Эта история началась давно, когда мы стали людьми. А до этого были животными. Мы и остались животными с точки зрения биологии, но я о другом…
О том, что у нас есть «Я» (самосознание) и чувство собственной уникальности по этой причине. Называть человека «животным» вне разговора о биологии является оскорблением. Как получилось так, что с обретением «Я» мы стали не похожими на весь остальной животный мир? А что говорит об этом наука?
Поговорим о самосознании. Для чего наш вид обрёл этот видовой признак в ходе эволюции? Меня интересует в первую очередь, какие задачи были решены с точки зрения выживания и развития вида. С этого ракурса на эту проблему не смотрит никто из создателей Искусственного Интеллекта. А я уверена, что Сильный ИИ (осознающий себя) может возникнуть по той же причине, по которой возникло самосознание людей - для распределения власти и ответственности внутри группы.
На данный момент ИИ не несёт ответственности за принятые решения, не думает, не сомневается, не относится критически к результатам своей работы, не осознаёт себя подобно естественному интеллекту. И некоторые фантазеры верят, что всё это появится само собой.
Когда-то давно слово «Я» в любом языке означало древнее имя Бога, которое произносили, чтобы заявить о себе и своих правах. У некоторых племен до сих пор местоимение первого лица обозначает не только человека (я), но и всю группу (мы), а также того, кто всех их объединяет — духа-покровителя. Я не утверждаю, что мы произошли от древних богов, я объясняю как мистические воззрения появились в человеческом обществе и почему они пронизывают язык и культуру по настоящее время. Почему без них не возникло бы наше «Я» как ощущение присутствия неизвестного невидимого наблюдателя внутри нас.
Есть одна научная теория о том, как это произошло, которая мне близка. Я периодически возвращаюсь к ней в своих публикациях, каждый раз стараясь дать больше. Автор этой концепции мой отец, доктор философских наук Мозжилин С.И.
Самосознание… Нам кажется, это что-то очень личное, скрытое от других, принадлежащее только нам, над чем мы имеем полною власть. Между тем, оно даже не появляется у человека без окружающих людей и общения на естественном языке. Парадокс?
Мы не рождаемся с ним. Мы начинаем ощущать в себе «Я», только общаясь с людьми, у которых уже есть «Я». Наше «Я» приходит извне в этом смысле. У детей-маугли, которые первые годы жизни провели вне человеческого общества, способность называть себя «Я» вслух и мысленно, не формируется впоследствии. А без этого не может быть ощущения в себе невидимого собеседника, с которым мы мысленно говорим, спорим, перед которым отчитываемся, испытываем муки совести, у которого ищем поддержку.
"В начале было Слово…"
Эта истина актуальна для каждого нового человека на планете. Именно Слово (язык и речь) формирует в нём самосознание и личность. Причём буквально. Когда-то то, что мы сейчас называем словом «Я», обозначало всю группу, в которой рождался человек, а также её невидимого духа-покровителя, в которого все верили. Речь не про эзотерику, а про то, как возникли первые религиозные представления людей и почему внешний невидимый наблюдатель(дух) проник в нашу психику и стал её частью. З.Фрейд эту часть «Я» назвал супер-Эго. В структуре нашего «Я» есть тот, кто желает чего-то и тот, кто разрешает и запрещает действия и желания.
В популярной психологии того, кто желает принято называть "внутренним ребёнком", а того, кто запрещает или разрешает - "внутренним родителем".
Но изначально человеческая психика формировалась не столько в детско-родительских отношениях, как в отношениях вожак-группа.
И правильнее часть «Я», ответственную за критику и самоконтроль, называть «внутренним лидером», а не «внутренним родителем». Корректное название раскрывает причину появления в ходе эволюции вида. Получить в подарок от эволюции «внутреннего родителя» так себе история, слабоватая. Мы получили гораздо больше. Мы обрели свободу управлять собой, опираясь на «внутреннего лидера», формируя своё представление о том, каким он должен быть в идеале. Те, кто боится навредить своим детям слишком жёстким или, наоборот, слишком мягким воспитанием, успокойтесь. Ребёнок строит своего "внутреннего лидера" исходя из всех примеров поведения окружающих его людей, героев фильмов и книг, а также архетипов, которыми символически пронизана вся культура. Именно поэтому, у требовательных родителей иногда вырастают дети с "синдромом отличника", а иногда разгильдяи. Человек неосознанно из всех предложенных идеалов выбирает тот, что ближе всего его натуре.
Может быть у вас возник вопрос, почему канал называется «Искусственный интеллект для детей и гуманитариев», а пишу я самосознании и естественном интеллекте?
Занимаясь с детьми программированием и ИИ как наставник и репетитор, я обязана говорить с ними о естественном интеллекте, чтобы они правильно относились к технологиям.
Никакого искусственного интеллекта, сравнимого с естественным пока нет. Случайным образом такие функции интеллекта как самосознание, способность делать нравственный выбор, ставить перед собой цели не появятся у языковых моделей. А людям, которые занимаются созданием искусственного интеллекта, чаще всего не интересно, как это происходит у человека. Потому что на данный момент выгодно из ИИ делать мыльный пузырь. Хотя некоторые всерьез полагают, что нейросети (само название манипуляция) скоро станут Скайнетом. Надо просто ещё больше данных для обучения.
Просто задумайтесь. У ребёнка самосознание появляется примерно в возрасте трёх лет. Не потому что он прочёл все книжки на свете, а потому что вовлечен в сложные социальные отношения, регулируемые языком. У него появляется «Я», потому что «Я» есть у окружающих взрослых. Вот как это работает.
-Я сказала тебе убрать игрушки?! - возмущается мать.
-А я думаю, ничего страшного, уберёт утром, - вступается за ребёнка отец.
А что происходит при этом? Почему каждый называет себя «Я» и при этом тянет одеяло на себя? «Я сказала!», «Я считаю!», «Я хочу!» и тд.
И каждый раз это «Я» обозначает того, кто хочет заявить о чём-то другим.
Чувствуете особую роль местоимения "я"? Не случайно ребенок сначала учится называть предметы, а потом уже у него появляется речь в лицах.
Не так сложно запомнить, что любое яблоко, мы называем яблоком. Все яблоки похожи. Мы не назовём грушу яблоком, тем более самолёт. А словом «Я» называет себя каждый. Независимо от пола, возраста, внешности.
И чем эмоциональнее разговор, тем больше в нём Я-конструкций. Как будто мы меряемся, чьё «Я» сильнее.
Почему мы такие разные, называем себя одним и тем же словом? Значит в нас есть что-то общее? Что общее? То, что мы люди? Но у нас и животные в сказках говорят и даже предметы. Может это что-то невидимое общее? Мозгу приходится искать это невидимое общее.
-Я устал! — кричит ребёнок. Возможно, за пару месяцев до этого, он ещё называл себя в третьем лице. «Петя уста!». И мама тоже с ним говорила как с маленьким и не требовала почти ничего: «Петенька устал, я раздену Петеньку и положу спать». Но теперь Петя понял, чтобы быть как взрослый, надо называть себя «Я».
Ребёнок начинает так делать чаще и чаще. Вместе со словом «Я» он примеряет на себя поведение взрослых. Слово «Я» таким образом ассоциируется как с собственными желаниями, так и с требованиями и поведением других. Их невозможно разорвать. «Я сделаю это! Я так хочу» - произносит или думает про себя ребенок, при этом он как будто продолжает спорить с окружающими.
Это потрясающе, правда? Наше «Я» появляется в тот момент, когда мы начинаем называть себя так. С другой стороны, до тех пор пока мозг не готов воспринимать «Я» как невидимого контролера собственного поведения ребёнок так себя не называет.
Интересно также другое. Почему нам всем кажется, что наше «Я» это что-то личное, но отдельное от нас, как будто это кто-то находящийся внутри нас, но возможно отделимый от нашего тела, имеющий вечную жизнь. Как мозг рождает эту иллюзию? Или не иллюзию. Разберёмся?
Согласитесь, в присутствии других людей, мы ощущаем себя иначе чем в одиночестве. Эти другие или другой могут иметь над нами некоторую власть (родитель, учитель, начальник), могут представлять опасность или вызывать симпатию и желание им понравиться. Присутствие другого человека рядом заставляет нас вести себя иначе. Осторожнее, вежливее, тише или наоборот активнее, громче, смелее или даже наглее.
А теперь представим, что происходит, когда присутствие других неявное. Вы вошли в дом и не знаете, есть ли в нём кто-то. Вы всё равно напрягаетесь, как будто кто-то есть. Где-то в доме, в другой комнате раздаётся звук, даже не голос, а ваш мозг трактует это в первую очередь как присутствие другого.
Наш язык, на котором мы учимся говорить с рождения, создает ещё более странную ситуацию. Ребёнок начинает активно произносить слово «Я» вслух или мысленно и его мозг приходит в состояние похожее на то, когда рядом кто-то есть, даже когда он находится в одиночестве. Слово «Я» как ни странно не даёт забыть о других. Ведь словом «Я» называют себя все окружающие, это слово заставляет возбуждаться те зоны мозга, которые отвечают за реакцию на присутствие другого человека. Но это присутствие неявное, неуловимое, не осознаваемое. Вот откуда у каждого из нас это ощущение, что «Я» это невидимая, как будто отдельная сущность.
Мы фантазируем на тему, а может ли она сохраняться после смерти, а может ли она покидать тело при жизни. Почему нам всем знакомы эти мысли? Потому что слово «Я» создает в мозге иллюзию присутствия иного лица, с кем мы и ведём непрерывный внутренний диалог… Мы рассуждаем внутри себя, доказываем себе что-то, виним себя. Если животное от реализации инстинктов может остановить только более сильная особь рядом, то нас останавливает Слово.
«Я не буду этого делать! Я не животное!» — вот формула нашей психики. Кто же меня остановит? Я сам(а).
Ощущение присутствия в себе невидимого лица создается мозгом в языковой среде и видимо ответственные за это зоны мозга находится в возбужденном состоянии всегда, даже во сне. Мы осознаем себя через других. У нас есть «Я», потому что до его появления мозг научился осознавать присутствие и влияние других.
Вы можете усомниться в том, что ребёнку на самом деле сложно отделить от слова «Я» ассоциации с другими людьми. попробую убедить вот таким примером. Один ребенок пошёл в детский сад и так получилось, что его воспитателя звали так же, как и его маму. У мамы и воспитателя были одинаковые имена, но разные отчества и вот ребёнок начал звать воспитателя Мамой Витальевной, потому что его мозг не вполне привык к тому, что разные люди могут иметь одинаковые имена.
Привыкнуть к тому, что словом «Я» называются все люди, ещё сложнее, тем более что в каких-то ситуациях эти же люди называются словами «ты» или «он/она».
Как учитель математики вижу что детям сложно научиться обозначать в задаче неизвестное через х. Решаем вместе 5-6 задач, им вроде всё понятно. Даю похожую и первое время они выдают в ступор. В одной задаче х это число карандашей, в другой — яблок, в третьей — возраст сына, в четвертой длина дороги. Как тут не запутаться? Такие проблемы есть у детей в 5-6 классах, что же говорить про трехлетних детей.
Иллюзия ли наше «Я»? Это сложный вопрос. Клетки многоклеточного организма существуют вместе и действительно образуют новое. Можем ли мы считать, что «Я» это лишь иллюзия мозга? Возможно это действительно что-то новое…
А теперь обратимся к языковым моделям искусственного интеллекта. Это алгоритмы, которые способные генерировать человекоподобный текст. Как они это делают? Математически. В ответ на запрос, создаётся ответ, в котором слова следует в определенном порядке на основе вероятности их появления в ответе. Эти вероятности вычисляются на основе обучения модели на больших данных. Нейросеть — это математическая модель вычисления этих вероятностей. Языковая модель может начать ответ со слов «я думаю» не потому что, она думает, а потому что в текстах, на которых она обучалась, многие ответы начинаются так или её принудительно запрограммировали дополнять ответы речью от первого лица, чтобы поддерживать в нас иллюзию общения с настоящим собеседником.
Какова вероятность того, что у современных языковых моделей появится самосознание? Такая же, как вероятность появления самосознания у калькулятора. Нулевая.
Пока что это вообще несоотносимые вещи: искусственный и естественный интеллект. Это как ждать, что самолет станет живым, потому что летает как птица. Во-первых, не как птица, во-вторых, создать живой объект и объект, который может перемещаться в пространстве, явно задачи не сопоставимые по сложности, одна из другой не вытекает.
Вернусь к той мысли, которую озвучила в начале статьи. Что приобрел наш вид, благодаря появлению «Я»? Наши далёкие предки до появления самосознания жили малыми группами. Увеличение численности приводило бы к тому, что ни один вожак не справлялся бы с управлением такой группой. А вот после того, как появилось Слово, которое вызывало ощущение присутствия вожака, люди стали лучше себя контролировать. Почему именно ощущение присутствие вожака, а не кого угодно?
Изначально наши далекие предки, жившие малыми группами по 10-15 особей, приобрели необычную способность концентрировать внимание и останавливать себя не только под влиянием реального вожака, но и услышав его звуковой сигнал, произнесенный любым членом группы. У групповых животных вожак (доминант) распределяет блага, разрешает конфликты, защищает группу от чужаков. Представим себе, что для привлечения внимания он начинает использовать особый сигнал (сочетание звуков). А затем этот сигнал начинают использовать остальные члены группы, как бы желая сказать: «Эй, если бы здесь был вожак, то он бы тебя остановил» или «Если бы здесь был вожак, то он разделил бы еду поровну между нами». Но ничего подобного они ещё говорить не умеют, они просто произносят сигнал вожака, чтобы напомнить другим о его власти, о том, что он придёт и решит так, как это заведено в группе.
В какой-то момент сигнал начинает работать даже если вожака рядом нет, даже если сменился вожак. Вожак другой, а сигнал тот же. В этот момент сигнал становится именем того, у кого власть, именем духа-покровителя группы.
Людям кажется, что за сигналом стоит кто-то невидимый, имеющий большую власть, чем сам вожак. Подробнее об этом можно почитать тут.
Почему подобное не происходит у других животных? У них сигнал от вожака "не отрывается". Нет вожака рядом, никакой сигнал вместо него не работает. Нет у их мозга такой способности воспринимать сигнал (звук, жест) как самого вожака. Так же нет возможности строить в своей голове "внутреннего лидера" ("идеального доминанта") и подчинять ему своё поведение.
Возможно, процесс появления слова как символа власти вожака был растянут на тысячи лет. Появлялись группы у людей, у которых такой сигнал есть, они начинали объединяться вокруг этого сигнала, мистифицируя его. Они приписывали этому слову-символу желаемые черты вожака. Это объединяло их. Соотвественно группы, где такой сигнал не возникал или утрачивал свою силу, со временем становились менее сплоченными, не выдерживали конкуренцию с теми, кто этому сигналу придавал огромное значение. Те, у кого вера есть, всегда сильнее тех, кто её потерял. Это будет актуальным всегда. Такова наша природа.
Я уверена, что многие читая эти строки, наморщат лоб, снисходительно улыбнуться, скажут, что всё это глупость и никакой особой роли слово «Я» не играет в появлении самосознания. Да и к тому же, слово «Я» для каждого человека ассоциируется только с ним самим. Вот это и есть настоящая иллюзия - думать, что «Я» это только про меня самого. До сих пор сохранились примитивные народы, в чьих языках слово «Я» также обозначает «МЫ» (зависит от ситуации) и одновременно является одним из имен духа-покровителя. Так было и у наших предков. Постепенно для Бога (Духа) появились в языке свои имена, а для обозначения самого себя личное местоимение «Я». Но мы продолжаем верить, что внутри себя можем говорить с Богом и очень хотим, что тот(та), кто к Нему обращается, обрели вечную жизнь.
Интересны размышления учёных по поводу того, как оценивать религиозно-мистический опыт некоторых людей с точки зрения науки. К религиозно-мистическому опыту можно отнести видения, откровения, предсказания, которые получены людьми в измененном состоянии сознания. Самым простым ответом на вопрос, почему у людей случается религиозно-мистический опыт, является утверждение, что это просто индивидуальные особенности психики таких людей, возможно нездоровые. Самой простой ответ не всегда правильный.
Если вам интересно разобраться в этом вопросе, могу порекомендовать книгу, где проанализированы сотни работ по психологии религии, психиатрии, теологии и философии религии.
Концептуализация мистического опыта в психологии религии и психиатрии: от редукционизма к постредукционизму: монография/ Шугуров М.В, Мозжилин С.И., Дуплинская Ю.М.
Авторы показывают, как менялись научные взгляды на этот феномен — от попыток объяснить мистику простыми биологическими или психическими процессами («редукционизм») до более сложных и целостных подходов («постредукционизм»), учитывающих культурные, исторические и духовные факторы.
