Он не боялся брать ответственность на себя. Был случай, когда в группе, проектирующей посадочный лунный модуль, шла долгая дискуссия: какую поверхность имеет Луна. Выдвигались равнодостоверные аргументы в пользу многометровой пыли, песчаной пустыни, твёрдой поверхности… Отсутствие решения стало тормозить дальнейшую работу, существенно влияя на конструкцию посадочного модуля. Присутствующий на очередном безрезультатном заседании Сергей Павлович взял лист бумаги и написал: «Луна — твёрдая. Королёв». И оказался прав. Он смотрел только вперед, мечтал о межпланетных путешествиях, и все его думы были где-то там, в «прекрасном далёко», которое он искренне мечтал приблизить для землян. Человек много переживший, он писал: «Самое трагическое состоит в том, что они не понимают, как все-таки много общего между тогдашней и сегодняшней жизнью. Иной раз проснешься ночью, лежишь и думаешь: вот, может, уже нашелся кто-нибудь, дал команду — и эти же охранники нагло войдут сюда и бросят: «А ну, падло, с