть чего. Совсем этот мир, не похож на мой. Хоть с первого взгляда всё одно и тоже. Но уровень жизни иной. Наверняка есть новые технологии и для меня, другие законы и порядки. Сразу всего не охватить.
«Ладно, надо для начала надо добраться до Порта-Питера, — начал я строить планы, — устроиться пока хоть как-то. Определиться что к чему. Увеличить запас наличности, завести новые знакомства. Тогда будет понятно, как устроить свою жить».
Работы я не боюсь. Никогда я не чурался труда и никогда не понимал тех, кто на труд смотрел с презрением. Вот Терентий Моголиф точно из тех, кто физически работать не станет. Есть в нём что-то жуликоватое. Есть и всё тут, не смотря на его подачу как благородного человека. Любой прохвост первым делом должен уметь втереться в доверие.
Дима Моряк другое дело. Он человек простой, как святая простота. Возможно чрезмерная простота тоже не лучший вариант для продуктивного сотрудничества. О дружбе пока говорить рано. Что имеем то имеем.
Я прикрыл глаза и представил случайную встречу с Хелен где-нибудь на улицах Порта-Питера. Почему бы и нет? Она же говорит на русском, значит нельзя исключать вероятность того, что мы можем встретиться в столице славян. Возможно, она владеет и другими языками, и жить в иной агломерации, в таком случае найти её будет намного сложнее. Впрочем, о чём это я? Она ведь из шанти, а значит и жить должна в этом своём Харамгунбазе. Тогда как она попала в эту «транзитку»? Это что же значит, не все шанти сидят под чудо-куполами?
Я твёрдо для себя решил, что найду Сару Хелен. Не успокоюсь пока не найду! Кем бы она не была, в каких бы отношениях не состояла, а я хочу её найти. Не смогу я жить спокойно, пока не увижу её хотя бы ещё разок. Эх, только бы встретить её. Уж тогда-то я сделаю всё, чтобы завязать знакомство. И главное, я же не струсил! Смерти не испугался, это добавляет мне баллов. Каких баллов? Не знаю каких, каких-нибудь.
Неожиданно для себя, я вдруг осознал, что безнадёжно влюблён в девушку, которую совершенно не знаю. Разве такое возможно? Разве это не странно? Выходит, что возможно, хотя, как по мне, так очень странно. Но, сам со своими странностями и сомнениями я совладаю, нет проблем. Совладаю ли я с тем чувством, которое так внезапно возникло. И зачем мне это? Может забыть Сару, выкинуть из головы. Раньше ведь легко получаюсь. А вот сейчас не получается. Выходит, что порой из головы проще выкинуть, чем удалить из сердца, то что в нём глубоко засело и пустило корни. Никаких сомнений нет, я влюблён. Влюблён горячо и безнадёжно. Я хочу жить только ради одной Сары Хелен. Мне ничего взамен не надо. Маниакальная непосредственность какая-то. Хочется мне и всё тут. Никогда прежде мне ничего подобного испытать не доводилось.
«А если я больше не увижу её никогда, — терзался я унылыми мыслями, — не встречу мою любимую. Мою Сару Хелен. А что у меня есть? Её образ, который заклеймил мою память. Безумие? Я схожу с ума? Пусть. Плевать. Если безумие выглядит так, я готов его принять. Только бы быть рядом с Хелен».
Я твёрдо решил, что этим же вечером пойду в расположение воинской части и выведаю хоть что-то о Саре Хелен. В конце-то концов, разве это такая уж большая тайна? Разве так сложно пойти мне навстречу в таком пустяшном вопросе? Я же не дочь царскую разыскиваю, а простую девушку санитара. Не верю, что больше её никто не видел. Она же не призрак, не плод моего здорового воображения? Сара всадила мне укол, это я чувствовал, болючий зараза.
Только я припомнил про укол, как вдруг почувствовал непроизвольное сокращение мышц по всему телу. Словно волна пробежала. Почему-то вдруг, мои мышцы решили пожить собственной жизнью, без моего участия. И тут моё тело начало странно дёргаться, а конечности нервно подпрыгивать.
«С чего вдруг? Перенервничал? Переутомился? Перенапрягся?» — зашевелись тревожные мысли.
Я приподнялся на локтях, задрал гимнастёрку. Мышцы продолжали свою бесконтрольную пляску. И тут всё тело резко скрутило, да так сильно, что я сжал челюсти до скипа зубов. Я чувствовал каждую свою мышцу, даже те, о которых прежде не подозревал или на которые никогда не обращал внимания. Мышечная ткань внутри меня затрещала, тихим неприятным треском. Меня словно отжимали чьи-то крепкие невидимые руки, как старую половую тряпку. Протяжный стон вырвался откуда-то из живота. Стон сменился на тихий скулёж и потянулся по номеру, я не мог его не остановить, не контролировать. Перед глазами, беспорядочным фейерверком посыпались красные круги, вылетая один из одного. Невыносимая боль пронизывало всё моё существо. Я приготовился попрощаться со своим сознанием, как жёсткий и неожиданный паралич мышц меня отпустил. На смену ему пришла лихорадка.
Я забился в конвульсиях. Ноги стали подпрыгивали сами по себе вверх и пинать друг друга. Руки размахивались и лупили по кровати, по телу, по лицу, будто они не мои. Не прошло и минуты таких дёрганий, как всё тело пустилось в страшную пляску агонии. Оно само по себе тряслось и дрыгалось, переворачивалось и крутилось на кровати. К несчастью, мозг всё ещё оставался в сознании. Уж лучше бы мне всего этого не чувствовать и не помнить.
«Не похоже на лёгкое недомогание! Всё-таки Сара вколола мне не антидот от вируса», — мелькнула очевидная мысль, но нисколько не напугала меня. Я вдруг сам для себя нашёл позитив во всём происходящем. Ведь это ещё одно свидетельство, что Сара Хелен живой человек, она есть, она существует и я с ней разговаривал. Если бы я мог улыбаться, я бы наверняка улыбнулся, но мышцы лица тоже меня не слушались и лицо продолжало строить самые невообразимые рожи, непонятно кому.
В дикой лежачей пляске, я дотанцевал до края кровати и свалился на пол. Теперь меня «раскидывало» по всему полу. Внутри пару раз вспыхнули молнии, тело пробило током. Тело изогнулось мостиком, и я повалился на бок. Неистовое, самопроизвольное «веселье» моего тела закончилось.
— Гадство! — вырвалось у меня.
Я пошевелил пальцами. Какое счастье, кажется тело решило вернуться под мой контроль. Я чувствовал, что каждая мышца всё ещё напряжены до придела, до боли. Я начал скидывать напряжение с мышц и через минуту совершенно обмяк. Тело полностью вернулось под контроль мозга. Но я настолько обессилил, что не мог даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы забраться на «Эверест», которым сейчас представлялась кровать.
Я валялся на полу без сил, лёжа на животе в странной позе. Правую руку я придавил своим телом. Левую руку, я каким-то образом закинул через голову и теперь видел перед собой, кисть со скрюченными «куриной лапкой» пальцами. Левая нога прямая, правая согнута в колене и закинута на левую. Длинная, тягучая слюна сползла по губе на пол. Стало неприятно и даже противно. Я бы поморщился, но и на это сил не осталось. Был и положительный момент во всём этом, по крайней мере удалось не обделался после обеда с пивом и кучей различных колбас. Меня даже не стошнило. Я чертовски устал. Глаза закрылись сами собой и как бы противно не было, я сладко уснул в луже собственных слюней.